Первый БПЛА Второй Мировой. Том 4 - Максим Арх

Но, уже бывший стрелочник, вновь проявил упорство.

— Дорогие товарищи, я старый человек и, конечно же очень устал и хочу отдыхать. И хотя меня клонит в сон, я знаю, что не смогу заснуть, пока вы не скажете, где мы находимся? Что это за место? И кто вы такие?

Я хмыкнул. Вопросы были ожидаемые, но всё вываливать сразу на неподготовленную почву всё я посчитал чрезмерным любопытством со стороны вновь прибывшего, а потому ответил коротко:

— Мы в лесу. В бункере. Мы бойцы Красной армии и партизаны.

Тут усмехнулся.

— Я понимаю, что вы не гражданские и воюете. Но откеда вы такие взялись? — спросил он вздохнув. — Я понимаю, что мы на военном объекте, и мне многое знать не положено. Но, — он кивнул в сторону микроволновки. — А это что за чудо? А это, — кивок в сторону холодильника, затем кофемолки. — И самолёты эти ваши… они, знаете ли, того самого…

— Чего «того»?

— То, что нет у нас таких, — почесал он бороду, а затем выпалил: — Скажите честно, вы люди с другой планеты?

Кудрявцев аж прыснул.

А я стал раздумывать: имеет ли смысл ему рассказать правду или развить его версию.

«Ну и пусть думает, что мы пришельцы. Если вдруг каким-то образом эта инфа попадёт к немцам, так и ещё лучше. Фильм „День независимости“ у нас в фильмотеки есть. Можно будет придумать интереснейшую легенду на его основе. Сделать фотографии, организовать утечку этих данных и свести Абвер с ума, дополнив всё это безумие каким-нибудь трижды подлинным письмом. Типа: „Мы, галактическая лига разумных существ, во благо мира, процветания и добра готовы оказать военную и техническую поддержку СССР в его праведной войне с фашистской Германией и её приспешниками. И подпись: Император галактики и её окрестностей“. Конечно, подобный фарс будет именно фарсом. Но это будет заметно только с нашей стороны. А те, кто увидят по другую сторону, будут просто в офигении. Да по-другому и быть не может, ведь сверхподлинные фотографии пришельцев, терминаторов и хищника вместе с „нечто“ не оставят равнодушными никого. А это нам и на руку. Пусть думают. Пусть боятся. Пусть смотрят в небо и ждут, пока инопланетяне нанесут свой коварный удар. И что интересно, ведь ожидания будут их не напрасны, по тому, что они — в смысле мы — обязательно нанесём этот самый удар. Причём — не один. Тем более, что НЛО у нас уже есть».

Но озвучить свой коварный замысел я не успел. Меня опередил Кудрявцев, который произнёс:

— Это секретная информация, откуда у нас эти вещи. И так как допуска вы не имеете, то впредь прошу вас этот вопрос не поднимать. Договорились?

Тот согласно кивнул, вновь неспешно посмотрел по сторонам, лицо его на секунду словно бы застыло, он явно задумался над чем-то, а потом спросил:

— А можно, перед тем как поклянусь, что не буду совать нос в ваше дело, один вопрос задам?

— Спрашивайте, — разрешил Сергей.

Самсонов поочерёдно посмотрел на меня, на Ванечку, на Галину Ивановну, на Сергея, на Лазутина и даже на Шарика и Принцессу, которые, по своей привычке разлеглись в коридоре и, ни к кому конкретно не обращаясь, спросил:

— Скажите, а как там в будущем? Как в 2025-м?

На кухне сразу же установилась полная тишина. Только гул холодильников и морозильной камеры говорил о том, что время не остановилось — застыв на месте, а продолжает свой бег.

В конце концов, отойдя от крайнего удивления и даже шока, я решил прояснить ситуацию, и спросил:

— А позвольте осведомиться, с чего вы сделали такой вывод?

Самсонов насупился и ответил вопросом на вопрос:

— Так я угадал или нет?

— Вначале ответьте вы, — продолжил я стоять на своём.

— А если отвечу, вы мне расскажите всю правду?

— Гм, шантаж? — Сергей удивлённо поднял бровь.

— Товарищ Кондрат Петрович, — решил влезть в разговор, стоявший возле дверей Лазутин. — Товарищи, которые вас окружают… они… они же вас спасли… Причём — не единожды! Вы, наверное, не знаете, но «Центр» считал вас врагом. И я, прибыв в Согравск для сбора сведений, хотел вас, извините, ликвидировать. И если бы не товарищи, то вы бы уже давно были не с нами!

Услышав эти слова, бывший стрелочник аж побелел. Кровь у него отлила от разбитого лица, и он заревел:

— Что? Я предатель⁈ Да как они посмели даже помыслить об этом⁈

— А почему бы и нет? — хмыкнул Кудрявцев. — Всё подполье арестовано, а вы на свободе и у вас проблем нет. Мне кажется, в «Центре» сделали вполне ожидаемые вывод. Вы разве так не считаете? Вы бы подумали по-другому?

Тот задумался, почесал бороду, а потом вздохнул:

— Не знаю, наверное, тоже что-то в этом смысле бы подумал. Но, — он стукнул себя кулаком в грудь, — я не предатель. Просто так совпало!

— Мы всё это прекрасно знаем, товарищ Самсонов, — вновь взял слово Лазутин. — И обвинения с вас уже давно сняты. Более того, «Центр» выразил вам благодарность за вашу работу и вам её должны были передать. Но не успели! — При этих словах лицо подпольщика немного разгладилось. Лазутин продолжал: — Однако, сейчас речь идёт о другом. Мы говорим о чувстве благодарности, которые вы по идее должны испытывать к товарищам, что вас вытащили из западни. И о вашей благоразумности. Да-да, я говорю именно о разуме. Неужели вы не понимаете, что вы сейчас находитесь на самом сверхсекретном объекте, который только возможен⁈ Не понимаете?

— Понимаю!

— Ну, тогда и не нужно тут условия ставить! Вы не на привозе! — неожиданно повысил голос бывший учитель, а затем смягчился: — Товарищ Самсонов, товарищи которые с вами разговаривают младше вас по возрасту, но гораздо старше вас по званию. И именно они ставят условия, ведь они отвечают за этот объект. И раз так, то, думаю, вы понимаете, что им виднее что говорить, что спрашивать и какие выводы делать! Им виднее — понимаете? Просто запомните это, и тогда вы станете частью нашего дружного отряда.

То, что Лазутин взял на себя ответственность без спроса, мне, как и Сергею не очень понравилось. Но, с другой стороны, с дядькой Кондратом они