На земле непокоренной - Александр Васильевич Романов

противника оказался наш командир М. П. М. Через несколько минут машина было уничтожена, убили и двух гитлеровцев. Как впоследствии оказалось, довольно большой чин был у одного (гауптман — что-то вроде нашего капитана). Изъяли в сумках вещи и документы».　

«У М. П. М. небольшое ранение, ничего серьезного. Ребята чувствуют себя хорошо. Командиром временно избрали прибывшего в отряд П. Говоря по правде, к его поступкам и к его поведению я отношусь с подозрением. Для руководителя у меня очень серьезные требования».　

«Наступило невиданное похолодание для здешних мест. А тут еще ко всему добавился снег. Сыплет и сыплет, голову бедным партизанам негде укрыть от злополучной погоды. Но разве мы не молоды духом и телом? Снова смех и шутки звучат в лагере».　

«Мы сменили свое местонахождение и продвинулись к селению Пироги. Остановились в лесу. Здесь пополнились людьми и вооружением».　

«Погода бушует и длится на беспорядки мира и жизни. Становится как-то труднее и тягостнее на душе, особенно когда ощущается физическое недомогание. Я доволен собою, что ко мне не возвращаются больше хандра и отчаяние. Как хорошо, что есть настоящее дело!»　

«Возвратились ребята из похода в Соколище. Разгромили волость, забрали кое-какие трофеи и уничтожили молочную. На ночь остановились в деревне Заболотье. Народ встречает нас в уважением, ведь все уже ненавидят гитлеровцев, этих «культурных освободителей».　

«Хозяйство наше увеличивается. Переносить довольно затруднительно. Решили достать лошадь у возвратившегося раскулаченного мужика. Он опять приехал в свое старое логово. Тянет мужика на старое теплое местечко. Здесь он уже построил избенку, обзавелся лошадкой и добивается возврата своей землицы».　

«К вечеру — снова в пути. Проезжаем Ковали, Килачево. Направляемся к Ровному Полю. Задача — уничтожить волость, ярых холуев и предателей. Смелым налетом задачу выполнили. К вечеру продолжаем свой путь до деревни Миловиды. Весь народ высыпал на улицу. Все расспрашивают, каждый стремится рассказать или услышать что-нибудь радостное».　

«Готовим исход в Избище для того, чтобы взять своих ребят, в т. ч. и двух девушек. Вторая часть людей была направлена в засаду на Ю. шоссе».　

«Наша засада обстреляла двигающийся по шоссе обоз противника. Восьмерых гитлеровцев уничтожили, а остальные открыли ответный огонь. В перестрелке был тяжело ранен один наш товарищ, самый юный из нас (Витя, 1927 года рождения). К вечеру он умер. Эго было очень тяжело вынести. К тому же нам не удалось воспользоваться грузом обоза: немцы удрали».　

«Отправились на новое задание. Подошли к дому Ол. П., ибо с ими нужно было столковаться. Встретил нас он довольно радушно. Поделились последними новостями. Было договорено о действиях. Устроив часть ребят здесь на дневку, сам с другими отправляюсь посетить дом».　

«Где-то в стороне Краснополья организуется новый партизанский отряд. Большое количество молодежи уже ушло в партизаны. Народ возмущенно поднимает свой голос на защиту Родины и свободы. К обеду я должен был выбраться из дому незамеченным. Как быть? Пришлось прибегнуть к тому, что обвязался женским платком. Это было потешно, но необходимо. В шесть часов к нам должны были присоединиться трое хлопцев и две девушки-медички. Вместе с ними к нам в это время присоединился и М. П. М., который находился на излечении после своего ранения под носом у немцев».

«По соседству с нами Около д. Мыленки действует партизанский отряд под командованием Сергея. Мы уже задумывались над тем, как бы действовать совместно или даже соединиться. С этой целью мы и продвигаемся к Мыленскому озеру для дальнейших переговоров. Наконец избрали подходящее место для стоянки на полуострове, который холмистой грядой глубоко врезался в озеро».　

«В полдень к нам пожаловала делегация от Сергеевского отряда. Впоследствии отправились туда и наши. Дело шло к слиянию отрядов в один. Только сейчас мы узнали, что командир отряда Сергей убит. О нем рассказывали много героического».　

«Первые дни объединения. Существует еще полный раскол на «наших» и «ихних». Придерживаются каких-то группировок. Завязываются робкие и первые шаги знакомств. Присматриваюсь к новым людям и я».

«Произошло общее собрание, где избрали командование. Командиром отряди стал друг Сергея, одни из первых организаторов партизанского отряда — Степан. Что он за человек, никто не знает. Комиссаром избрали Ив. Ив. Наши тоже о нем ничего не знают. Боевые качества и сама работ командования покажет, безусловно, их настоящим облик».　

«Поведение сергеевцев нам всем (дубняковцам) кажется слишком странным. Они довольно грубы и нахальны. Заходя в хаты, требуют что ни есть получше, а иной раз даже и пристукнут прикладом. Значит, необходима большая разъяснительная работа. Мы все должны быть как можно ближе к народу, ибо в этом наша сила».

После уже цитировавшейся ранее записи дневник обрывался.　

Так неизвестный человек поведал нам об обстановке в первые месяцы фашистского нашествия и о трагедии населения в тех местах, куда мы двигались, о поисках путей борьбы, о первых шагах в этом направлении. Очевидно, что в дневнике шля речь о зарождении партизанского движения в тех местах, и теперь нам предстояло встретиться — и в этом никто не сомневался — с загадочными пока для нас сергеевцами и дубняковцами.　

2

29 июня мы благополучно прибыли в партизанский отряд, который располагался в лесничовке Межно на южном берегу одноименного озера. Здесь познакомились с секретарем Россонского райкома партии Варфоломеем Яковлевичем Лапенко, командиром партизанского отряда Родионом Ильичом Охотиным и начальником штаба Петром Ефимовичем Рубисом.　

Место дислокации отряда очаровывало несказанной красотой белорусской природы. Кругом — огромные лесные массивы, которые прорезали железные дороги Полоцк — Невель, Полоцк — Двинск, Себеж — Новосокольники. Быстро ознакомились с обстановкой. В местечках и крупных населенных пунктах стояли фашистские гарнизоны. Следовательно, работы, как говорится, был непочатый край.　

Местные партизаны сразу же приняли нас как представителей действующей армии, способных возглавить всенародную борьбу с оккупантами на этой территории. На следующий же день мы оказались в водовороте событий.　

Случается, много сил тратит иной руководитель для того, чтобы организовать самую малость, сделать что-нибудь, добиться чего-то. Он ломает копья, шумит, суетится, требует, показывает личный пример, а в результате — не так уж много он добился. А тут с первого же дня мы почувствовали, что антифашистское движение населения, воспитанного нашей партией, достигло такого напора, что только успевай изыскивать оружие, создавать боевые группы и