Бастардорождённый - DBorn

Мужчина вспомнил единственного, похожего на отца, ребенка от Серсеи. Синеглазый, черноволосый малыш не прожил и недели.

— Какой позор для такого могучего дома, как Ланнистер. Ты, наверное, был невероятно зол, узнав об этом.

— Был, — сухо признался Десница. — Зато Томмен и Мирцелла живы. Мальчик уважает тебя и в восторге от ваших тренировок и времени, которое ты с ним проводишь, пусть я и считаю, что ты этого не достоин. Мирцелла отдалилась от матери и теперь что-то путное может получиться и из неё.

— Так при чем тут Малый совет? — к искреннему удивлению Тайвина, Роберт помнил, с чего начался этот разговор.

— Я назначил Томмена моим виночерпием. Почти всё свободное от тренировок время он будет проводить вместе со мной. Слушать, запоминать и учиться править государством, а ты, будь так добр, подай ему хороший пример. Посещай заседания совета, и не трахай своих шлюх так открыто, как сейчас. Мальчик уважает тебя больше, чем меня.

— Думаешь, Серсея это проглотит? Этот монстр — её любимчик. После происшествия с кошкой она угрожала отравить меня, если я ещё раз ударю её любимого Джоффричку, а я уже избил его до полусмерти.

— А мы и не будем спрашивать её мнения, — наконец, вина отпил и Тайвин. — А заодно усилим меры твоей безопасности. Нужные люди ей намекнут, что если ты умрешь «при подозрительных обстоятельствах», то её отправят во вдовоотстойник быстрее, чем коронуют нового монарха.

Как ни странно, но Роберт согласился. Тайвин прекрасно знал, куда именно нужно было давить и на чём акцентировать внимание. Роберт бы с радостью обрёк Семь королевств на смуту, если бы это не сказалось пагубно на его лучшем друге. Вот только слишком тесно всё это было связано, о чём Тайвин и поспешил напомнить.

Государственные дела тоже не ушли от внимания нового Десницы. Траты короны, а в частности аппетиты Серсеи и Роберта, медленно и постепенно обрезались. Часть трат государства на это время, а именно устройство турнира десницы, и вовсе взял на себя дом Ланнистер. Роберт кричал, возмущался и противился, но вскоре начал принимать новые правила игры. Серсею же Тайвин, по примеру северян, ткнул в её собственное дерьмо, сказав, что она сможет тратить столько, сколько захочет, лишь когда она и её старший сын перестанут быть «разочарованием семьи».

Роберт стал меньше пить: трудно найти более действенный способ отравить человека, чем с помощью вина, а уж тем более короля Роберта. Помимо этого, монарх вернулся к физическим упражнениям и медленно, но верно, стал приходить в прежнюю форму. На тренировки с Томменом он тратил не меньше времени, чем сир Барристан. Наставничество над принцем двух сильнейших воинов своего времени было более чем многообещающим.

Мирцелла же, вместе с кузиной Розамундой, завершала подготовку к отправке в Утёс Кастерли. Младших детей удалось избавить от пагубного влияния Серсеи, но все яйца в одной корзине лучше не держать. Пусть Тайвин и был в ссоре с младшей сестрой, но при некомпетентности Серсеи он никому, кроме Дженны, воспитание внучки не доверил бы.

Дженна Фрей имеет сильный характер: она умная, волевая, проницательная и отлично разбирается в политике и военном деле. Подобно Королеве Шипов, именно она возглавляет семью. Дома Ланнистер и Баратеон получат лишь пользу, если Мирцелла обретёт хотя бы часть от этих черт.

…

Несколько недель спустя

Солнце ещё не успело показаться из-за горизонта, а Десница короля уже был весь в заботах. Всем жителям замка могло казаться, что лорд Тайвин и вовсе не спит, но это было не так. В чём ценность лишних часов сна, если будет продуктивнее потратить их на заботу о доме Ланнистер и труде на его благо?

Возвращение Хранителя Запада в столицу заставило всполошиться весь Малый совет. Как и вернуться к работе на благо королевства. Ну, или к её имитации. Однако привело всё это, по большей части, к грызне влиятельнейших из лордов между собой. Наиболее отчетливо это выражалось в соперничестве Паука и Пересмешника.

Лорд Варис информацией и всеми доступными ему ресурсами помогал очистить городские улицы от черни и выявить многие из нарушений. Так что у золотых плащей прибавилось работы. Паук даже смог выявить несколько контрабандных морских путей, пагубно влияющих на доходы города, о чём незамедлительно поспешил сообщить. Касательно четырёх из пяти из них Тайвин принял меры. Ланнистеры всегда платят долги и, если Кошмарному Волку так нравится заигрывать со всяким криминальным сбродом, то пусть развлекается.

В светских беседах с этим человеком Ланнистер часто подмечал обронённые невзначай фразы. Касались они грязных тайн и делишек придворных короля Роберта, в основном лорда Бейлиша. Говорят, этот человек живёт не по средствам. По крайней мере, не по тем, что обеспечиваются доходом от сети борделей. Говорят, он годами не платит налоги за отцовские земли. Говорят, Лиза Аррен ест у него из рук.

Бейлиш не отставал от своего визави и тоже всячески доказывал свою полезность Железному трону в целом и Тайвину в частности, пусть его лизоблюдство и не сработало на Старом Льве. По большей части, обладая второй по возможностям шпионской сетью на материке, Мизинец знал всё то же, что и знал Варис. Он помог с очищением городских улиц не меньше, чем последний. А вот десятки неудачных проколов, связанных с покушениями на Таргариенов, за ним точно не числились.

Помимо этого, стараниями Мизинца, значительно увеличились доходы короны, что, однако, совершенно не сказалось на положении казны. На фоне всего этого и возникал вопрос: для чего вообще нужен лорд Варис? И Тайвин был бы готов его задать, если бы к нему не подводил Пересмешник.

Эти два человека копали друг под друга столь виртуозно и старательно, что складывалось впечатление, что весь Красный Замок превратился в игровую доску двух могущественных интриганов. Великий мейстер тоже спешил принять участие в этой битве, занимая сторону то одного, то другого. Бесполезный старый дурак, в этой дуэли не будет победителя. Два интригана либо оба умрут, либо сойдутся на ничьей.

Избавляться от Вариса было нельзя — слишком много в работе агентов короны было завязано на этого человека. Пусть ему и не удавалось убить последних драконов, но он был чуть ли не единственным, кто мог их отследить. Да и нельзя было оставлять за кем-то одним монополию на доносчиков. Своя сеть была и у Серсеи, но она больше напоминала попытку потешить собственное самолюбие.

Живой Бейлиш тоже был необходим — он единственный человек, который имел влияние на Лизу Аррен, сбежавшую в Долину. Единственный, кто был способен её