Россия на экономических фронтах Первой мировой войны - Андрей Юрьевич Павлов

всех отношениях заслуживающий нашего внимания и поддержки». Несмотря на высокую оценку, данную им в той же записке уже давно функционировавшему к тому времени межсоюзническому Комитету экономического воздействия, о котором речь пойдет далее, Шебунин писал, что МСБ представлял собой «единственный фундамент для определения способов ведения союзниками, и всеми вместе и каждым в отдельности, экономической войны с противниками во всех ее проявлениях»[267]. По его словам, МСБ представляло собой центр, куда стекалась разнообразная информация об экономическом положении вражеских стран из самых разных источников: от агентов, пленных, из перехваченной корреспонденции и т. п. Свой вклад в формирование общего архива информации вносила каждая представлявшая союзную страну секция, имевшая при этом и полный доступ к архиву. Сбором сведений дело не ограничивалось, в МСБ проводились ее систематизация и анализ, после чего формировались рекомендации по принятию тех или иных мер. Став сотрудником МСБ, Шебунин также получил доступ к собиравшимся там материалам, которые регулярно направлял в Петроград.

27–28 марта 1916 г. на парламентской конференции представителей союзных стран в Париже было решено сформировать еще один постоянно действующий межсоюзнический орган, который координировал бы действия правительств стран Согласия в экономической войне[268]. Работа Комитета по экономическому воздействию (КЭВ) не ограничивалась обменом информацией, он призван был координировать действия союзных государств. На основании анализа собранной информации и результатов регулярного обмена мнениями между представителями союзных стран КЭВ вырабатывал рекомендации правительствам союзников. На конференции был составлен довольно подробный список относящихся к компетенции КЭВ вопросов, которые он должен был изучать и по которым ему следовало вырабатывать рекомендации:

1. Военная контрабанда:

а) законы, постановления и правила о контрабанде, принятые в союзных странах;

б) товары, включаемые в списки абсолютной и условной контрабанды.

2. Прекращение снабжения неприятеля:

а) законы, постановления и правила, принятые в союзных странах;

б) меры против прямого и непрямого экспорта в неприятельские страны;

в) меры для прекращения морских перевозок товаров, предназначенных для неприятельских стран;

г) созданные в различных нейтральных странах организации для контроля над экспортом запрещенных товаров;

д) меры по ограничению доступа врага к некоторым товарам, которые в избытке имеются в нейтральных странах, граничащих с вражескими.

3. Ограничение коммерческой деятельности:

а) законы, постановления и правила, принятые в союзных странах;

б) меры по предотвращению проникновения товаров из вражеских стран на территории союзных стран;

в) меры для прекращения морских перевозок товаров, принадлежащих вражеским странам или предназначенных для них[269].

Предполагалось, что КЭВ будет заседать в течение двух-трех дней не реже одного раза в месяц, а по необходимости и чаще (на практике комитет обычно заседал два раза в месяц). Для организации работы комитета создавался постоянно действующий секретариат, в задачи которого входили сбор и распространение документов, подготовка заседаний, ведение протоколов и т. д. В состав комитета вошли представители России, Франции, Великобритании, Италии, Сербии, Японии и Португалии. Позже, после вступления в войну Румынии, в КЭВ вошел и представитель этой страны. Главой секретариата (генеральным секретарем) по предложению французской стороны был назначен французский дипломат бывший консул в Нью-Йорке д’Англад. Главой французского представительства в КЭВ был назначен государственный министр Дени Кошен, возглавлявший французский КОС. Кошен не имел какого-либо министерского портфеля, однако занимался в правительстве именно вопросами экономической войны, поэтому его полуофициально называли «министром блокады». От России в состав комитета был делегирован советник посольства Севастопуло. Агент (представитель) российского МТиП во Франции М. А. Батшев сам инициировал свое назначение[270], и в Петрограде в итоге его инициативу поддержали. Впрочем, выбор Батшева в качестве одного из двух российских членов комитета был очевиден: он имел хорошие контакты в Министерстве промышленности и торговли Франции, уже состоял в межсоюзнической комиссии, которая занималась проблемами организации торговли с нейтральной Швейцарией, принимал активное участие в экономической конференции в июне 1916 г.

На первом заседании КЭВ, состоявшемся 20 июня, было принято решение прежде всего запросить у правительств союзных государств сведения по всем вопросам, относившимся к компетенции комитета[271]. Севастопуло и Батшев принимали активное участие в работе комитета. Обычно на заседаниях присутствовали оба, в отдельных случаях, когда Севастопуло, занятый работой в посольстве, не мог участвовать, Батшев приходил один.

3.2. Парижская экономическая конференция 1916 года

Инициатива проведения специальной конференции по экономическим вопросам была выдвинута правительством Франции в декабре 1915 г. Возглавлявший в 1915–1919 гг. французское Министерство промышленности и торговли Этьен Клемантель, описывая в изданной в 1931 г. книге «Франция и межсоюзническая экономическая политика» сложившуюся к концу 1915 г. в отношениях между союзниками ситуацию, выделил ряд проблем экономического характера, которые требовали решения. В первую очередь он отметил недостаточно тесное взаимодействие союзников в вопросах финансов (кредиты, взаиморасчеты, обменный курс национальных валют стран Согласия) и морских перевозок (распределение тоннажа и стоимость фрахта)[272]. Кроме того, союзников беспокоили германские планы достижения после войны экономического доминирования в Европе, которые Германия уже начала строить[273]. Для противодействия этим планам требовалось сформировать общую позицию стран Согласия по экономическим вопросам для будущих мирных переговоров. Наконец, решения требовали насущные вопросы объединения и координации действий союзных государств в ведении экономической войны против Центральных держав.

Описывая требовавшие решения экономические проблемы, Клемантель прежде всего упоминал о франко-британских отношениях, поскольку именно там возникали довольно серьезные разногласия. В то время как остальные союзники выражали готовность принять участие в конференции, согласование повестки дня с британскими коллегами заняло много времени, что затянуло подготовительный период. По словам Клемантеля, британское правительство в принципе согласилось на участие в конференции только после его встречи с председателем Совета по торговле (аналог Министерства торговли) Великобритании Уолтером Ренсименом[274]. По настоянию британской стороны на встрече, состоявшейся 4–5 февраля 1916 г., два министра договорились не включать в повестку дня будущей конференции некоторые вопросы, которые англичане считали внутренним делом страны. Это ускорило процесс подготовки к конференции, но завершить его удалось не сразу.

В Петрограде пристально следили за процессом подготовки к конференции. Представлявший в Париже российское МТиП Батшев уже в январе 1916 г. попытался узнать, что конкретно французы собирались предложить обсудить на будущей конференции. В ходе частной беседы с одним из сотрудников французского Министерства промышленности и торговли он выяснил, что пока каких-то конкретных предложений французская сторона не выработала, однако главным французское правительство считало вопрос об «освобождении союзных и нейтральных стран от германской зависимости» после окончания войны[275]. Выработка повестки дня конференции стала главной темой переговоров между Клемантелем и Ренсименом, а Батшев продолжал следить за развитием ситуации и докладывать в Петроград. По его словам, из разговоров с Клемантелем он