Схватка на «Крыше мира». Политики, разведчики, географы в борьбе за Памир в XIX веке - Алексей Владимирович Постников

предупреждал эмира об опасности России, был заменен на афганского беглеца Абдул Самут Хана. Следует заметить, что британский миссионер при разговорах с бухарскими царедворцами вел себя очень смело и недвусмысленно дал понять, что в случае невыполнения его требований Британия будет готова направить в Бухару свои войска из Индии. Вулф получил неопровержимые подтверждения того, что Стоддарт и Конолли действительно были обезглавлены как английские шпионы по приказу эмира Бухарского. Заметим, что произошло это в период первой англо-афганской войны 1839–1842 гг., т. е. в то время, когда в Центральной Азии не могло не возникать опасения в дальнейших агрессивных планах Британии, стремившейся расширить свои колониальные владения в северном направлении. Вулф оказался в Бухаре по окончании этой войны, что, по-видимому, в конечном итоге и спасло ему жизнь: эмир позволил ему вернуться в Англию при условии, что миссионер захватит с собой посланника Бухары к британской королеве. Следует заметить, однако, что афганцы старались обеспечить Вулфу столь же печальную участь, как и его предшественникам: так, хан Герата Яр Муххамед три раза направлял эмиру Бухарскому послов, которые советовали ему казнить британского миссионера. По приказу эмира Джозеф Вулф написал перед своим отъездом следующее письмо капитану Гроуверу, разъясняющее официальную позицию бухарского правителя по поводу казни полковника Стоддарта и капитана Конолли:

(ОФИЦИАЛЬНО) Бухара, 5 мая 1844.

Сэр. Я пишу это письмо в доме Наиб Абдул Самут Хана, командующего артиллерией и арсеналом его величества короля Бухары, истинного и блестящего друга британской нации, в присутствии также Махрама (личного камергера) его величества Эмира; и пишу я это письмо официально, по приказу короля Бухары, которому я передаю перевод письма, а потому ограничиваю себя лишь наиболее необходимыми темами без комментариев и каких-либо наблюдений со своей стороны.

29 апреля король заявил мне через упомянутого выше Наиба и в присутствии Муллы Казема – Махрама (личного камергера) короля, что он [эмир] предал смерти в месяц Сарратан, 1259 г., полковника Стоддарта и капитана Конолли. Полковник Стоддарт был предан смерти, во-первых, потому, что он в нескольких случаях вел себя по отношению к королю с величайшим неуважением; во-вторых, потому, что, став мусульманином, он затем вернулся к христианской вере; в-третьих, потому, что он обещал получить письма из Англии, но прошло 14 месяцев без какого-либо ответа, несмотря на то что король возвел Япар-ханас (почтовые станции) на свои собственные средства. А в отношении Конолли, что он был предан смерти за подстрекательство ханов Хивы и Коканда к войне против короля Бухары и т. д. Его величество позволил мне покинуть Бухару 9 мая, т. е. в следующую пятницу.

Из Мешеда я сообщу обо всем подробнее.

Засим остаюсь, сэр, вашим покорным и скромным слугой.

Джозеф Вулф,

Английский Мулла.

В качестве примера того, что бухарский эмир боялся и уважал Англию, Вулф приводит следующее размышление вслух этого восточного деспота: До чего же удивительно! У меня здесь 200тыс. персидских рабов, и никому нет до них никакого дела; а из-за двух англичан приезжает человек из Англии и в одиночку требует их освобождения. Вулфу удалось увидеть (но не получить) у бухарцев походный журнал Стоддарта, в котором, по свидетельству миссионера, помимо всего прочего, были приведены подробные описания крепостей Коканда и Бухары.

Вулф упоминает в своей книге еще одного европейца, посетившего Бухару до него. Это венгерский путешественник Чсомо де Корос (Csomo de Koros), который провел длительное время в одном из ламаистских монастырей недалеко от Ладака, где он исследовал происхождение венгерского языка и гуннов. Этот удивительный человек отправился в свою экспедицию из Парижа в 1826 г. и прошел через Константинополь в Персию под видом дервиша. Из Тегерана он проследовал в Бухару, Лахор, Ладак и Калькутту. Он создал первый известный словарь тибетского языка.

Согласно информации, полученной английским миссионером, незадолго до казни Стоддарта и Конолли Бухарский эмир направил посла в Россию, доставившего царю в подарок живого льва, за что посол был щедро одарен императором. Но после казни англичан повторная попытка эмира направить своего представителя в Россию окончилась неудачей: в Оренбурге посол был остановлен и возвращен обратно, т. к. русский император не захотел иметь больше никаких дел с эмиром, предавшим смерти европейцев. Следует заметить, что сам Вулф, несмотря на его неопределенное положение и постоянное наблюдение за ним со стороны приставленных эмиром надзирателей, не оставался равнодушным наблюдателем событий в Бухаре: он умудрялся в деталях сообщать о них английскому представителю в Персии полковнику Шейлу, а при попытке повторного завоевания Коканда эмиром Бухарским британский миссионер, воспользовавшись услугами расположенного к нему еврея, предупредил заранее Шер Али Хана Коканда о готовящемся походе и тем самым дал возможность кокандцам настолько хорошо подготовиться, что эмир Бухарский был вынужден отступить и вообще отложить нападение. Благодарный Шер Али Хан через кашмирского купца передал Вулфу предложение посетить Коканд, с тем чтобы кокандский правитель смог послать через английского миссионера подарки английской королеве.

После весьма длительных отсрочек, во время которых жизнь Вулфа часто висела на волоске, эмиром Бухарским в результате обращения к нему персидского шаха, в котором содержалась явная угроза нападения Персии на Бухару в случае убийства английского миссионера, Вулф был отпущен 3 августа 1844 г. с послом Бухары к английской королеве Эмиром Абул Касимом (Ameer Abool Kasem). В числе жертв бухарского эмира, убийство которых инициировал, по мнению Вулфа, главным образом Абдул Самут Хан, помимо Стоддарта и Конолли были англичанин, называвший себя Хатта, туркмен из Мерва, которого направили в Бухару для помощи в освобождении Конолли, британский капитан Вайбург и еще пять англичан, казненных у стен города Джехар-Джоо.

На одной из первых стоянок английский миссионер столкнулся с ярким проявлением антиевропейских настроений местных властей (особенно афганцев), когда некий афганец Сеид, встречавшийся с Вулфом в Бухаре, высказал свое явное разочарование в том, что миссионеру удалось вырваться живым из страны. Когда друг Вулфа Аббас Кули Хан стал попрекать афганца и говорить, что англичанин – дервиш, интересующийся лишь религиозными делами, Сеид ответил: «Я знаю этих английских дервишей. Они приходят в страну, шпионят в горах и долинах, морях и реках [исследуют горы и долины, моря и реки]; находят подходящие проходы и затем идут домой проинформировать там господина начальника по имени „Компания“ [афганец имеет в виду Ост-Индскую Компанию, являвшуюся в то время владычицей Индии], которая посылает солдат, а затем захватывает страну…»

В результате своих наблюдений в Центральной Азии Джозеф Вулф считал весьма желательным для Англии начать активную миссионерскую деятельность в странах этого региона. Среди наиболее важных и перспективных в этом отношении городов английский миссионер называет Туркестан, Ташкент, Кашгар, Коканд и особенно Или, где, по его сведениям, собирались русские торговые караваны для продажи своих товаров центральноазиатским купцам. Вулф считал,