Анархия в эпоху динозавров - Crimethinc

с какой мы относимся к государству, религии, бюрократии и корпорациям? В то время как ни одна стратегия не должна быть ведущей для остальных, наш недавний успех бросил вызов устоявшемуся убеждению в том, что мы должны быть частью какой-либо огромной организации, чтобы чего-то добиться. Отнеситесь серьезно к тысячам DIY-проектов, созданных по всему миру, вне каких-либо суперструктур. Мы можем приходить на собрания как равные и сотрудничать друг с другом, основываясь на страстях и идеалах, и затем найти тех, кто разделяет эти идеалы. Вместе мы можем отстоять свою автономию и продолжить бороться за свободу, доверие и подлинную солидарность.

DIY-метрополии

АНАРХИСТСКИЕ МОДЕЛИ ГОРОДОВ

«Возможно, это романтично – искать лекарства от болезней общества в медленных деревенских ландшафтах или среди невинных, неиспорченных провинциалов, но это лишь трата времени. Кто полагает, что в реальной жизни ответы на любые из великих вопросов, которые нас сегодня беспокоят, могут быть найдены в однородных поселениях?»

Джейн Джейкобс

Многие анархисты вместе с почти половиной мирового населения живут в городах. Если быть реалистичным, то многие анархисты организуются в городах, работают в городах, занимаются любовью в городах – и любят наши города. Вот только до сих пор было мало реальных исследований того, как могли бы выглядеть антиавторитарные города, если бы такая вещь вообще могла быть возможной, и как бы они могли функционировать. Многие анархисты считают, что города неизбежно иерархичны и, следовательно, с ними нужно покончить, но они мало размышляют над тем, как можно было бы переместить миллиарды людей без принудительных иерархий или какое влияние этот массовый исход оказал бы на сельские местности.

Другие, как Мюррей Букчин или его коммунитарные последователи, считают, что поселения, смоделированные по принципу средневекового города, – или еще хуже, модель, основанная на рабовладельческих городах древних греков, – создали бы оптимальную анархистскую среду. Эта концепция маленьких общин подхватывалась множество раз за историю анархистской мысли. Эти поборники моделей маленького города желают контролировать размер и характер города, чтобы создать городские пространства, похожие на кукольные домики, с поделенными на отсеки секторами и обособленными местами проживания. Похожие идеи уже были применены на практике Эбенезером Говардом[16] в английских городах-садах или более недавно – в модели нового урбанизма. Они обычно выливаются в стерильные, раздельные, однородные, псевдоурбанистические ландшафты, такие как Селебрейнш во Флориде и Кентлэндс в Мэрилэнде.

В то время как критика пасторалистов, коммунитаристов, примитивистов, фурьеристов и прочих зачастую верна в своих частностях, они упускают причину, по которой более половины населения мира притягивается городскими пространствами. Они не обращают внимания на динамичную жизнь города и хаотичную природу городского существования, которые создают не только проблемы, но и новые формы опыта. Они не замечают тех возможностей, возбуждения и свободы, что дает жизнь в городе. Даже если некоторые анархисты списали город со счетов, половина мира – отнюдь нет.

За последние два века в дискуссии о будущем городов доминировали специалисты, которые исподволь ненавидели города. Множество городских и политических теоретиков (всего политического спектра) переосмысливали город, нейтрализуя его. Видение Ле Корбюзье чистой, избавленной от заболеваний, прекрасно регулируемой городской среды, мечта Ленина об индустриальной кооперативной метрополии, где рабочие жили бы совместно, поблизости от своей работы, в монотонном и функциональном ритме, и сотворенный Гитлером и Альбертом Шпеером план Берлина как этнически вычищенной, совершенно покорной столицы не являются одним и тем же; но различия не так велики, как может показаться. Пьер Шарль Л’Энфан, планировщик Вашингтонского округа, говорил, что дизайн столицы со столь геометрически правильным планом может хорошо выглядеть на бумаге, но в реальности станет «утомительным и бесцветным». Даже анархистские реформаторы XIX столетия, вроде Шарля Фурье, страдали манией контроля, пусть у них и было несколько забавных фантазий (в фурьеристском городе должно было быть по одному мужчине и одной женщине каждого типа: 1620 человек разгуливали бы по округе в униформе с кисточками и эполетами, которые он придумал, чтобы обозначить различные человеческие страсти). Утопическое городское планирование воображало себя великим мотором социальных изменений: изменяя физические условия несовершенной вещи, города, оно могло бы создать совершенных людей. Их бумажные теории превратили несколько величайших городов в мире в бетонный кошмар. Они отказывались ставить вопрос о власти, так как никто не может планировать или создавать что-либо собственноручно, не принимая позицию власти. Иерархическая власть и архитектурная власть суть одно и то же и должны бы одинаково отпугнуть влюбленных в город анархистов, как и влюбленных в анархию горожан.

Анархистами было довольно мало написано об альтернативах иерархии городов. Есть лишь несколько книг и немного статей, написанных североамериканскими и европейскими сквоттерами, но их недостаточно. Мы считаем, что существует больше анархистских городских моделей, инновационных и опробованных, которые уже появились в разных местах. Это трущобы по краям наших самых больших и наиболее динамичных городских центров.

Город уже был переделан не иерархическими способами, не легионами городских планировщиков или политических теоретиков или даже горсткой сквоттеров, но миллионами самых обычных мужчин и женщин Глобального Юга. Катализированная необходимостью и желанием, DIY-этика развилась в самых обширных и наиболее обнищавших центрах мировых метрополий. Жители этих трущобных поселений, favelas или borgate, как их, бывает, называют, являются одной из самых быстро растущих групп населения в мире. Отчет ООН о человеческих жилищах от 1986 года указывал на то, что от одной трети и до более половины жителей наиболее больших городов в развивающихся странах живет в этих типах неформальных поселений. Нам нужно многому научиться у этих органично организованных моделей городской жизни, которые уже существуют.

Верно и то, что примерно миллиард человек, проживающих в неформальных поселениях, окружены большим числом опасных для жизни проблем, таких как плохая санитария, нехватка медицинской помощи, недостаточный доступ к основным ресурсам и скудное питание, но большая часть этих проблем возникает из-за сокрушающей нищеты, наложенной на них неолиберальной политикой «развивающегося» мира. Несмотря на эти почти непреодолимые экономические и политические препятствия, все больше и больше людей предпочитают перестраивать города мира. Что впечатляет еще более, так это то, что они используют многие принципы, которые поддерживаются анархистами, включая добровольное объединение, децентрализацию, экологичность, прямую демократию, взаимопомощь, обмен подарками и этику do-it-yourself. Они делают это, органично и хаотично развиваясь, что во многих местах ведет к эффективному политическому активизму и активному сопротивлению власти государства и капитализма.

Наша информация поступает из множества источников, включая отчеты НКО, антропологов, городских планировщиков, политических активистов, наши собственные посещения этих мест и, что самое важное,