Каменный остров. Историко-архитектурный очерк. XVIII—XXI вв. - Вера Александровна Витязева

Проект южного и северного фасадов. 1770-е гг.

План бельэтажа Каменноостровского дворца на 1820 г.:

1 – Аванзал; 2–7 – служебные помещения; 8 – туалетная; 9 – кабинет; 10 – библиотека; 11 – арсенальная; 12 – спальня; 13 – кабинет; 14 – столовая; 15–19 – служебные помещения; 20 – пейзажный салон, Малиновая гостиная, музыкальный салон; 21 – зал архитектуры, Большой зал, Зеркальный зал; 22 – морской салон, картинный зал; 23 – театр; 24–32 – служебные помещения для театра; 33, 34 – гостиные

План верхнего этажа Каменноостровского дворца

Воплощенные в этом проекте идеи в дальнейшем разрабатывались Кваренги при строительстве Эрмитажного театра.

Интерьеры дворца

Сведения о работах по отделке интерьеров Каменноостровского дворца находятся в рукописном архиве Павловского дворца-музея. Это переписка великокняжеской четы Павла Петровича и Марии Федоровны с управляющим селом Павловским Карлом Ивановичем Кюхельбекером – отцом поэта-декабриста Вильгельма Кюхельбекера28.

Переписка началась в то время, когда Павел (овдовевший в 1776 г.) путешествовал по Европе со своей второй супругой, великой княгиней Марией Федоровной. Вюртембергская принцесса отличалась миловидностью, хорошим здоровьем (что особенно ценилось Екатериной II), любовью к мужу и детям. Увлекалась искусством, изучением растений, устройства садов и парков, собиранием гербариев, коллекционировала живопись, скульптуру, бронзу, фарфор. Училась рисованию, вышиванию, работе по кости.

Заграничное путешествие Павла Петровича и Марии Федоровны 1781–1782 гг. имело для формирования их художественных вкусов особое значение. Они побывали в Польше, Австрии, Италии, Южной Германии, Франции. Австрийский император Иосиф II писал своему брату Леопольду Тосканскому, которому предстояло принять графа и графиню Северных (под этим именем они инкогнито совершали путешествие): «Великий князь и Великая княгиня с не совсем обычными дарованиями соединяют довольно обширные познания, а также большое желание обозревать и поучаться и в то же время иметь успех и нравиться всей Европе. Все предметы, действительно замечательные по своей древности, размеру или великолепию, чрезвычайно их занимают; поэтому не следует утомлять их внимание обозрением нескольких предметов в один день, а, напротив, нужно дать им возможность осмотреть в подробности все любопытное и замечательное».

Огромное впечатление произвела на них Венеция, куда они прибыли 7 января 1782 г. В Вечном городе Риме их поразил собор Святого Петра. Они осмотрели Помпеи, Геркуланум, замок в Казерте, взбирались на Везувий. Посещали мастерские художников, мануфактуры, лавки древностей и художественные магазины. Покупали книги, гравюры, мебель и бронзу. Впечатления от пребывания во Франции были самыми восхитительными: их покорили красота Версаля, любезность Людовика XVI и Марии-Антуанетты, пышность королевских подарков и приемов. Павел Петрович с женой посещали музеи, библиотеки и научные учреждения. Познакомились с Бомарше. Заказали знаменитому Г. Роберу живописные панно. Все это осталось с ними как самые радостные и светлые страницы жизни. Новые, выдающиеся явления европейского искусства и архитектуры оказали влияние на создание особого культурно-исторического явления – культуры «Малого двора» (в отличие от Большого двора, императорского). Они заказывали и покупали произведения искусства, ориентируясь на работы своих современников. Поэтому собранные ими коллекции живописи, графики, античной и римской скульптуры, глиптики, фарфора были уникальны и оказали влияние на развитие русской культуры эпохи Просвещения. Заграничное путешествие было заполнено постоянными заботами и распоряжениями. Причем если в письмах Кюхельбекеру Павел Петрович беспокоился о Каменном острове, то Мария Федоровна требовала сообщать ей мельчайшие подробности «о своем милом Павловске».

Курьерами иногда выступали секретари великокняжеского семейства Ф.-Г. Лафермьер или Л.-Г. Николаи, немцы по происхождению, выходцы, как и Кюхельбекер, из дворян Римской империи, получившие образование во Франции, в Страсбургском университете. До путешествия Лафермьер занимал при наследнике должность библиотекаря, позднее в Павловске успешно сотрудничал с композитором Д. Бортнянским, сочиняя для него либретто, в том числе для знаменитой оперы «Сокол». Сменивший Порошина Николаи, вскоре получивший титул барона, ученый, поэт и переводчик, стал в 1801 г. президентом Академии наук; особенно прославился он созданием в своем имении в окрестностях Выборга великолепного романтического парка Монрепо («Мой отдых»), единственного скального парка в России.

Великая княгиня Мария Федоровна

Какие же сведения можно почерпнуть о Каменноостровском дворце из писем его владельца и ответов К.И. Кюхельбекера? Все они написаны на французском языке, кроме одного, из Вены от 2 января 1782 г., в котором Павел «на российском диалекте» сообщал: «Г. Кюхельбекер. Уволив от службы моей камердинера моего Дюфура, управляющего казною и гардеробом моим, также и Каменным островом, сим уполномочиваю я вас для принятия в управление ваше Каменный остров, со всеми принадлежащими к нему строениями и находящимися на нем обывателями. От употребленного при гардеробе моем писаря Томилина получите вы надлежащие сведения по сим предметам и по которым он должен быть в ваших повелениях; в протчем предписал я ему остаться по протчим ему вверенным делам на той же ноге, как прежде ему повелено было. В порядке и в исправности разных платежей по Каменному острову чинимых будете вы наблюдать в точности исполнение в части сей до вас введенное. Надеюсь, что сия новая доверенность моя к вам усилит еще усердие ваше к службе моей, пребываю к вам благосклонный Павел».

Это письмо – официальный документ, который следовало предъявлять разным лицам, принимая дела по острову. Написано оно, скорее всего, по просьбе самого К.И. Кюхельбекера, так как из писем Павла, отправленных еще в ноябре, видно, что управляющий уже приступил к своим новым обязанностям. Тон писем Павла дружески-доверительный: «Я получил, мой дорогой Кюхельбекер, ваше письмо от 16/27 января… Что касается Каменного острова, то есть точные указания и денежное распоряжение, что нужно подготовить к моему возвращению 5–6 комнат. Поль» (19 февраля 1782 г.; из Рима).

Великий князь Павел Петрович

К.И. Кюхельбекер – великому князю Павлу Петровичу: «На Каменном острове и в расчетных делах все идет по-прежнему. На Каменном острове настилают паркет и сажают аллею из больших деревьев. Здесь стало обычным, что 50 человек матросов из старого галерного порта приходят каждый день, чтобы очищать место вокруг дворца. Мне кажется, что для этого достаточно и половины, если учесть, что они за это получают немного денег. Окончательное решение я не решился принять без В. И. В. Торговец Ливио был у меня, сказав, что г. Дюфур поручил ему забрать его вещи. Я составил список вещей, находившихся в доме, и передал его г. Ливио, попросив отослать его ему и отметить то, что принадлежит двору или Каменному острову,