Выжить и Заработать - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

Листок разворачивался неохотно, помятый и надорванный. Знакомый шрифт, знакомая желтая полоска скотча по сгибу.

'ВРЕМЕННОЕ ПРАВИЛО: КАБИНЕТ № 101.

Если после 18:00 занавеска на окне начинает раскачиваться при закрытой форточке — не смотри на нее и НЕ ТРОГАЙ шнур от жалюзи/штор. Сосчитай от 10 до 1 и быстро выйди из кабинета'.

Всё как в моем магазине. Один в один, зараза. Только я никогда не видел этого правила раньше и понятия не имел, как листок оказался у меня в рюкзаке и когда выпал на стол коменданта.

А потом мой взгляд сполз ниже, и дыхание застряло где-то на полпути.

Под текстом правила была строчка, которой, я готов был поклясться, там точно не было при печати. Ровная, сухая, набранная чем-то темно-красным, как будто принтер заправили не тонером:

[СТАТУС: ПРАВИЛО НАРУШЕНО. ВЫЧЕТ: 100%]

Я сглотнул. Слюны во рту не оказалось, горло скребло как наждачка. Дедовы часы на запястье тикали ровно и безмятежно, отсчитывая секунды, которым было плевать на содержимое листка.

Медленно, очень медленно я поднял глаза на окно кабинета № 101. Первый этаж, темное стекло, за ним угадывались те самые тяжелые шторы.

И память услужливо, с оттяжкой, выдала мне картинку пятидневной давности.

Я тогда вышел из кабинета, уже взявшись за ручку двери, и услышал за спиной смех. Такой гнусавый глумливый смешок и что-то вроде «шизофреник». Я еще подумал: наверное, комендант ржет над очередным должником из списка, мало ли у него поводов для веселья.

А он ржал над листком. Прочитал, посмеялся, смял и забросил в ведро.

Во вторник занавеска в кабинете № 101, надо полагать, начала раскачиваться при закрытой форточке.

И Вадим Петрович, человек, которому двадцать лет было на всё побоку, посмотрел на нее. А потом потрогал шнур.

Меня передернуло. Не от страха даже, страх я за последний месяц научился складировать на дальней полке до конца смены. От понимания.

До этого момента, если честно, у меня в голове еще жила маленькая уютная каморка с табличкой «А вдруг». А вдруг всё это коллективный глюк от недосыпа. А вдруг бледные VIP-покупатели носят очень качественный грим. А вдруг я просто устал, и мир на самом деле нормальный, скучный и безопасный, как методичка по складскому учету.

Каморка сгорела. Вместе с табличкой.

Правила настоящие. Они работают не только в моем магазе на краю промзоны, они расползаются, где хотят, и им глубоко безразлично, веришь ты в них или ухмыляешься. Комендант ухмыльнулся. И ему влепили вычет сто процентов.

Аккуратно, стараясь не порвать, я сложил листок по старому сгибу и убрал во внутренний карман, к квитанции об оплате долга. Две бумажки рядом: одна закрывала мое прошлое, вторая открывала такие перспективы, что лучше о них не думать на сытый желудок.

Ветер швырнул мне в лицо горсть мороси. Я поправил капюшон и пошел к главному корпусу, на занятия, машинально крутя в пальцах ручку-мультитул.

Один вопрос стучал в голове в такт шагам, настырный, как недостача на инвентаризации.

Листок лежал в моем рюкзаке. Кто-то его туда положил. И этот кто-то либо пытался спасти коменданта моими руками, либо, наоборот, очень точно знал, что Вадим Петрович сделает с бумажкой ровно то, что сделал.

Короче, меня использовали как курьера с доставкой смертного приговора. Я, между прочим, за курьерские услуги беру деньги. А тут даже чаевых не оставили.

Да, цинично, но по крайней мере честно.

Ладно. Разрулим.

[СИСТЕМНОЕ УВЕДОМЛЕНИЕ ДЛЯ ЧИТАТЕЛЯ]

Если вы сейчас почувствовали легкий сквозняк по лодыжкам или вам кажется, что на вас кто-то смотрит из неосвещенной части помещения — не поднимайте глаз от текста.

Вам не показалось. За вами прямо сейчас наблюдает Гость.

Не отводите взгляд от экрана. Не вглядывайтесь в темноту. Не пытайтесь обернуться или посмотреть на Гостя через отражение в экране.

Зрительный контакт будет расценен как приглашение.

Медленно, не делая резких движений, переведите курсор (или палец) и нажмите кнопку «Добавить книгу в библиотеку».

Спокойно возвращайтесь к чтению, словно ничего не произошло. Ведите себя как обычно и ничем не показывайте, что читали это сообщение или что-то заподозрили.

После этого Гость уйдет.

Главный корпус приближался, а я в мыслях активно взвешивал все за и против.

Что делать простому студенту, если мистическая срань не ограничивается одним ларьком на краю промзоны?

Разложим. Правила существуют не только в магазине. Доказательство лежит во внутреннем кармане и пахнет мусорным ведром покойного коменданта. Земля ему стекловато… кхм… пухом.

Чешем дальше. Если эта дрянь всегда была разлита по городу, а я просто научился ее замечать, то увольняться из магазина бессмысленно. Все равно что снять каску посреди стройки, потому что она давит. Кирпичи от этого падать не перестанут.

И факт третий, самый неприятный. Правила меня уже спасали. Минимум трижды, если вести честный учет, а я его веду. Значит, инструкции ценнее зарплаты, хотя зарплата тоже ниче так.

Руки слегка потряхивало, я сунул их в карман худи. Мозг имел право на панику, но панику я запланировал на потом, где-нибудь после диплома. Сохранность жопы важнее.

У главного корпуса жизнь бурлила своим чередом. На крыльце «Грошки» толпились человек сорок, дым от вейпов висел клубничным облаком, из открытых дверей тянуло сосисками в тесте и дешевым эспрессо.

— … и он такой встает и говорит: пересдача в декабре! Прикинь?

— Го в пятницу к Максу, у него родаки на дачу свалили…

— Заценил новый мем с котом-аквалангистом? Погоди, ща найду…

Я шел сквозь толпу и смотрел на однокурсников как аквалангист на пляжников. Ребят, вы плещетесь на мелководье и хихикаете, а я вчера видел, какая Ктулхунятина живёт на глубине. А Ктулхунятина, между прочим, тоже вас видит. Просто пока не голодная.

Раньше я считал их беспечными. Теперь понял точнее: слепыми. Ходят по минному полю, обсуждают мемы и понятия не имеют, что на четвертом этаже родного вуза их может сожрать Нечто с формулировкой «вычет сто процентов».

Завидовал ли я им? Немного. Как там кто-то из умников-предков говорил? Во многом знании многие печали, или типа того? Вот, максимальная жиза, я на шкуре ощутил.

…В холле у большого зеркала возле гардероба стояла Соколова со своим двором.

Лера Соколова, наша группа, локальная достопримечательность масштабом чуть меньше трубы ТЭЦ. В плане внешности тормозов у нее не было в принципе, и уставной дресс-код универа обходил Леру по широкой дуге.

Сегодня