Мемуары Питера Генри Брюса, эсквайра, офицера, служившего в Пруссии, России и Великобритании - Питер Генри Брюс

Вторым шагом была попытка определить меня в Королевскую академию в качестве кадета[72], но моим попечителям сказали, что это неосуществимо, ибо я отказался от предложения принца стать его пажом. Тогда они послали меня в академию на собственные средства, чтобы я изучал фортификацию и другие полезные науки. В то время из Фландрии приехал мой дядюшка Ребер, бывший тогда подполковником в полку маркиза де Варена[73], и, когда он собрался возвращаться, я изъявил желание отправиться вместе с ним. Он очень милостиво принял мой план, а на опасения друзей, что это повредит моему образованию, подполковник уверил их, что я скорее окажусь в выигрыше, ибо почти в каждом городе Фландрии имеются превосходные знатоки, обучающие фортификации, артиллерийскому делу и тому подобному, а кроме того я получу двойную выгоду, подкрепив теорию наблюдением, как некоторые ее положения воплощаются в реальной практике. Более того, он не только предложил держать меня при себе, но и пообещал, что ни единая возможность совершенствовать мое образование не будет упущена. Такое предложение вполне удовлетворило всех моих друзей, и дядюшка выполнил свое обещание с истинно отеческой заботой.

Таким образом, я выехал с ним в полк, стоявший тогда в гарнизоне в Маастрихте, куда мы и прибыли в апреле 1706 года[74]. В части у подполковника я мог иметь при себе оружие и вскоре преуспел в изучении приемов владения им. После чего мои военные обязанности стали совсем несложными, ибо мне следовало нести караульную службу раз в неделю, а остальное время я посвящал штудированию фортификации и прочего.

Тот год ознаменовался поражением французской армии под командованием маршала Вильруа в битве при Рамильи. Сражение произошло 12 мая[75], и в ходе него герцог Мальборо одержал полную победу, за которой последовала сдача многих территорий как во Фландрии, так и в Брабанте. Тот год также был отмечен нападением шведского короля на Саксонию и свержением короля Августа, в результате чего шведский король получил пять миллионов стерлингов контрибуции[76]. Среди пленных, отправленных сюда после битвы при Рамильи, был некий маркиз, полковник кавалерии. Генерал Допф[77], здешний губернатор[78], не только позволил ему свободно бывать в городе, но также разрешил охотиться в деревне. Однако, несмотря на столь вежливое обращение и данное генералу слово, этот офицер счел возможным сбежать, но вскоре был отправлен обратно под присмотром маршала Вильруа и впоследствии получил разрешение свободного пребывания только в городе в сопровождении сержанта vade mecum[79].

После битвы появились следующие французские стихи:

C’est à ce coup, que Villeroy, ce maréshal incomparable,

Pour avoir bien servi le roy, aura l’Epée de connectable

Car pour un moindre evenement, Tallard un governmens

Varus rends moi me legions? S’écrioit l’empereur auguste;

Tallard rends mois mes batallions? Dit Lous, à Titre plus juste;

Tallard repond – Hé grand roy, demande lès a Villeroy[80], [81].

В доме, где я поселился с подполковником, я узнал весьма примечательную историю про нашу хозяйку и ее бывшего мужа, уроженца этого города. Его звали Нипелс, и был он капитаном драгун на голландской службе. За хозяйкой он ухаживал в Гааге. Девушка была дочерью купца. После торжественного обещания жениться капитан сначала соблазнил ее, а потом бросил беременной. Отец девушки так разгневался, что выгнал дочь из дома. Однако тетка пожалела ее и оставила у себя, пока она не родила, а после дала ей денег, на которые втайне от знакомых женщина купила мужскую одежду, коня и отправилась волонтером в эскадрон капитана Нипелса. Ее приняли, и некоторое время она служила в эскадроне. Капитан иногда говорил своему волонтеру, что тот очень похож на его бывшую возлюбленную, но даже не подозревал, что именно с ней он и говорит. Женщина пребывала там до окончания кампании, но потом капитан Нипелс, узнав о смерти отца, оставил службу и поехал домой вступить во владение имением. В результате этого события наша хозяйка, казалось, потеряла всякую возможность призвать капитана к ответу, что было единственной причиной ее авантюры. Впрочем, она последовала за ним и, сменив мужское обличие на женское, прибыла в Маастрихт. Там она (за небольшие деньги) уговорила служанку капитана позволить ей переночевать в одной из комнат его дома, объяснив, что она впервые в этом городе и не хочет останавливаться на ночлег в общедоступной гостинице. Начав таким образом действовать и обеспечив себе доступ в дом, она получила возможность произвести разведку в помещении, а особенно в жилых покоях капитана, который по обыкновению своему целый день отсутствовал и вернулся лишь поздним вечером. Женщина пребывала поблизости от спальни капитана, и как только, по ее мнению, все в доме уснули, она, взяв свечу в одну руку и кинжал в другую, подошла к его кровати, разбудила его и задала вопрос: узнает ли он ее? Когда же капитан спросил, что привело ее сюда, она ответила, что теперь он обязан выполнить свое обещание жениться, иначе смерти ему не миновать. Капитан решил, что лучше ей отказать, и тут же призвал на помощь слуг. Но прежде чем хоть кто-то из прислуги успел прибежать, женщина ударила обидчика кинжалом в грудь и, несмотря на сопротивление, которое тот все же смог оказать, нанесла ему еще несколько ударов в разные участки тела. Наконец на помощь явились слуги и, обнаружив истекающего кровью хозяина, послали за мировым судьей и стражей, чтобы арестовать нападавшую. Между тем женщина не двигалась с места, но продолжала обвинять капитана в предательстве, хотя он умолял ее спасаться, ибо полагал, что она смертельно его ранила. Наконец пришел судья со стражей с намерением отвести ее в тюрьму, но капитан просил этого не делать, а лучше послать за священником, которому, по его прибытии, он и поведал, как обидел молодую женщину. Он выразил желание, чтобы священник в присутствии судьи, не теряя времени, их обвенчал, что тот и сделал. После того как врач объявил, что ни одна из ран капитана не смертельна, стражу отправили восвояси, и, благодаря заботам доктора и не менее нежному уходу своей теперь уже супруги, капитан вскорости излечился от полученных ран. Засим они прожили несколько лет в полнейшей гармонии, пока жизни капитана не пришел конец из-за одного несчастного происшествия. Однажды вечером они вдвоем с женой, прогуливаясь у Тровен-порта, проходили мимо арсенала, где лежало брошенное старое и негодное оружие, и там их повстречала благородная дама, соседка, с которой они были добрыми друзьями. Та взяла