Анархия в эпоху динозавров - Crimethinc

рамках тоталитарного окружения. За прошедшие годы заключенные сильно радикализировались, они организовываются в кружки самообразования и группы взаимопомощи. Несмотря на жуткие тюремные условия, в этой среде можно видеть признаки зарождающегося сопротивления. Это видно по попыткам заключенных создавать профсоюзы и заниматься самообразованием.

Не надо делать ошибку и думать, будто законная власть – даже в своих наиболее «гражданских» обличиях – не столь репрессивна и опасна, как военный авторитаризм. Мятежи никогда не прекращались. Нам следует быть готовыми бросить вызов любой власти, которая горит желанием пожертвовать нашими жизнями и желаниями во имя империализма, консюмеризма, патриотизма. Раз бесконечная оруэлловская «Война с террором» милитаризировала ежедневную жизнь в городах и пригородах, значит, мы все можем быть бунтовщиками. Люди уже бегут с рабочих мест, из школ, торговых центров. Их число все растет. Когда нельзя дезертировать, нужно устраивать саботаж.

Мы можем игнорировать приказы политических лидеров и корпоративных бонз с Уолл-стрит. Вместо выполнения их указаний давайте сосредоточимся на создании новых форм коммуникации, выпуске еще более страстных пропагандистских призывов, создании инфраструктуры и автономных пространств. Мы, рабочий люд, студенты, безработные, зэки, – лучшие эксперты в своем угнетении. Мы можем дезертировать из магазинов, которые за бесценок продают наши жизни, можем саботировать рабочие места, порабощающие не только наши тела, но и разум, можем взорвать умертвляющую догму системы образования. Цельтесь не только в NCO (Non-Comissioned Officer, сержант), но и в CEO (Chief Executive Officer, генеральный директор), MBA (Master of Business Administration, магистр делового администрирования), FCC (Federal Communications Comission, Федеральная комиссия связи), ADA (Atomic Developement Authority, Агентство по атомной энергетике) и любого другого, кто хочет подчинить себе вашу жизнь! Мы должны быть достаточно смелыми, чтобы восставать против элит, подчинивших себе культуру, будь то MTV, Starbucks или альтернативная мода. В прошлом мятежники были вооружены гранатами, штык-ножами и штурмовыми винтовками; сегодня мы вооружаемся нашими желаниями, умом, полным карманом камней и… может быть, чем-то большим.

Да здравствует мятеж!

Кто-то всегда быстрее… капитализм, знаете ли!

Конец самонадеянности

ДЕЦЕНТРАЛИЗАЦИЯ ОРГАНИЗАЦИИ АНАРХИСТОВ

Долгое время анархистские проекты дезорганизовывались самонадеянным представлением о массовости. Бессознательно мы поверили принципу динозавров (государственных деятелей, капиталистов, сторонников авторитарной власти), который можно охарактеризовать как «больше – значит лучше», поверили и тому, что нужно взять курс в этом направлении. Несмотря на интуитивное понимание того, что большие организации реже достигают своих целей в сравнении с мелкими сплоченными группами, желание большого веса остается сильным. Стоит пересмотреть то, как мы выстраиваем планы, для того чтобы пробудиться от кошмара бюрократии, централизации и безуспешных проектов. Отрицание массовых организаций, как и пристрастия к созданию организаций вообще, жизненно необходимо, чтобы разработать и переоткрыть возможности нашего усиления и эффективной анархистской работы.

ДЕСПОТИЗМ ОРГАНИЗАЦИИ

Большинство массовых организаций являются результатом привычки, инертности и нехватки конструктивной критики. «Общим принципом» считается желание обрести вес, так же как очевидным кажется то, что группы должны иметь лидеров, или то, что решения должны приниматься на основе голосования. Даже анархисты были ослеплены уверенностью в необходимости создания специальных структур и больших организаций для продуктивности, массивности и сплоченности. Эти специальные структуры стали символом легитимности, и чаще всего они оказываются единственным каналом, по которому посторонние лица, будь то СМИ, полиция или традиционные левые, могут судить о нас. Результатом этого является мешанина из букв-имен всяких медиа-групп, которые существуют по большей части для того, чтобы пиарить сами себя, едва ли занимаясь чем-то еще. К. несчастью, мы были не просто впутаны в принятие суперструктур как основного места нашей деятельности, – многие из нас поддержали их с большой готовностью, так как обещание массовости весьма соблазнительно.

Огромные объединения и суперструктуры стали образом действия не только для левых групп в целом, но и для анархистских инициатив. Они апеллируют к самонадеянным мечтам активистов о массовости. Даже наши лучшие усилия и самые необузданные мечты часто вытесняются видениями толпы в черном, штурмующей Бастилию или штаб Международного валютного фонда.

Цена самонадеянной мечты о массе ужасающе высока, и обещанной прибыли никогда не увидеть. Суперструктуры, такие как федерации, централизованные сети и массовые организации, требуют затрат энергии и ресурсов, чтобы выжить. Они – не вечные двигатели, которые вырабатывают больше энергии, чем в них вкладывают. В таком сообществе с ограниченными ресурсами и запасом энергии, как наше, суперструктуры могут израсходовать большую часть всех возможных ресурсов, делая всю группу неэффективной. Основные некоммерческие организации недавно проиллюстрировали эту тенденцию.

Большие организации, такие как Армия Спасения[15], обычно тратят две трети своих денег (и даже большую часть расходов) только на поддержание собственного существования: сотрудников, расширение связей, проведение собраний и публичных выступлений. В лучшем случае только одна треть их вкладов в действительности идет на поставленные цели. Тот же тренд повторяется в наших политических организациях.

Все мы знаем, что самые большие объединения и суперструктуры проводят чрезвычайно длительные совещания. Вот полезное упражнение: в следующий раз, когда вы заметите, что скучаете на слишком долгом собрании, посчитайте количество людей в аудитории. Затем умножьте это число на то, сколько времени длится собрание, – и получите количество человекочасов, посвященных тому, чтобы не дать угаснуть этой организации. Учтите время, необходимое на дорогу, информационную работу и пропаганду, затраченное на рекламирование собрания, и вы получите грубую оценку количества часов, поглощенных ненасытной утробой суперструктуры. После этого кошмарного видения остановитесь и представьте, как много вы успели бы сделать, если бы колоссальное количество времени, ресурсов и энергии было действительно затрачено на имеющийся под рукой проект вместо того, что так наивно называют активизмом.

ВЛЕЧЕНИЯ ИЛИ ПРОВАЛ

Суперструктуры не только расточительны, они также призывают нас заложить свои идеалы и влечения. По определению, коалиции стремятся создать и усилить план действий. Это не только план конкретного собрания, но и обозначение приоритетов в выборе того, какой тип работы следует считать важным. Среди неанархистских групп это выстраивание приоритетов часто ведет к организационной иерархии, для того чтобы гарантировать, что все члены группы будут полностью содействовать всему плану.

Элементарный пример – роль сотрудника пресс-службы или спикера (почти всегда это мужчина), чьи комментарии принимаются за мнение десятков, сотен и иногда тысяч людей. В группах без партийной линии или политической платформы мы, несомненно, не должны допускать ни одного другого человека, говорящего за нас – индивидов, аффинити-группы или коллективы. В то время как обман медиа-звезд и пресс-секретарей попросту раздражает, суперструктуры могут привести к развитию событий с более тяжелыми последствиями. В массовых подготовках к действиям или в