Властелин чумного мира - Сергей Александрович Плотников

Я на секунду задумался.

— Взять под опеку — да. А насчет усыновления… это не то решение, которое я могу принять сам по себе. Нужно обсудить с девчонками. Усыновлять для галочки я не буду, если уж делать — то как следует. А я пока его почти не знаю, хотя и впечатлен его поведением в сложной ситуации. И не знаю, что мои жены думают. Хотя… погоди, получается, если мы его усыновим, он дворянство получит? Или жизнюки не могут быть дворянами?

— Почему, могут, — пожал плечами Элсин. — Просто среди дворян считается позором надеть белый балахон, так что если могут скрыть свой дар и выучиться тайно — скрывают.

Что ж, про это я уже знал. Метелица ведь меня именно за такого аристократа изначально приняла.

— Ладно, — сказал я. — Поглядим. Позаботиться о нем я собираюсь, но относиться как к сыну? Не знаю, смогу ли. И сможет ли он относиться ко мне, как к отцу.

— У тебя довольно идиллические представления об отношении детей и родителей, — заметил Элсин. — Но тем лучше для нас всех. Огненный маг, у которого было несчастливое детство, — это большая потенциальная проблема!

Я вскинул брови.

— Как будто у тебя другие представления!

— Нет, примерно такие же. В идеальном случае. Но у меня было достаточно учеников, чтобы научиться не путать… как ты выражаешься? Теплое с мягким? Насколько я тебя знаю, «позаботиться» о мальчике в твоем понимании не слишком отличается от усыновления в понимании большинства людей, — он сказал это с очень теплым выражением лица: без улыбки, но как будто бы все равно улыбался.

Я тряхнул головой, показывая, что пока не готов это дальше обсуждать.

— Ладно. В любом случае, парень явно очень взрослый для своих лет, если выдержал минимум год обучения в этой Высшей Школе, да еще и с опухолью в груди. Нам очень пригодится сильный маг Жизни, пусть пока придется делать скидку на его возраст.

— Он почти не обучен. Стандарты преподавания здесь… скажем так, не дотягивают до наших.

— А ты мне на что? — усмехнулся я. — Ты же уже учил жизнюков на Гробнице.

Элсин хмыкнул.

— Почему я не удивлен таким развитием событий?

Вдобавок, перед нашим отправлением из Высшей Школы Элсин заставил меня поесть — точнее, напомнил, заставлять-то меня не требовалось! Последний раз я что-то ел еще на Гробнице, перед переходом, и едва он про это сказал, ощутил жгучий голод.

— Но не объедать же тут больных! — запротестовал было я.

— Разумеется. Поэтому я захватил из Академии ветчину, сыр и хлеб. Там припасов достаточно. Давай, перекуси. Лучше сейчас, чем в тряской повозке. Мальчика я бы тоже накормил, но я так подозреваю, что раз ты его усыпил, ему лучше поспать?

— Да, — согласился я. — От голода он не умрет, явно калорий получал достаточно, хотя я прописываю ему усиленную белковую диету в ближайшие несколько месяцев. А вот поспать ему надо, часов пять-шесть, а лучше десять-двенадцать, если получится не разбудить.

— Постараюсь, — кивнул Элсин. — И пошлю кого-нибудь за одеялом.

— Зачем? — удивился я. Потом сообразил: ну конечно, температура тела во сне понижается! День мне лично казался теплым, но по здешним меркам скорее прохладный — тут, оказывается, ранняя весна. Да и вообще, истощенного ребенка лучше укутать во сне, Элсин прав. Несмотря на то, что он уже больше тридцати лет немертвый, он почему-то помнит о подобных вещах лучше меня. Профессионально заботливый человек, что уж! Я вспомнил, как он заходил к нам, в смысле, адептам Академии Некромантии в Руниале, по вечерам, гасил лампы и отправлял спать — и не удержался от ностальгического смешка.

Хорошо, что случилась эта задержка: если бы я не стал обедать и если бы нас не задержала возня с мальчиком, нас не догнало бы послание. А так, когда мы уже собирались грузиться в ландо, я увидел кружащую в небе черную точку. Точка спикировала вниз, превратившись в ворона, и опустилась на плечо Элсину, то, которое не было занято Печенькой.

— Записка! Записка! — крикнул попугай.

— Да-да, мой хороший, записка, — Элсин снял с плеча немертвой химеры искусно прикрепленную на ремешках сумочку, достал из нее сложенное в несколько раз письмо на нескольких листах. Живая птица такое бы не донесла, но умертвию хоть бы что. Развернул, пробежал глазами, протянул мне. — Это от Оллы.

— Как она догадалась нас тут искать? — в очередной раз поразился я способностям супруги, начиная читать.

— Скорее всего, не догадалась, — трезво пояснил Элсин. — Скорее всего, послала в Академию Некромантии, а там Агрим перенаправил сюда. Я же знакомил с ним моего ворона.

Точно.

Но Олла все равно оказалась молодцом: за прошедшие три или четыре часа она сумела подбить цифры и уже подробно расписала мне, сколько и какого продовольствия, по ее прикидкам, требовалось городским кварталам на неделю — при этом она учитывала только кварталы поденных рабочих и отдельных цехов, естественно, трущобы и аристократические кварталы и поместья не трогала. Оно и понятно. С трущобами, конечно, придется что-то решать, может, даже выжигать. Но это мы посмотрим.

Завершалось письмо просьбой Оллы заехать на склады треста «Благодатные поля» рядом с речным портом и договориться с местными служащими о поставках.

Я протянул письмо обратно Элсину.

— Последний абзац.

Он кивнул.

— Да, хорошая идея. Тем более, судя по карте города, отсюда на склады треста будет быстрее, чем в квартал алхимиков, как мы изначально собирались.

Черт, маршрут все удлиняется и удлиняется! После визита к алхимикам я собирался отправить Элсина опять искать нам жилье, а самому вернуться в ратушу — ну и мальчика там разместить. Теперь же, выходит, придется таскать его с собой. Потому что в этом гребаном недогоспитале я его оставлять не хочу. Не доверяю я, что они его не разбудят и не припашут в случае чего.

В общем, из Высшей Школы мы двинулись с прибавлением. Элсин держал мальчика на коленях в полусидячем положении, и Лейф благополучно продолжал спать, даже не дергался во сне. Печенька, кстати, не возражал: сидел на плече Элсина, как будто так и надо. Пару раз, правда, перелетел ко мне на голову, попросил печеньку, получил и успокоился. Элсин проворчал, что вредно столько печенья подряд, но ладно уж, в виде исключения.

Другие некроманты разок только поглядели на Лейфа Бьернсена с любопытством, но вопросов подчеркнуто не задавали. Кто-то из них, возможно, что-то слышал, но скорее они считали любопытство непрофессиональным для роли телохранителей. Игнир, правда, уточнил, нужно ли охранять мальчика и в каком приоритете.

— Нужно, после мэтра Шелки, — сказал Элсин.

— И после