Реставратор 3 - Николай Некрасов

— А где он? — полюбопытствовал я.

— В компьютере, — поучительно изрекла она и поставила папку на место.

— В каком? — не понял я, осматривая помещение и не находя искомого.

Женщина закатила глаза:

— В обычном, юноша, — произнесла она. — В котором молодежь вроде вас всякие видео срамные смотрит. Идемте за мной.

Она направилась к столу. Я молча последовал за ней, не став уточнять, откуда Варвара Степановна, которая, судя по ее виду, помнила еще начало века, знает о «срамных видео» тем более что их смотрит молодежь. Хранительница зала села на заскрипевший стул, открыла верхний ящик стола и вынула оттуда доисторического вида ноутбук.

— Вот, — произнесла она, поднимая крышку. — Здесь у нас электронный каталог. Часто архива уже оцифрована. Но я бы советовала воспользоваться бумажными носителями, когда поймете, под каким номером хранятся необходимые документы.

Она повернула ноутбук монитором ко мне.

— Спасибо, — искренне поблагодарил я и принялся ждать, пока загрузится операционная система.

Мне показалось, что прошла вечность, пока кружочек наконец не перестал крутиться, экран мигнул, и появился рабочий стол. Я довольно вздохнул и быстро ввел в поисковой строке запрос и принялся изучать материалы. И к концу первой страницы обнаружил нужную мне информацию. Папка с файлами по интересующему меня кинжалу находилась под четырехзначным номером с буквенной маркировкой через дробь.

— Можно мне ручку, — робко произнес я, обращаясь к сидевшей напротив Варваре Степановне.

Та снова закатила глаза, но, к моему удовольствию, комментировать просьбу не стала. Просто кивнула на прикрепленную к краю стола подставку, на которой была закреплена ручка с практически пустым стержнем. Колпачок был пристегнут тонкой цепочкой.

Бумагу просить я не стал, чтобы ненароком не нарваться на едкий комментарий. Взял ручку, чтобы переписать номер, и принялся ей по ладони, пытаясь расписать шарик. Выходило у меня это паршиво, потому что канцелярский предмет упорно отказывался работать. Варвара Степановна, склонив голову, с интересом наблюдала за мной, и я заметил, как на ее тонких губах проступила едкая улыбка. Этот жест словно разблокировал треклятую ручку. И я, наконец, смог вывести на ладони каракули нужного мне номера.

— Спасибо, — вежливо поблагодарил я, воткнул ручку на место и вернулся в зал к бумажным носителям. И быстро отыскав нужную мне папку, проследовал к столу, за которым, как в библиотеке можно было все изучить. Кроме нее взял еще пару книг. Сел за стол и открыл одну из них, решив начать именно с нее. Потому что о Померанцеве я знал только в общих чертах и только в рамках курса семинарии.

Книга оказалась биографическим справочником, в котором перечислялись даты, места, сведения о семье, учениках, мастерских, именитых заказчиках. Я бегло пролистал ее и отложил в сторону. Взял вторую, которая была толще и полезнее. Здесь были описания работ, с примечаниями о техниках, материалах и особенностях плетения. Ее бы я с удовольствием изучил на досуге в рамках повышения квалификации. Здесь же были сводные заметки по предметам, проходившим через руки Померанцева в разные годы. Из них я, к своему удивлению, узнал, что Померанцев не только создавал оружие, но еще и чинил его, дорабатывал, а также выступал консультантом в школах и частных заведениях. Но никакой интересной информации, на которую намекала одержимая, я здесь тоже не нашел. Поэтому отложил ее и открыл папку, в которой оказался целый альбом с фотографиями и чертежами работ, выставленных на стеллажах. Это было то, что нужно: не просто имена и даты, а характеристики стилей, описания приёмов и авторские решения, по которым можно понять, как мыслил и действовал мастер.

Здесь я, наконец, нашел тот самый кинжал, прочитал описания. Там было все о работе, но ничего о заказчике. Однако кое-что полезное мне все-таки удалось узнать. Форма кинжала действительно отсылала к религиозно-обрядовой, хоть по сути таковой и не являлась. Я с интересом пролистал каталог и быстро нашел кинжал, как две капли воды похожий на тот, что нашли на месте преступления. Правда, орудие убийства выглядело в разы улучшенной копией: линии были плавне, а ширина и изгибы приятней глазу, будто бы в них соблюдены пропорции, от которых мозг смотрящего на него человека приходит в восторг. Это задевает какие-то первобытные инстинкты хищника, отправляющегося на охоту. Будто бы ты видишь не кинжал, а клык дикого животного.

В этих работах мастер руководствовался не только своими знаниями об эргономичности холодного оружия, но и явно изучал орудия разных племен. О плетении, которое могло быть вшито в экспонат, не было сказано ни слова.

Откинулся на спинку стула и помассировал пальцами виски, пытаясь привести в порядок перегруженную информацией голову. Померанцев не был рядовым мастером, его фигура обрастала легендами, слухами и тайнами чаще, чем он успевал выходить в свет. О нём писали как о мастере, который предпочитал скрытую работу, не выставляя свои методы и секреты. Я принялся читать уже внимательнее, понимая, что этот визит вполне может стать началом чего-то куда более интересного, чем просто очередной рабочий поиск.

В этой же папке я довольно быстро нашел нужный бракованный кинжал и информацию о заказчике коллекции. И самое прекрасное во всем этом было то, что такие выписки имелись лишь на те предметы, которые содержались в архиве. Начни я искать информацию по ножу с места преступления, ничего не нашел бы. Но зацепившись за сходство кинжалов, потянул нужную ниточку. И она привела меня к заказчику.

Увы, ни имени, ни контактов. Лишь скупая запись в графе. Закрытое историческое общество «Рассвет». И пусть пока это мне ни о чем не говорило, уверен, Николай поможет разобраться…

Глава 10

«Рассвет»

— Молодой человек…

Я поднял голову от очередной папки и взглянул на Варвару Степановну, которая стояла за своим столом, сурово глядя на меня.

— Время, — торжественно объявила она тоном не терпящим возражений.

— Что «время»? — не совершенно искренне спросил, потому что не понял, чего от меня хотят.

Вместо ответа женщина указала на висевшие на стене часы. И взглянув на них, я удивленно поднял бровь. Стрелки подбирались к шести вечера. Оказалось, я просидел в архиве почти до самого закрытия, пытаясь найти хоть какие-то сведения про этот таинственный «Рассвет». Мной овладел азарт и я забылся в этих поисках, но, увы, больше никаких материалов про организацию в архивах найти не удалось.

— Уже?.. — удивился я, потирая виски пальцами и стараясь разогнать кровь.

— Уже, — холодно подтвердила она. — Могу оставить вас здесь, а утром выпущу.