«Шел в комнату – попал в другую…». Статьи и заметки архивиста и комментатора - Ксения Андреевна Кумпан

Павел Мансуров и петроградский авангард: Каталог выставки. М., 1995. С. 30.

1656

См. второй пункт «тезисов» доклада П. И. Новицкого: «ГИХК ставит заданием изучать художественно-производственную сторону изобразительного искусства, и в противовес ГИИИ базируется исключительно на материале современности. В противовес ГИИИ, стремящемуся культивировать социологический метод, ГИХК пользуется методом, имеющим основание считаться психофизическим. Опираясь на материалы Русского музея, ГИХК отчасти дополняет задание ГИИИ, являясь по отношению к нему как бы психофизической лабораторией и семинарием по изучению современного искусства. Вместе с тем, фактически ГИХК является учебно-вспомогательным учреждением, органом особого направления современной живописи (супрематизма), в чем принципиально нельзя не увидеть известного вхождения его в орбиту деятельности Л. А. Х.» (Оп. 3. Ед. хр. 22. Л. 26).

1657

Малевич К. С. О теории прибавочного элемента живописи / Публ. Е. Ковтуна // Декоративное искусство СССР. 1988. № 11. С. 38.

1658

Музей в музее. С. 361. В этом смысле кажется голословным утверждение Дж.-Э. Боулта, что ГИНХУК «во многом опирался на опыт Института истории искусств Зубова» (Русский авангард 1920‑х–1930‑х годов. СПб., 1996. С. 11).

1659

Следует, однако, заметить, что состав научных сотрудников пересекался. Например, Н. Н. Пунин и М. В. Павлинова работали в обоих учреждениях, поэтому Малевич, вероятно, имел представление о характере работы ИЗО ГИИИ.

1660

С 1925 года комитеты современного искусства начали насаждаться Наркомпросом в искусствоведческих институтах повсеместно.

1661

Н. Н. Пунин числился научным сотрудником 1‑го разряда по ИЗО РИИИ вне штата и без содержания (как и большинство сотрудников института) с 15 января 1922 года (Оп. 1. Ед. хр. 131. Л. 3; Ед. хр. 114. Л. 6–6 об.).

1662

См. пункт 5 протокола этого заседания (Оп. 3. Ед. хр. 22. Л. 112 об.–113).

1663

О слиянии ГИНХУКа с ГИИИ говорится также в последнем протоколе заседания Правления и Ученого совета ГИНХУКа от 2 декабря 1926 года (Жаккар Ж.-Ф. Даниил Хармс. С. 312).

1664

В ГИИИ в это время было четыре подразделения – по сути дела, отдельных института, они именовались сначала Факультетами, потом (с конца 1921) – Разрядами, а с 1926 года – Отделами (Изобразительных искусств, Словесных искусств, Музыки и Театра). В 1925 году на правах Отдела был создан Социологический Комитет.

1665

См. пункт 4 протокола этого заседания (Оп. 3. Ед. хр. 23. Л. 78 об.–79).

1666

См. пункт 1 протокола этого заседания (Там же. Л. 87).

1667

См. выписку из «дела № 41 о слиянии ГИНХУКа и ГИИИ» за подписью начальника Главнауки Ф. Н. Петрова, хранящуюся в фонде ГИИИ, где указано, что «распоряжением по Главнауке № 115 от 14 декабря 1926 г. Институт Художественной Культуры как самостоятельное учреждение с 15 декабря 1926 года ликвидируется» (Оп. 3. Ед. хр. 35. Л. 13).

1668

Распоряжение за № 155 было зачитано на заседании Правления ГИИИ 17 декабря 1926 года (Оп. 3. Ед. хр. 23. Л. 89).

1669

Ф. И. Шмит к этому заседанию вернулся из Германии, куда вывозил экспозицию факсимильных копий древнерусских фресок, выполненных в копировальной мастерской ГИИИ.

1670

См. пункт 2 протокола этого заседания (Оп. 3. Ед. хр. 23. Л. 89–89 об.). О том, когда реально произошла передача имущества, см. в примеч. 2 на с. 638 и ниже в статье.

1671

См. пункт 4 протокола этого заседания (Оп. 3. Ед. хр. 23. Л. 99 об.–100 об.).

1672

См. пункт 1 протокола этого заседания (Там же. Л. 106).

