Василиск античных врачей и магов - Александр Григорьевич Юрченко

и не умирала, а ведь самому телу была бы более свойственна способность убивать, чем его отражению в зеркале. Если же то, что они говорят, касается только людей, то почему же должна умирать змея, увидев себя в зеркале? И, наконец, если люди узнали то, что придумал Зу-л Карнайн, то что же мешает им повторить его дело после него» (ал-Бируни. Минералогия, с. 87).

История об Искандере, попавшем в долину змей, — наследница героического мифа о Персее, обезглавившем спящую Медузу Горгону, глядя в медный щит на ее отражение. На самом деле, увидеть ее земными глазами невозможно. Поэтому Персей пользуется зеркальной поверхностью своего щита, чтобы увидеть демона потустороннего мира. Обнаружить Медузу Горгону можно лишь в отражении медного зеркала. Зеркала отображали иной мир. По свидетельству Павсания, в Аркадии «при выходе из храма справа вделано в стену зеркало; если посмотреться в это зеркало, то свое лицо увидишь в нем или неясно, или совсем не увидишь, но статуи богинь, как самые статуи, так и трон, можно видеть совершенно ясно» (Павсаний. VIII. 37. 4). Молящийся видел в зеркале вместо своего лица мрачную, неясную маску смерти. Вопрошающему являлась в отражении собственная смерть. Персей был носителем маски смерти, лица Ужаса, проступающего из Зазеркалья.

Согласно древнегреческому грамматику Аполлодору, «головы Горгон были покрыты чешуей драконов, у них были клыки такой же величины, как у кабанов, медные руки и золотые крылья, на которых они летали. Каждый, взглянувший на них, превращался в камень» (Аполлодор. II. 4, 2){60}. Персею вручила щит и направила его руку Афина Паллада. В мифе о Горгоне отразилась тема борьбы олимпийских богов и их героического потомства с хтоническими силами: «Горгоны глава на груди у Паллады этот закончила бой, ужасный для жителей неба» (Лукан. Фарсалия. IX. 658–659).

Ал-Бируни, критикуя легендарный рассказ, не учел двух обстоятельств: первое — мифологические сюжеты не подлежат рациональному обоснованию, и второе — простым смертным не дано повторить подвиги культурного героя. Рассказ о свойствах василиска ал-Бируни воспринял с нескрываемой иронией. Имеется в виду реплика, которой он сопроводил следующую выписку из медицинского труда греческого врача и фармаколога Галена (129 — ок. 200): «Джалинус [Гален] рассказывает про змею, которую он называет царицей змей. Тот, кто ее увидит или услышит ее свист, умирает на месте. О, если бы мне знать того человека, который сообщил бы об ее местонахождении или о том, как было дело с ней, — ведь тот, кто узнавал [что-либо] о ней, [увы], мертв!» (ал-Бируни. Минералогия, с. 88). Василиск в описании Галена недоступен для изучения: тот, кто увидит змею, — умрет. Цена знаний о василиске — смерть наблюдателя, что и позволяет говорить об исследовании проницаемости иного мира.

Рассказывал ли Гален о царице змей то, на что ссылается ал-Бируни? Определенно, нет. В «Книге о простых лекарствах» (лат. название De simplicium medicamentorum temperamentis et facuLtatibus) Гален критически высказывается о копрофагии и лекарствах, предлагаемых врачом Ксенократом Афродисийским, в частности, о препаратах, добытых из тела слона, бегемота и василиска. Приведу этот отрывок: «Но он также излагает то, что касается мочи и экскрементов каждого из других животных, и многое другое, что касается субстанций, которые трудно получить, например, от упоминаемых им слона и бегемота. Что же касается существа, именуемого василиском, то я его никогда не видел, и если то, что о нем рассказывают, истинно, то даже приближаться к нему опасно. Другие авторы пишут о животных то же, что и Ксенократ, и именно у них Ксенократ заимствовал большую часть своих сведений»; «Что касается меня, то я не буду упоминать василисков, слонов, бегемотов и иное, что я не испытывал лично...»{61}.

«Книга о простых лекарствах» Галена впервые была переведена на сирийский язык Сергием Решайнским (ум. 536), а в IX веке заново переведена на сирийский и арабский языки. Вероятно, ал-Бируни пользовался переводом, в который были включены пояснения комментаторов относительно свойств василиска. Почитая авторитет Галена, восточные ученые приняли освященные его именем сведения о царице змей как достоверные. Проблема не только в качестве переводов, но и в коллективных запросах. Истинным символом времени ал-Бируни является следующая находка. В VI веке на пергамене был записан сирийский перевод «Книги о простых лекарствах» и другие сочинения Галена, однако в XI веке медицинский текст соскоблили и нанесли тексты псалмов. В наши дни пергаментная рукопись была исследована по специальной технологии, которая и выявила ранние чернила.

Опыт и интуиция не позволили ал-Бируни отрицать возможность существования василиска, поскольку речь могла идти о змее из малодоступных областей мира. К тому же ряд ее характеристик выглядел вполне реально, другая же часть казалась преувеличением, и лишь две особенности выглядели абсолютно невероятными. Дальнейшие размышления ал-Бируни о василиске есть не что иное, как попытка вернуть античной горгонии приемлемый зоологический облик. Попытка, на мой взгляд, вполне законная, поскольку василиск, кроме мифологических черт, вмещает черты шумящей и рогатой гадюк. Ал-Бируни — первый ученый, который исследует загадку василиска и критически оценивает рассказы о пострадавших. Арабскому врачу X века Ибн Мандавейху, на которого ссылается ал-Бируни, известен василиск, убивающий взглядом и шипением (свистом). Напомню, что в «Книге иероглифов» Гор-Аполлона василиск шипением губит жертву, о чрезвычайной ядовитости змеи писал Никандр Колофонский, а источник сведений о взгляде — неизвестные нам книги магов, цитируемые Плинием.

«Ибн Мандавейх говорит о [змее] басиликун, а это значит «царь», что эта змея названа так благодаря венцу на ее голове; согласно описанию, она имеет в длину не больше трех шибров[33]; голова у нее острая, глаза красные, цвет [кожи] желтый с черным оттенком. Когда она ползает, то сжигает все, мимо чего продвигается. Поэтому животные избегают и остерегаются ее. Птицы, когда пролетают над нею, падают на землю, и умирает всякий, кто увидит ее [хоть] издали или услышит ее свист на расстоянии полета стрелы и дальше. Животные, приблизившиеся к телу ужаленного ею, также умирают. Водится она в стране тюрок и в Нубии, а это страна, расположенная южнее Египта, из областей западных чернокожих.

В книге Атайуса ал-Амиди[34], которую перевел на арабский язык Абу-л-Хайр[35], говорится, что длина змеи аркам, называемой ибн кутра, полтора локтя; у нее тонкое тело красного цвета; она убивает укусом, а также того, кто увидит ее или услышит ее свист. Укушенный скорее умирает, чем поддается излечению. А когда от ее укуса умирает какое-нибудь животное, то у приблизившегося к нему [животного] начинают сначала выпадать волосы, а затем оно все становится зеленым и,