Фараби – основоположник исламской философии - Ризо Довари Ардакани

связи с шиитами, ибо со времён Абу ал-Хасана Аш‘ари сунниты в основных вопросах религии следовали Аш‘ари, а второстепенные вопросы религии они ограничивали рамками четырёх школ суннитской юриспруденции, основанных четырьмя имамами[67].

Фараби, подобно другим философам своего времени, не придерживался суннитского мировоззрения (хотя в книге «Фусус ал-хикам[68]» он[69] пишет о примере первенства в достоинствах на примере первенства Абу Бакра перед ‘Умаром). Такие примеры, особенно с учётом того, что в другой своей книге («Общее между мнениями двух мудрецов») он не ссылается на подобные примеры), не могут быть доказательством того, что Фараби придерживался суннитского мировоззрения. Но с другой стороны, ни шииты-исмаилиты, ни имамиты[70] не приводят подобные доводы как утверждение того, что Фараби принадлежал к их вероисповеданию[71].

В любом случае, философия в исламском мире «сжилась» с шиизмом, в чём нет никого сомнения. Со времени Насир ад-Дина Туси большинство философов в мусульманском мире были именно шиитского вероисповедания, следовательно, возможность шиитского вероисповедания Фараби, в любом случае, имеет большую вероятность, ибо в суннитском мире философия фактически была под запретом, в то время как в шиитской среде она процветала.

Даже консервативные шиитские правоведы, хоть и имели иногда трения с философами, всегда шли на компромиссы и научный диалог с ними. Именно поэтому в Иране (как в стране с преимущественно шиитским населением) были заложены все основания для процветания философии и свободомыслия в целом. Необходимо сказать, что и суннитский мир полностью не порвал с философией. Постепенно в суннитском богословии (калам) философия стала занимать весомое место и иметь сильное влияние.

Так или иначе, в первой половине 4 / X в. Фараби не мог оставаться в Багдаде и переселился сначала в Египет, а затем в Сирию. Он поселился в Дамаске, а в 339 / 950 году, в возрасте около 80 лет он покинул этот бренный мир и был похоронен в окрестностях Дамаска.

Мы не знаем точно, занимался ли Фараби преподавательской деятельностью или нет, известно имя лишь одного его ученика по имени Абу Закарийа Йахйа ибн Ади. Но Абу Закарийа покинул Фараби и примкнул к школе Рази.

Фараби называют «вторым учителем» (первым учителем был Аристотель). Мусульмане так называли его потому, что такая наука как логика и всё, связанное с ней, было объединено в одно целое именно Аристотелем, он укрепил основы логики так, что она стала вступлением к любой другой науке. Что касается второго учителя, то примерно по таким же причинам и критериям его стали называть вторым, то есть следующим за первым.

Всё вышесказанное можно резюмировать в нескольких словах: Фараби уделял особое внимание логике и рациональным доказательствам, он переводил, анализировал и исследовал работы Аристотеля и комментировал их. Мы считаем, что нет необходимости искать причины того, почему ему было дано прозвище «второй учитель». Какова бы ни была основная причина этого имени, нет никаких сомнений, что Фараби был основоположником исламской философии. Он ни в коем случае не позиционируется как толкователь и комментатор древнегреческой философии.

После того, как Фараби изучил древнегреческую философию и исламские науки своего времени, он смог с лёгкостью высказывать своё мнение по тому или иному вопросу в области философии. Он доказал, что с упором на рациональное мышление и логику возможно достигнуть истину.

Недостаточно глубоко, на наш взгляд, исследован вопрос о том, почему Фараби прилагал усилия для объединения различных мнений. Исследователи главным образом пытались найти в работах Фараби ссылки на древнегреческих философов, чтобы таким образом доказать «доказанное», что Фараби – только толкователь и комментатор древнегреческой философской традиции, как будто только следование и толкование может стать основой для написания новых книг и возникновения новых идей.

Наша информация об источниках, на которые ссылается Фараби, не является полной, есть произведения неопределённого характера. Только в двух случаях из тринадцати в книге «Ал-Джами‘» («Общее во мнениях»)[72] есть ссылки Фараби на древнегреческие источники, и примечательно, что Фараби прилагает усилия для того, чтобы объединить мировоззрения Платона и Аристотеля в одну стройную систему.

Книга «Ал-Джами‘» не является философским «подражательством», цель которого только разъяснение мировоззрений своих учителей (Платона и Аристотеля), напротив, она знаменует начало исламской философии как таковой. Мы совершим большую ошибку, если не будем обращать на всё это внимание и посчитаем книгу «Ал-Джами‘» только толкованием мировоззрений Платона и Аристотеля, но не философского мировоззрения самого Фараби. Обращая внимание на метод написания этой книги, мы видим только внешнюю сторону, написание же книги необходимо соотнести с мировоззрением самого автора, ибо сам Фараби ясно излагает причины написания своей книги.

Фараби говорит: «Некоторые думают, что философы имеют разногласия между собой относительно начала и сотворения мира, и относительно того, что возникло, и того, что вечно, и я хотел устранить их сомнения и показать то, что великие учителя философии на самом деле не имели между собой разногласий в данном вопросе. Если же между ними и были разногласия, то это разногласия в некоторых частных вопросах. Также причиной недопонимания в этих вопросах стали неправильные комментарии». Необходимо понимать, что имел в виду Фараби под правильным толкованием.

В книге «Ал-Джами‘» Фараби приводит тринадцать важных на его взгляд вопросов, по которым воззрения Платона и Аристотеля внешне кажутся разными. Эти важные вопросы Фараби разъясняет с позиции, на которой он сам лично находится. Один из арабских историков исламской философии, разъясняя эту позицию, отмечал, что Фараби, сконцентрировав внимание на основных моментах философии, смог преодолеть некоторые разногласия по запутанным вопросам. Эти утверждения будут правильны лишь постольку, поскольку философы дают один ответ на вопросы. Конечно, философия одного определённого периода может давать ответы, близкие по смыслу, и тогда толкователи могут делать свои изыскания, исходя из того или иного положения. Так, Фараби в своей логике приводит и доводы частного характера.

Нам кажется, Фараби приложил определённые усилия для разрешения некоторых спорных моментов мировоззрения Платона и Аристотеля – для того чтобы свою философию сделать абсолютной философией, где религия, богословие, право и все религиозные науки в целом соответствовали бы единой философской традиции.

Конечная цель философии Платона и Аристотеля – счастье для человека. Однако в работах Платона и Аристотеля Фараби видит доказательство единства между философиями вообще. Учёный приложил усилия для того, чтобы связать экспериментальные и практические знания с их теоретическими составляющими. Он показывает, что практические науки являются вторичными по отношению к теории.

Управляющий праведным городом Фараби лишь ищет помощь у философии и теории. Он, подобно Платону и Аристотелю, считает философию наукой на том основании, что она просто есть.