Музеи жестокости. Бенинские бронзы, колониальное насилие и культурная реституция - Дэн Хикс

15 европейских офицеров, четырех офицеров-африканцев и 450 рядовых солдат из «мусульман йоруба», разделенных на четыре батальона по сто человек в каждом, а также 50 человек личного состава и музыкантов, вооруженных штыковыми винтовками Мартини – Генри, двумя пулеметами Максима и несколькими семифунтовыми пушками, которые в 1896 году «участвовали в крупных военных экспедициях»[180]. Казармы были построены в Старом Калабаре, в Дегба на реке Новый Калабар и в Сапеле на реке Бенин[181]. Чиновники протектората сообщали о насилии, «кровопролитиях» и «причиняющих беспокойство» инцидентах, «противоречащих всем принципам свободной торговли» и нарушающих соглашения, заключенные между британским правительством и торговцами-джекри после отмены рабства[182].

Ключевую роль для Королевской Нигерской компании играли отношения с местными вождями, и потому в период с 1884 по 1892 год она подписала с ними 342 соглашения[183]. Постоянно существовала угроза военного нападения со стороны компании или протектората за отказ идти навстречу все более дерзким требованиям британцев. Гарри Джонстон, назначенный в 1886 году вице-консулом Камеруна и Протектората Масляных Рек, впоследствии вспоминал, что «когда [я] прибыл в 1885 году в дельту Нигера и оценил ситуацию, то понял, что там существуют два могущественных местных государства, с которыми следует вести себя осторожно – королевство Бенин на западе с крупным прибрежным вице-королевством под управлением вождя Наны, а также Опобо к востоку от главной реки под управлением Джаджи»[184].

Свержение протекторатом в 1887 году короля Опобо Джаджи под предводительством Джонстона (в том же году в возрасте 29 лет его повысили до должности «действующего консула») стало предвестником будущего. Джонстон, выпускник Королевского колледжа Лондона, четыре года изучал живопись в Королевской академии, в 1884 году возглавил экспедицию Королевского географического общества на гору Килиманджаро, а позднее опубликовал обширный отчет, где высказывал свое мнение о «колонизации Африки высшими расами»[185]. Джубо Джубога, известный по сделкам с белыми как король Джаджа из Опобо, родился в 1821 году в Амейбо в Игболенде. В возрасте 12 лет он в качестве раба попал в Бонни, а затем стал уважаемым богатым торговцем и в 1869 году в возрасте 48 лет основал город Опобо. В 1885 году Джаджа посетил Англию, 31 июля прибыл в Ливерпуль на пароходе «Тенерифе»[186], а позднее построил на берегах реки Нигер сеть складов для торговли пальмовым маслом и доставлял продукцию напрямую в Ливерпуль, минуя британские компании. Во время торгового спора 1887 года власти протектората обманом заманили Джаджу на встречу и взяли его в плен в качестве заложника. Его судили, обвинили в совершении различных преступлений в Аккре, доставили в Лондон для аудиенции с королевой Викторией, а затем сослали на остров Сан-Висенте (Кабо-Верде). Позднее Генри Голуэй писал, как во время своего первого путешествия из Плимута в Бонни в июле 1891 года для вступления в должность заместителя комиссара и вице-консула Протектората побережья Нигера он столкнулся с процессией, которая переправляла в Опобо останки Джаджи, скончавшегося на острове Тенерифе, вероятно, как позднее утверждали британцы, по пути домой с Кабо-Верде после своего освобождения[187].

Тем временем протекторат предпринял ряд попыток подписать договор с обой Бенина. Первая попытка была предпринята поколением ранее, во время визита Ричарда Бёртона к обе Адоло в 1862 году, и завершилась заключением договора[188]. В июне 1885 года вице-консул Бенина Дэвид Блэр в сопровождении торговцев и отряда из 50 солдат хауса сообщил, что ему не удалось встретиться с обой: он прибыл на место встречи в 25 милях от города и через три дня ожидания вернулся назад[189]. В последующие годы состоялось несколько визитов: Сирил Панч приезжал к правителю в декабре 1889-го[190] и в 1891 году[191], Т. Б. Октерлони[192] дважды приезжал в 1890 году, а также обу навещал консул Дж. Ф. Н. Б. Аннесли. Они удостоились аудиенции, обменялись подарками, но не подписали никаких договоров.

В этот период уже обсуждались перспективы свержения обы. Для Британии ключевое значение имели географические изыскания, и в январе 1892 года Голуэй сообщил о создании карты внутренних рек между Лагосом и Бенином[193]. Наконец, в марте 1892 года Голуэй прибыл в Гвато на реке Бенин и, обменявшись сообщениями с правителем и получив от него приглашение, отправился далее с тремя белыми спутниками и 40 носильщиками (иллюстрация IIa). Его визит совпал с празднеством в честь предыдущего обы. На встрече присутствовали около 5000 человек, и, когда Голуэй предстал перед правителем, «оба был облачен в негнущийся наряд из коралла, откуда были видны лишь его глаза, нос и кончики пальцев рук и ног, а над головой у него держали огромное опахало»[194].

Договор о защите был подписан 26 марта, и его свидетелями стали консульский представитель Г. Хэли Хаттон, военный врач Хенли и Джон Суэйнсон из ливерпульской компании Пиннока[195]. Как и другие посетители, Голуэй был вынужден ждать три дня, пока шли церемониальные приготовления. Согласно стандартному тексту договора, «Ее Величество королева Соединенного королевства Великобритании и Ирландии, императрица Индии» «обязуется распространить на короля Бенина и территории, находящиеся под его властью и юрисдикцией Свою благосклонную милость и покровительство» в обмен на ряд условий, главное из которых было прописано в параграфе IV: «Подданные и граждане всех государств могут свободно осуществлять торговлю на всех территориях короля, стороны настоящего соглашения, и имеют право строить на этих территориях дома и фабрики»[196].

Мы не знаем, что подумал оба по поводу крестика на договоре, но после его подписания Голуэй «сообщил королю, что, если он будет выполнять условия соглашения, королева Англии навсегда останется его другом», после чего король якобы извлек «амулет» из копаловой смолы, словно желая сказать, что ею можно свободно торговать, и приказал собирать смолу[197]. Однако остается неясным, налагал ли королевский суд какие-либо ограничения на торговлю[198].

В течение следующих нескольких месяцев после подписания договора чиновники протектората открыто писали и говорили о своем желании свергнуть обу, как только наступит подходящий момент. 16 мая 1892 года, отправив премьер-министру, маркизу Солсбери, «подписанную» копию договора с крестиком, поставленным обой Овонрамвеном Ногбайси, генеральный консул МакДональд отметил затруднения, связанные с торговыми ограничениями, которые были наложены бенинским правителем:

«Нет никаких сомнений в том, что территории Бенина очень богаты и имеют огромное значение. Минералы, копаловая смола, аравийская камедь, плоды масличной пальмы и тому подобное можно найти здесь в больших количествах. Однако развитие торговли, коммерции и цивилизации парализовано идолопоклонничеством, которое, к сожалению, преобладает на всей территории страны. Судя по собранным мною сведениям, настоящий правитель с радостью бы покончил с существующим положением вещей, однако жрецы держат его в благоговейном страхе. Я надеюсь в скором времени положить этому конец и рассматриваю договор, столь искусно заключенный капитаном Голуэем, как первый шаг к осуществлению моего плана. Тем не менее я буду очень удивлен, если варварские традиции, которые веками существовали в этой стране, удастся