1673

На предыдущем заседании Правления от 14 января было объявлено, что Н. Н. Пунин утвержден Главнаукой председателем Комитета изобразительных искусств с 1 января 1927 г. (о должности секретаря здесь уже не упоминается), и лично ему было поручено «представить на рассмотрение ИЗО программу, оперативный план, штаты, список личного состава и расходную смету» третьей новой структуры (см. пункт 1 протокола этого заседания: Оп. 3. Ед. хр. 23. Л. 114). Сама структура разрабатывалась, вероятно, дирекцией ГИИИ.

1674

Протокол этого заседания (Оп. 3. Ед. хр. 23. Л. 127–129 об.).

1675

Лаборатория по цвето-форме также не указана в юбилейном сборнике: Государственный Институт Истории Искусств. Л., 1927. С. 32–33. Ср. неточные замечания: «В 1927 году после слияния ГИНХУКа с ГИИИ отделы К. Малевича и М. Матюшина стали подразделениями <…> Комитета <по изучению современного искусства>», или «В декабре 1926 года ГИНХУК был слит с ГИИИ. Отделы К. Малевича и М. Матюшина продолжали работать в нем до 1929 года» (Музей в музее. С. 390, 362).

1676

См. п. 1 протокола заседания Правления от 19 января 1927 г. (Оп. 3. Ед. хр. 23. Л. 128).

1677

На этом заседании было постановлено, что из‑за этого «фактически <…> распоряжение Главнауки от 14 декабря 1926 г. за № 155 <о слиянии> аннулируется», т. к. по этому распоряжению «штаты <…> ГИНХУКа полностью передаются ГИИИ» (Оп. 3. Ед. хр. 23. Л. 135, 135 об.).

1678

Там же. Л. 134.

1679

Согласно прежнему распоряжению, Малевичу сохранялась директорская зарплата, которая была в два раза выше ставок заведующих отделов ГИИИ (160 руб.) (см. п. 1 протокола заседания от 18 февраля 1927 г.: Оп. 3. Ед. хр. 23. Л. 148 об.).

1680

См. пункт 2 протокола заседания Правления от 11 февраля 1927 г. (Оп. 3. Ед. хр. 23. Л. 142).

1681

Оп. 3. Ед. хр. 23. Л. 139. Правление ГИИИ полностью присоединилось к этим требованиям руководителей Комитетов (там же).

1682

Письмо не сохранилось, но о нем и об этих скандалах упоминается в следующем письме Новицкому, от 27 января 1927 г. (см. далее).

1683

В презрительно-ироническом тоне эта история описана в письме Ф. И. Шмита от 1 января 1927 г. другу и ученику, искусствоведу Б. С. Бутнику-Сиверскому, в Киев: «В Институте масса работы. Если Вы помните, был такой ГИНХУК <…> на Исаакиевской площади, в Мятлевском доме. Долго он чадил, ни жить не умел, ни умереть не мог – „Монастырь на Исаакиевской площади“. Теперь его упразднили как самостоятельное учреждение и подарили нашему ГИИИ. Хлопот не оберешься» (ЦГАЛИ СПб. Ф. 389. Оп. 1. Ед. хр. 166. Л. 21; фрагменты письма приведены в мемуарах П. Ф. Шмит, в кн.: Российский институт истории искусств в мемуарах. СПб., 2003. С. 199).

1684

Основные жалобы этого письма касаются поведения замдиректора Я. А. Назаренко, от которого как от единственного в ГИИИ члена ВКП(б) Ф. И. Шмит не мог избавиться и который, судя по приведенным в письме фактам, устроил директору настоящую травлю.

1685

ЦГАЛИ СПб. Ф. 389. Оп. 1. Ед. хр. 50. Л. 2.

1686

Судя по протоколам, Правление ГИИИ, как правило, отказывает новым сотрудникам в их просьбах: например, 14 января 1927 года было отклонено их ходатайство об установке телефона в доме Мятлева (Оп. 3. Ед. хр. 23. Л. 114 об.). 25 февраля 1927 года Правление отказало предоставить Н. М. Суетину во временное пользование ненужную мебель бывшего ГИНХУКа (Оп. 3. Ед. хр. 23. Л. 156). На просьбу Малевича от 20 ноября 1928 года «приобрести мебель, находящуюся в его пользовании» с рассрочкой внесения суммы до апреля Правление постановило разрешить, с внесением суммы до февраля и с изъятием не приобретенной мебели (Оп. 3. Ед. хр. 42. Л. 41). Столь же нелюбезным был ответ на