Как не влюбиться в спасателя - Тори Мэй

— О! А можно? — загорается он.

— Можно, если между нами, девочками.

Однако, меня вдруг окликает мужской голос:

— Вячеслав, постойте.

Переваливаясь в лаковых ботинках по зыбкому песку, ко мне спешит никто иной, как бывший муж Олеси.

— Ярослав, здравствуй. Дождись меня у машины… — бросает он сыну.

— Привет, пап… — понуро здоровается парень, понимая, что визит в логово к спасателям ему не светит.

Провожаем малого взглядом, а затем схлестываемся в молчаливой зрительной схватке.

Скользкий голубоглазый хмырь этот Виталя, я таких на раз-два ломал. Именно такие подставляют родственников, оставляют женам кредиты и выгоняют стариков из квартир.

— Я по делу.

— Че хотел? — достаю пачку и прикуриваю сигарету.

— Уточнить, что у вас тут за самодеятельность и почему мой сын в ней участвует?

— Проблемка есть с твоим вопросом, Виталя, — ухмыляюсь. — Мне не нравится его тон.

— Я, как отец, не давал разрешения на… вот это вот всё! — хорохорится он, но шаг назад делает.

Знает крыса офисная, что я при сыне трогать его не стану. Ярик стоит на набережной у дороги и глаз с нас не сводит.

— Для разрешений у ребенка есть мать, — напоминаю ему.

— Вот именно — мать. Олеська ни черта не разбирается в воспитании! А то, что вы залезли к ней под юбку не дает права…

Договорить уважаемый не успевает.

Одной рукой обнимаю суку за шею так крепко, что у него в затылке щёлкает. Другой — продолжаю курить.

В смертельном объятии веду тщедушного в сторону моря. Со стороны мы просто гуляем, как старые и добрые друзья.

— Давай определимся сразу, Виталя, — встряхиваю гондона. — Или ты говоришь об Олесе уважительно, или я снесу тебе кабину так, что лучше хирурги не пересоберут.

— Мххмхмх… — хрипит в ответ. Видимо, пережал артерию. Это хорошо.

— Кивни, если понял.

— От-пус-ти ме-ня! — дергается.

— Не люблю недоходчивых людей, — вынимаю сигарету изо рта и подношу к его перекошеному лицу. — Еще раз услышу подобное в ее сторону — прижгу яйца. Уяснил?

Синий Виталий кивает.

Отсутствие кислорода — дело такое: сколько не выделывайся, а согласиться хочется.

Он натужно вдыхает и закашливается.

— Тебе это так с рук не сойдет! — оттягивает воротник и пятится назад. — Помяни мое слово!

— Смотри, чтоб тебя самого поминать не пришлось, — толкаю равнодушно и отворачиваюсь к морю.

Эх, красивый намечается сегодня закат — нужно украсть тыковку после работы.

22. Эклеры

Олеся

С чувством выполненного долга оглядываю сияющую кухню, точнее, цех. Заварной крем остывает, тесто поднимается, поверхности блестят. К сегодняшней смене все готово!

Только вот на часах такая рань, а я уже наполовину карета, наполовину тыква — поясница отваливается. Завожу руки за спину и немного растягиваюсь, чтобы снять напряжение.

Сонечка отпросилась на сегодня — у нее на носу осенние рейтинги в университете, а для меня одной это нечеловеческий объем работы.

Нужно что-то менять.

Дела кофейни медленно, но верно идут в гору, и мне все чаще думается, что пора подыскать еще одного, а лучше двух сотрудников. Одного — в помощь Зайчиковой, другого — мне.

В моих мечтах я занимаюсь лишь выпечкой и разработкой новых рецептов, а кофейней и закупкой заведует кто-то другой. Как здорово было бы… Возможно, тогда бы я нашла время и на спорт и на салоны красоты.

Хм… А что? Может, хватит оттягивать это решение и заняться поиском сотрудников уже сейчас?

Нахожу ручку, беру со стола салфетку и прямо на ней прикидываю расходы на оформление новых людей. В принципе, мы можем позволить себе трудоустроить одного человека.

Да, мне самой придется немного ужаться в деньгах, но я не привередлива.

Успею заработать: скоро прохладный сезон, а значит, что вместо прогулок люди будут все чаще захаживать в локации, вроде нашей — уютное кафе у моря с видом на маяк. К тому же, на носу новый год — время корпоративных и частных заказов.

Да, начинаем поиск работника!

Ставлю на салфетке восклицательный знак и обвожу его в кружочек — внутреннее решение внезапно поднимает настроение.

Чувствую, как вместе с принятым решением внутри высвобождается огромное количество энергии, настроение поднимается, а по телу расползаются приятные мурашки — верный признак того, что оно правильное.

Пританцовываю под музыку из колонок в ожидании открытия, и тут мой телефон оживает.

Сообщение от Ульяны.

«Лесь, ты же помнишь о нашей встрече? Через пару часов выезжаю на УЗИ».

Меня накрывает волной адреналина. Твою ж глазурь!

«Конечно, я помню!» — печатаю наспех.

Естественно, я забыла — я провела несколько дней в тревогах о потерянной тетради с рецептами. Ярослав утверждал, что никогда ее не видел, и в отчаянии мне пришлось позвонить «любимой» Лидии Мраковне, чтобы уточнить, не взбрело ли ей в голову утащить мои наработки. Она единственная, кто переступает порог нашей квартиры с завидным постоянством.

Выражалась я вежливо, но скандалище разразился такой, что меня еще долго потряхивало.

— Чтобы ничего не пропадало, думать надо, кого в дом водишь, Олеська! Мужики шастают у тебя — весь город уже болтает, что мать сына не стесняется.

— Тот же совет могу дать Вам, Лидия Марковна, это вы привели в нашу квартиру чужого человека.

— На Богдашу намекаешь, что ли? Ой не смеши! Зачем ей твои каракули, когда она может позволить себе обучаться в самой Франции?

— Не намекаю, а говорю прямо! И довожу до вашего сведения, что я сменила замок, и запрещаю вам провожать внука дальше, чем до лестничной клетки!

— Ах ты…

Дальше я не слушала. Хватит с меня! Я больше не намерена терпеть ни ее ядовитый тон, ни обвинения.

Захочу и десять мужиков приведу! Хотя один Титов за десятерых сойдет.

Думаю о нем и улыбаюсь. После спонтанного свидания на закате мы не виделись несколько дней, и я успела соскучиться.

А что, если мне самой проявить инициативу и предложить ему поехать со мной? Думаю, Слава будет рад увидеться с братом.

Мы проведем время парами, и, возможно, мне удастся выведать, что же случилось у него в прошлом. Он до сих пор избегает говорить со мной на эту тему, каждый раз уворачиваясь от наводящих вопросов, что совсем не способствует нашему сближению.

Возможно, глупо пытаться самой устанавливать доверие с тем, кто не пускает тебя в потайные чуланы своей жизни, но я надеюсь, что скоро он приоткроет эту дверь. А еще — что меня не напугает то, что я за ней обнаружу.

Пишу: «Привет! Собираюсь сегодня в отель к Ульяне с Мишей, не хочешь присоединиться?»

Слава: «Уж