12 лет самиздата. Как не перегореть на пути к мечте - Ольга Валерьевна Гуляева

голливудская история про ходячих мертвецов, и, как настоящий писатель, проведя десятки пустых, на первый взгляд, часов перед экраном телевизора, я не могла не попробовать спроецировать историю на себя и российскую действительность. Тема и атмосфера зомби-апокалипсиса – точнее, поведение выживших в страшных условиях конца света – захлестнули меня, породили фантазии, которые в скором времени тоже выльются в книгу.

Если актер проживает сотни жизней, меняя роли, то писатель перерождается с каждой книгой, с каждым созданным миром и героем. А учитывая количество читателей, пропускающих историю через себя, – это ли не магия?

Литературная тусовка и одиночество

Я узнала очень многих людей литмира благодаря «Инстаграму». Но наше общение, пусть даже эпизодическое, давно вышло за рамки сети – мы встречаемся на выставках, презентациях, в кафе, на квартирниках. Кому-то может показаться, что я резко сменила круг общения в пользу писателей. Да, с одной стороны, классно окружать себя единомышленниками, но с другой – никто из них не стал для меня кем-то близким.

А вот старые друзья как будто отдалились. Или я от них. Причин, конечно, много. У каждого своя жизнь, семья, дети, работа. Друзья – это не обязательно общие интересы. Просто иногда кажется, что, пытаясь объяснить им свою ситуацию на арене книгоиздания, я изобретаю какой-то новый язык. Как будто слова, которые я произношу, не имеют никакого смысла для собеседника. Чувствую себя рыбкой, глотающей воздух. Неужели что-то подобное испытывает каждый творческий человек-одиночка? Нет, такое происходит не всегда и не со всеми. Зачастую я могу быть уверена в том, что близкие искренне радуются моим успехам, но обсуждать проблемы современной литературы, книгоиздания и конкретные тексты хочется с кем-то, кто прошел подобный путь и ежедневно сталкивается с похожими проблемами и терзаниями.

Я всегда была открыта миру, смело бросалась на амбразуру чужого мнения. Впервые у меня появилась возможность показать свои тексты людям из книжного мира, когда я записалась на марафон. Тогда их увидели редактор, писатель и драматург. В принципе, все оценки были положительными, отмечалось, что тексты имеют хороший потенциал. Но, должна признаться, ждала я не столько оценки и наставлений, сколько восхищений и возгласов «Это нужно издать немедленно!» Но отсутствие таких возгласов меня не расстраивало и уж точно не останавливало.

И вот, когда мои двенадцать лет самиздата уже были на исходе, я вступила в литсообщество, где предоставляется возможность выносить свои тексты на обсуждение аудитории. Забегая вперед, скажу, что, когда ты считаешь себя уже более или менее состоявшимся автором, критика воспринимается болезненно. Очередь на обсуждения, которые проходили в «Зуме», растянулась на несколько месяцев. Я записалась в сентябре на декабрь и запланировала отпуск так, чтобы нужного числа быть дома. Да, мнение и оценка многих участников этого литсообщества значили для меня немало.

Хочу признаться себе и вам, что готова была слышать только похвалу и восторги. Я показала мой шестой по счету роман и в целом была очень довольна тем, что получалось. Оппоненты, участвовавшие в обсуждении, дали первым нескольким главам высокую оценку, похвалили, но некоторые замечания спустили меня с небес на землю. Я пропустила через себя все сказанное, со многим согласилась, на какие-то вещи посмотрела иначе, но в итоге сделала все по-своему, то есть первоначальный текст почти не претерпел изменений. Тут я должна мысленно себе поаплодировать, потому что не бросила, не забилась в угол, не поставила на себе как на авторе крест, даже когда авторитетный для меня человек сказал, что хорошо бы все это переписать. Это довольно серьезный комментарий, и не каждый готов проделать такую работу в отношении уже написанного текста. Тем не менее я все равно задумалась, а потом услышала еще несколько читательских мнений, которые меня успокоили. На литмастерских царила дружественная атмосфера, конструктивная критика преобладала, но воспринимать ее не всегда легко.

Важно помнить, что мы пишем для читателя, а не для комиссии с литературным образованием. Иногда важно просто понять, нужна ли тебе чужая оценка, меняет ли она что-то, помогает или разрушает. Все зависит от ваших целей. Если вы намерены учиться и точно знаете, как вы хотите писать и готовы переписывать текст по сто раз, такой разбор может принести удовольствие. Но я в глубине души знала, что роман готов, и не планировала посвящать ему еще год.

Хорошо, когда критик начинает со слов «я не твоя целевая аудитория». Это значит, что от вас требуется выслушать мнение и отфильтровать то, что может быть полезно. Угодить такому читателю вам вряд ли удастся. Он может не интересоваться литературой вашего жанра, поэтому вам не нужно перекраивать текст в угоду такому критику.

Один раз мне сказали, что в сюжете есть «белые нити». Это такие события из разряда чудесных совпадений, которые двигают сюжет. То есть в реальной жизни такое, скорее всего, произойти не может, но автор позволяет этому совпадению случиться, чтобы его затея не потеряла смысл. Я, вообще-то, противник «белых нитей», когда встречаю их в детективах, теряю интерес. Но в малых дозах для остросюжетной прозы это нормальное явление. Будь я более восприимчива к критике, вытянула бы эту «белую нить» к чертям, произведение расползлось бы по швам, и кому от этого было бы хорошо? К тому же я не раз убеждалась, что иногда жизнь подбрасывает такие сюжеты, которые нарочно не придумаешь. Разве мой «скандал» на литпремии не яркий тому пример?

Вступление в писательское сообщество сегодня не проблема. Но не могу сказать, что идентифицирую себя с каким-то конкретным. Среди моих хороших знакомых есть сказочники, авторы «янг-эдалта», фантасты. Я состою в большом сообществе интеллектуальной литературы, что вносит особое смятение в мою самоидентификацию. Иногда мне кажется, что я еще недостаточно доказала окружающим. Чтобы твоя фигура была значима, надо чего-то достичь, думала я. Не сказать, что разубедилась в этом сейчас, но продолжаю активно исследовать этот вопрос. Кто-то признает исключительно высокую литературу и относится к жанровой с долей снисхождения. Кто-то игнорирует все объединения, предпочитая одиночное плавание. Моя же основная цель – не заставлять читателя выбирать между развлекательным чтивом и интеллектуальным. Это похоже на то, как мужчина выбирает между красивой женщиной и умной – зачем выбирать, если существуют те, кто органично сочетает в себе оба эти качества?

Естественно, писатели встречаются не только для того, чтобы критиковать друг друга. Зачастую это не просто не приветствуется, но считается дурным тоном, если обратное не оговорено заранее. Я обожаю своих знакомых писательниц, с которыми мы просто ходим в кафе, пьем коктейли, делимся достижениями,