Как не влюбиться в спасателя - Тори Мэй

Эдакий итальянский мафиози — вырядился, смотри-ка! На нем идеальный черный пиджак с шелковыми отворотами, на лице — фирменный прищур, а волосы зализаны назад.

Титов выглядит хозяином заведения больше, чем сам Эмиль, и этим привлекает взгляды всех присутствующих дам. И мой в том числе.

Вот же сухарь вяленый! И чего приперся? Шел бы своим Татьянам свидания портить!

Отыскав меня глазами, морской гад оценивает спину моего спутника, хмыкает и занимает единственный свободный столик, который как назло располагается в поле моего зрения.

— Все в порядке? — Эмиль оборачивается на гостей, но не заметив ничего необычно, возвращается к нашей беседе.

— Да, расскажи еще про обучение в Токио, — широко улыбаюсь, демонстрируя свою полную заинтересованность.

Глаз то и дело косит в сторону Славы, но я держусь. Сделав заказ, он устремляет хищный взгляд на меня. Щека начинает полыхать, а я запинаться.

И это все, что он делает. Сидит и смотрит. Пассивный хищник какой-то.

— …а потом мы открыли третий филиал, — доносится до меня голос моего кавалера.

Мне так хочется выбесить наглеца Титова, что вместо адекватной реакции на рассказ я начинаю заливисто смеяться:

— Ой, ты такой шутник! — касаюсь руки Эмиля, заставляя его изумиться. — Продолжай!

— Люблю жизнерадостных женщин. С тобой очень легко!

— А я люблю спокойных мужчин, — произношу нарочито громко, а еще снимаю с себя пиджак, оголяя плечи.

Хотя, кого я обманываю — оголяю я прежде всего зону декольте.

— Может, вина? — предлагает Эмиль.

— Только, если оно сочетается с рыбой. Впрочем, я абсолютно доверяю твоему вкусу…

— Значит, вино! Кстати, твои моти были бесподобны, — вспоминает он.

— Неужели ты попробовал? — мечтательно кладу голову на ладошку.

— Конечно! Ты быстро приручила капризный десерт.

Официант приносит нам по бокалу, а мне еще одно блюдо..

— Вам передали комплимент от соседнего столика…

Глоток белого встает поперек горла.

На тарелке лежат две идеально круглые горки риса с вишенками на каждой из половинок, а внизу тонкой линией соуса-терияки выведено «Как у Олеси».

— Что-то не то подали? — волнуется Эмиль.

Не даю ему разглядеть «шедевр» и быстро перемешиваю всё палочками:

— Ммм, так гораздо вкуснее! Обожаю рисовую кашу!

Боковым зрением вижу, как забавляется Титов. Чтобы он васаби подавился!

— Извини, Эмиль, я отлучусь на секунду, — снимаю с колен белоснежную салфетку и поднимаюсь из-за стола.

Захожу уборную. Нужно освежиться и подумать, как сбежать на прогулку по городу без хвоста в виде этого губителя!

Я ему никто! И он не имеет права портить мое чудесное свидание!

Мою руки и опускаю их в специальную сушилку:

— Как вечер? — слышу, когда ее звук затихает.

— Господи! — подскакиваю и замечаю в зеркале плечистый силуэт Титова. — Зачем ты увязался за мной?

— Думаю, это очевидно, — произносит Слава, и голос его не такой игривый, как кулинарный шедевр в виде груди. — Что происходит, Олеся?

— У меня происходит свидание — не отказываю себе в удовольствии уколоть его. — Тебе что-то нужно?

— Мне — ничего, а твоему ухажеру нужна целая челюсть. Терплю только ради тебя, — он отталкивает от стены и подходит ко мне со спины. Наблюдаю за ним в отражении. — Что за цирк?

— Цирк? — резко оборачиваюсь. — Цирк — это жонглировать женщинами. Таня-бухта уже всем похвасталась.

Он хмурит брови:

— Какая еще Таня-бухта? Что это вообще такое?

— Ты даже имен не запоминаешь? — хмыкаю.

— Тыковка, хрен с трехсантиметровым десертом, над которым ржет весь город, — он склоняет голову набок. — Просто объясни мне, тупому, почему ты сбежала?

— Возможно, потому что не хотела тебя видеть?

— Тебе настолько не понравилось джакузи?

— Мне не понравилось быть одной из тех, кого ты туда таскаешь!

— У меня дома даже брат родной еще не был, тыковка, — непонимающе выдает он.

— А на гидроциклах ты тоже никого, кроме меня не катал? — складываю руки на груди.

Наверное, я выгляжу как обиженка — ну и пусть!

— Ах, вот оно что, — на его лице отражается узнавание контекста. — Так это до тебя было, Лесь, — произносит, как ни в чем не бывало и даже немного веселеет. — Забей!

Вот же… Вот же…!

Мой рот не находит нужных определений подобной наглости!

— До меня? — заикаюсь. — То есть, это не в счет?

— Само собой, — хмыкает он. — Вопрос закрыт?

— Да, я иду продолжать вечер с Эмилем. Это же после тебя, и не считается.

— Олеся! — рычит он, прижимая меня к столешне с раковинами, его дыхание обжигает шею. — Ты перевираешь мои слова.

— Ладно… — отстраняюсь. — Тогда чем я отличаюсь от той же Тани?

— Тем, что я приехал за тобой в другой город, женщина!

— Что ж, если это единственная разница, то не стоило утруждаться, — отталкиваю его от себя. — Чего застыл, как желе? Дай пройти, — выметаюсь из уборной.

Вернувшись к Эмилю, изо всех сил делаю вид, что все в порядке, но настроение ползет вниз. Титов, впрочем, в зал не возвращается, обиделся, наверное.

— Эмиль, мне все очень понравилось, удивительный сервис и блюда потрясающие, — хвалю его перед тем, как сообщить, что ни на какую прогулку по городу я уже не решусь.

— Но ты очень устала, я понимаю, — он заботливо берет на себя решение, не заставляя меня оправдываться. — Могу рассчитывать на встречу завтра?

— Завтра я уже буду в поезде, меня ждет сын и работа, — отвечаю мягко.

— Что ж, значит, у меня будет повод съездить к морю, — понимающе кивает он. — Рад знакомству!

Эмиль провожает меня до машины, не забыв о букете, а затем его силуэт начинает постепенно отдаляться в зеркале заднего вида, и я выдыхаю.

Мне стоило бы почувствовать хоть одну пробегающую мурашку, потому что этот мужчина невыносимо галантен, но сейчас я испытываю лишь раздражение после странного диалога с Титовым.

Блестящие двери лифта выпускают меня на нужный этаж гостиницы, я прикладываю карточку к замку.

Закрываю дверь и прижимаюсь к ней спиной, выдыхая сегодняшний день.

— Слава! — хватаюсь за сердце, обнаружив на кровати Титова.

Лежит себе в одних трусах, задумчиво грызя гостиничный карандаш. На белоснежных простынях его обнаженное тело смотрится еще загорелее.

— Какого морского дьявола ты здесь делаешь? — бешусь.

— Тсс, не мешай, я пишу список отличий, тыковка.

18. Роза

Олеся

— Список? Он мог бы и не понадобиться — ты перепугал меня до смерти!

— Я бы сделал тебе непрямой массаж сердца, — гад изображает руками «жамканье» груди. — И дыхание рот-в-рот.

Осуждающе качаю головой.

— Ты взломал замок?

— У тебя неверные представления обо мне, рыжуля, — он укладывается на бок и подпирает рукой голову. — Я сумел