Как не влюбиться в спасателя - Тори Мэй

— Все нормально, лисий хвост? — смотрит на меня, будто не уверен, стоит ли продолжать дальше.

— Угу, — отвечаю растерянно. Даже не верится, что он действительно это заметил и сумел так точно сформулировать.

— Тогда поцелуй в студию и крутите барабан! — на этот раз он подставляет губы.

— Хитрец, — шепчу, сдерживая улыбку.

— Не отрицаю…

Получив очередной «чмок», он отбрасывает листок и ложится ближе.

— А еще ты добрая, тыковка. И пусть в нашем мире доброту часто путают со слабостью — это твоя самая большая сила.

— Слава-а-а, — слегка толкаю его в плечо. — Я хотела повеселиться, а не растрогаться… Не думала, что ты способен так смотреть на женщин.

— Не на женщин, а на тебя, — притягивает меня к себе, утыкаясь лоб-в-лоб. — Не такой уж я и чурбан неотесанный, Олесечка. Просто иногда жизнь сворачивает не туда…

— Расскажи мне, — прошу его.

Но Слава переводит тему:

— И заключительный пункт — ты красивая. Такая, что я слюной истекаю. Вот доказательство!

Он берет мою руку и кладет ладошку на свое причинное место, и я вздрагиваю. Но в следующую секунду отвечаю ему ласковым поглаживанием вверх-вниз через ткань белья.

Помедлив, сама тянусь к нему поцелуем, но он тут же перехватывает движение и целует меня так, будто только этого и ждал.

Одна рука ложится мне на шею, другая по-хозяйски обнимает за талию.

Я оказываюсь почти под ним, и вдруг понимаю, как давно меня так не держали — жадно и вместе с тем бережно.

Слава зарывается рукой в волосы на затылке и медленно перебирает их пальцами.

— Мм, — с готовностью обвиваю его плечи.

В ответ он прижимается к моему бедру тем, что выдает возбуждение без слов, хитро улыбается шепчет:

— Не желаете отведать мини-эклер?

— Ну, его теперь точно никто не захочет, так что сжалюсь, — выдаю ему в губы.

— Какая коварная...

Титов ловко стягивает с меня пижаму и нежно целует плечо. Рассыпая миллионы мурашек, его ладонь ложится мне на живот и продолжает путь по ребрам, изгибу талии, а затем снова вверх.

Не выдержав, он горячим ртом припадает к моей оголившейся груди. С мягким стоном выгибаюсь, прикрываю глаза и отпускаю контроль — мне не хочется бояться.

Слава освобождается от одежды, тянется за защитой и накрывает меня собой, словно я что-то хрупкое.

Сегодня все происходит иначе: мы идем в размеренном ритме, с доверием и без суеты. Как взрослые люди, уставшие от поспешности и недоговорённостей.

Он настойчиво гладит мои бедра, а затем бескомпромиссно разводит их в стороны, располагаясь очень-очень близко.

— Ах, — протяжно вдыхаю, когда он до предела толкается в меня бедрами.

Наши рты соединяются в глубоком поцелуе, он совсем не голодный, напротив — это поцелуй гурманов, которые распробовали друг друга, и теперь наслаждаются всей палитрой вкуса.

Его пальцы гладят мои лопатки, бегут по позвоночнику, мягко сжимают ягодицы. Он не хватает и не требует, а я растворяюсь в его объятиях, в его запахе.

Он двигается плавно, уверенными толчками, заполняя меня полностью. Его горячая, но не обжигающая, наоборот — согревающая, как темперированный шоколад. Жмусь всем телом.

— Всё хорошо? — спрашивает неразборчиво, прислонившись губами к виску.

— Очень, — шепчу в ответ.

— Ты умница, — сбивчиво дышит он.

Мы качаемся на волнах, забыв о существовании берегов, и я чувствую нарастающую внутри меня бурю.

Низ живота приятно скручивает, и, подаваясь ему навстречу, я приближаю наступление своего личного цунами. Оно не заставляет себя ждать, обрушиваясь на меня с головой и снося все накопившееся напряжение.

— Слава-а-а, — бормочу, сжимая его спину.

Он не прекращает двигаться, пронзая мое тело все новыми и новыми вспышками удовольствия и только после этого позволяет себе финишировать.

Когда всё заканчивается, он остаётся рядом. Его ладонь всё ещё на моей талии, большой палец неторопливо поглаживает кожу.

Спокойный и взъерошенный.

— А ты умеешь быть нежным…

— Сам не знал, — хрипло смеётся он.

— Запишу это в список твоих плюсов.

— Боюсь, он будет коротким, — ухмыляется.

— Самый маленький список в мире, — издеваюсь.

— С такими темпами у меня пятидесяти годам комплексы разовьются, тыковка…

Мы улыбаемся, и в какой-то момент я мирно засыпаю, еще не зная, что ждёт меня по возвращении домой…

19. Чемоданчик

Олеся

— Слава, ну хватит! — уворачиваюсь от его поцелуев. — Мне правда нужно идти.

— Смотри на гориллу и думай обо мне, — он проводит носом по моей щеке и снимает блокировку с дверей машины.

— Хорошего дня! — выпархиваю у кофейни. «Соленый эспрессо» встречает родной бирюзовой витриной.

— Увидимся вечером, — Слава заводит мотор.

— Давай решим позже, мы договорились провести время с Яриком.

— Конечно. Тогда я просто завезу цветы, — кивает он с пониманием.

Слава отъезжает от кофейни, а в моей голове копошатся мысли, не обидела ли я его тем, что не спешу принимать никого в семью?

У нас с Ярославом турбулентный период, а тут он написал и сам предложил посмотреть вечером какой-нибудь мультсериал, что растрогало меня до слез.

Помню, он стеснялся смотреть мультяшки при Витале, поскольку каждый из них он называл «глупой ерундой для недоразвитых». И это было нашей с сыном секретной традицией, когда муж уходил на работу.

Боюсь, что внезапное появление чужого мужчины нарушит нашу хрупкую связь. Не хочу наделать ошибок…

Хотя с другой стороны: чем я хуже Витали? Его пассия проявляет активную заинтересованность жизни нашего сына, почему мои новые отношения должны плохо повлиять на подростка?

Втягиваю солоноватый осенний воздух и смотрю на падающие листья деревьев, что расставлены в кадках вдоль набережной. Мда. Мне предстоит принять непростое решение. И для сына и для себя самой.

Навизуализировала, так навизуализировала!

— Олеся! — радостно встречает меня Сонька, распахивая двери террасы. — Вы приехали!

— И привезла тебе новый десерт! Моти с вишневой пастой. Пойдем скорее!

Проходим внутрь.

— Я тут немного хозяйничала, — Зайчикова обводит рукой украшенные столы. — Сделала осенние экибаны. А еще думаю, что нам нужно украсить вход, например, большими тыквами!

— Только не тыквами, — прыскаю со смеху. — Но идея хорошая! Вот, держи, — вынимаю из сумки пластиковую тару с обваленными в кукурузном крахмале шариками.

— Я видела такие у блогеров — это прямо тренд, — она снимает крышку и принюхивается. — Но моти вряд ли побьют рекорд продаж мини-эклеров. Все смели! Будем делать новую партию?

— Нет, Титов заслужил индульгенцию, — решительно кручу головой. — Но, если хочешь, можем выпустить серию «Как у Феликса».

— Много чести, — машет она рукой и идет к кофемашине. — Знаете, что он учудил