Каменный остров. Историко-архитектурный очерк. XVIII—XXI вв. - Вера Александровна Витязева

30 марта 1776 г. И.И. Бецкой передал следующее предписание Конторе строения Ея Императорского Величества домов и садов: «По полученному мною от Ея Императорского Величества повелению, имеет Контора строения Е. И. В. для производимого строения на Каменном острове отпустить требуемое по приложенной при сем записке число материала и дикого камня со штучным полом, у кого оное строение в ведомстве состоять имеет, с принятием следуемой за означенный материал в плате на свой счет».

По этому требованию отпускают бутовую плиту, камень для ступеней, старый штучный пол, кирпич красный железный, полужелезный и алый, 2 тысячи бочек извести.

Для наблюдения за работами командировали двух путиловских каменщиков, каменных дел мастера итальянца Микеле Кьезу и плотничного подмастерья Ивана Ракитина. Оба из Адмиралтейства, где традиционно, с начала XVIII в., были лучшие специалисты по строительному делу. Со времени назначения великого князя Павла Петровича адмиралом Российского флота служащие Адмиралтейского ведомства постоянно использовались при строительстве великокняжеских дворцов – на Каменном острове, в Павловске, в Гатчине.

Это позволяло всегда иметь необходимую рабочую силу, распорядителей работ, строительные и отделочные материалы, вести расчеты по государственным расценкам.

О высокой профессиональной квалификации Микеле Кьезы говорят следующие факты. В 1781 г. при возведении Холодной бани в Царском Селе произошла авария – рухнули своды, по поводу чего сохранилась записка Екатерины II: «Опасаюсь я, что того не учинилось и в покои великого князя. Пошли Киеза и вели, чтобы смотрели за работами, кои делаются Камероном». В 1783 г. «подрядчики каменного дела» мастер Микеле Кьеза и купец Иван Армянинов являются строителями Камероновой галереи. А в 1785 г. два мастера – М. Кьеза и И. Минчаки – берут самостоятельный подряд в Царском Селе «построить мосты из обыкновенной плиты с облицовкою лицевых стен и сводов гранитом»21.

За перевозку строительных материалов для дворца с Невских кирпичных и черепичных заводов из казны выделили 1000 рублей. Часть извести и кирпича доставили с Тосненских заводов. В мае и в июне вновь было отправлено около 2 млн штук кирпича и более 3 тысяч бочек извести. От разлома старого Зимнего дома (Зимнего дворца императрицы) поступили кирпич, рамы, карнизы. Всего было поставлено на строительство дворца на 19 941 рублей 72 копейки кирпича, на 2127 рублей извести, на 1453 рубля бутовой плиты.

Семен Щедрин. Вид на Каменноостровский дворец через Большую Невку со стороны Строгановской набережной (фрагмент). 1803 г.

Следует отметить, что возведение Каменноостровского дворца велось в несколько этапов, с использованием цокольного этажа центрального корпуса и даже стен канцлерского дома. Таким образом, на первом этапе, в течение двух строительных сезонов 1776–1777 гг., закончили центральный корпус, заново возвели Театральный, и несколько месяцев спустя, после его просушки, начались работы по декоративной отделке театра. По высочайшему указу поставки на 1777 г. были определены в 6 тысяч рублей. В Контору строения домов и садов в июне этого года поступили требования на «штучные полы», то есть на паркет, причем настилал его «вольный столярный мастер» Николай Лабуре, который отказался от вторичного использования паркета из старых построек, так как «на оное дело не годны, а требует штук, которые в магазейне налицо стоят, 451 шт.». В июне и в июле паркет «разных сортов и цветов» был получен.

Весной 1778 г. появляется новое требование: «На Каменный остров труб чугунных футовых сто пятьдесят длиною каждая двух аршин». По-видимому, стали создавать гидросистему, которая позволила бы осушить дворцовый участок. Июнем 1778 г. датирована записка от казначея великого князя М. Дюфура, наблюдавшего за правильностью выплат: «Потребно мне для золочения на Каменном острове некоторых резных штук золота листового русского 56 книжек». Все это было необходимо для отделочных работ в дворцовом театре, поскольку осенью 1779 г. там состоялось первое представление.

В конце 1779 г. закончили заново построенный жилой корпус: в сентябре было отпущено кирпича красного 75 500 штук, белого – 18 500 и начались поставки столбового большого кирпича – 8600 штук для возведения колонных портиков. Там снова работали путиловские каменщики во главе с М. Кьезой.

Об окончании строительства, со ссылкой на «Санкт-Петербургские ведомости», писал известный историк города П.Н. Петров, в том числе о пышном приеме, устроенном в честь императрицы на Каменном острове 18 января 1780 г., с представлением артистов итальянской комической оперы и балета: «По окончании зрелища был ужин, более чем на сто приборов, в оранжерее. Окрестности дворца и дорога к нему были иллюминированы. Кажется, праздновалось таким образом первый раз еще в Каменноостровском дворце, по переделке его, конечно, со значительным расширением (если и не вполне все сооружено Великим Князем после первого владельца, канцлера Бестужева) главного корпуса»22.

Важно отметить, что празднование происходило в оранжерее, так как работы по отделке интерьеров дворца велись до 1784 г., поэтому датировка 1776–1784 гг. охватывает период как строительных, так и отделочных работ по Каменноостровскому дворцу, проект которого был выполнен в Италии Дж. Кваренги.

Таким образом, Каменноостровский дворец – это первая постройка Кваренги в России.

Появлению этого имени и этих волшебных слов предшествовала двадцатилетняя вялотекущая полемика, в которой автор этой книги с поразительным постоянством оставался в гордом одиночестве. Но из всех полемизирующих со мной исследователей23 М.Ф. Коршунова занимает совершенно особое место: научный сотрудник Эрмитажа, исследователь творчества Ю.М. Фельтена и Дж. Кваренги, кандидат наук, автор книг, статей, создатель выставок.

Никакие мои доводы об авторстве Кваренги не производили на нее ни малейшего впечатления: только появление проектно-сметной документации, т. е. подписных чертежей, могло заставить ее изменить свое мнение.

Каменноостровский дворец.

Фиксационный план подвального этажа. 1770-е гг.

Дж. Кваренги. Каменноостровский дворец.

План подвального этажа. 1770-е гг.

Дж. Кваренги. Каменноостровский дворец.

Поперечный разрез. Начало 1780-х гг.

Авторские чертежи появились неожиданно, поскольку линии судьбы, как у людей, так и у памятников, – таинственнейшая материя. Как иначе можно объяснить тот факт, что именно у М.Ф. Коршуновой, в Отделении западноевропейского рисунка Эрмитажа, осенью 2003 г. появился П. Анджелини, который привез показать ей несколько фотокопий с авторских чертежей Дж. Кваренги. Среди них были два варианта фасадов Каменноостровского дворца из частной коллекции в Риме, которую он готовил к публикации. Он не знал, что это за сооружение, было ли оно построено, и М.Ф. Коршунова на листе бумаги тут же нарисовала ему стрелку Каменного острова и сообщила все, что знала о дворце. Более того, в статье 2004 г. о церкви Иоанна Предтечи М.Ф. Коршунова подтвердила: автором проекта Каменноостровского дворца был Дж. Кваренги