Опустошение. Автобиография гитариста Lamb of God Марка Мортона - Марк Мортон

на полу. Мы неплохо отыграли дома в Ричмонде перед небольшой, но дружелюбной публикой, после чего сыграли дневной концерт в холле какого-то магазина в Гринсборо, штат Северная Каролина. Hgual не производили фурор, но как минимум нас всегда тепло принимали.

С нескольких концертов в начале 1991 года начались мои гастроли длиною в жизнь. Я уже отыграл в некоторых клубах с Killing Cycle, и это был полезный и познавательный опыт. Но тур Hgual был на уровень выше. Запах грязных клубов, тревожное ожидание перед открытием дверей, товарищество между группами, стесненные гастрольные условия, отсутствие личного пространства, километры по магистрали: тогда я об этом еще не знал, но те элементы были частью всеобъемлющего образа жизни, который в итоге займет немалую часть моей собственной. Со временем мои отношения с гастролями станут более конфликтными: я часто буду жаловаться на усталость и некомфортные условия, которые неизбежно их сопровождают, и в то же время буду продолжать хотеть выходить на сцену и играть еще больше концертов. Однако в начале 1991 года все это было для меня в новинку.

Глава 7. Гамби[16] с Грейс – стрит

«Do You Compute» Drive Like Jehu

Насколько всем известно, мы со старшим братом единственные в нашей семье поступили в университет. Когда я стал подавать документы в учебные заведения, отец предложил сделку: он оплатит мне обучение, но не будет никаких перерывов. Ни с семестрами, ни заочных занятий. Это была чертовски классная сделка, и я был рад с ним согласиться. Но все же у него было одно условие: предложение станет неактуальным, если я намереваюсь учиться музыке.

– Это деньги на ветер, – сказал он мне прямо. – Я за это платить не буду!

Я был не в том положении, чтобы спорить. И хотя я считал музыкальную программу нашего университета весьма уважаемой, я не знал, что она из себя представляет и хочу ли я учиться, если даже меня возьмут. Я лишь знал, что музыка заботит меня больше всего, и считал, что есть смысл погрузиться еще глубже.

Поняв, что пробовать музыкальную программу – дохлый номер, я поступил в колледж[17] гуманитарных и естественных наук при Университете содружества. Поначалу я изучал массовую коммуникацию, но ко второму курсу перевелся на политологию. В школе я был в лучшем случае обычным учеником, едва ли дотягивавшим до среднего балла и пороговых требований к оценке знаний. Но к тому времени, как в университете я стал ходить на продвинутые курсы политологии, я преуспел. Получил образование в области, которую никогда не собирался изучать.

Также я все-таки получил музыкальное образование. Переехав в Ричмонд, я познакомился с миром независимой подпольной музыки, о существовании которой даже не подозревал. В юности с панк-роком я познакомился через Sex Pistols, Black Flag и некоторые менее известные группы, популярные среди скейтеров. Но мое знание и понимание панк-рока было ограниченным.

Когда я добрался до Ричмонда, мои новые друзья познакомили меня с группами вроде Fugazi, Sonic Youth, The Jesus Lizard, Shellac и Drive Like Jehu. Эти группы играли хаотичную и шумную музыку. Гитарные партии часто звучали атонально и «неправильно» с точки зрения техники. Но их многослойные и абстрактные звуковые гаммы обладали глубиной. Песни были в разы круче, чем сумма их партий.

Под влиянием того, что я слышал, я буквально заставил себя разучиться играть с техничной точностью, которую приобрел как трэш-музыкант. Я отказался от своей философии, что чем техничнее музыкальное произведение, тем оно лучше. Я научился играть спонтанно и с эмоциями. Хотелось направлять свою энергию прямо в инструмент, полностью отключив разум. Иногда у меня это получалось.

Панковские и пост-хардкорные группы вроде Shellac и Drive Like Jehu полностью меня изменили, повлияв на мой стиль сочинения песен в Lamb of God. Некомфортный, запинающийся интервал песни Shellac «Pull the Cup» эхом отдается в песне Lamb of God «Descending». Дерганное стаккато, с которого начинается «Do You Compute» (Drive Like Jehu), появляется в нашей песне «The Subtle Arts of Murder and Persuasion».

Я считаю, что Lamb of God от коллег по цеху всегда отличал сильный панковский компонент в нашей творческой ДНК. Я благодарен годам становления в клубах нашего города. Аутентичность и чистота музыки, которую я открыл для себя в Ричмонде, с тех пор отвечает за мой творческий процесс.

На второй год в университете меня уже меньше заботило то, что происходило в Вильямсбурге, и я все больше и больше погружался в новую жизнь в Ричмонде. Мне нравилась учеба, а особенно – занятия по государству, которые мне, как новичку, требовалось посещать. Не терпелось подписаться на большее их количество, поэтому я решил изучать политологию.

В начале 1990-х было здорово чувствовать себя независимым юношей. Популярная культура менялась и, казалось, это не терпит отлагательств. Гламурная эстетика и стиль музыки 1980-х постепенно выходили из моды. Восхваление молодой Америкой богатства и вседозволенности постепенно сходило на нет. Распространялся новый целеустремленный менталитет. Теперь круто было иметь социальное сознание и быть в курсе социальных проблем вроде расизма, мужского шовинизма, гомофобии и бездомности. Это растущее культурное сознание стало оказывать влияние на мои цели. Появилась мотивация стать более образованным. Я считал и верил, что мое поколение может помочь изменить мир к лучшему. Многие мои коллеги по цеху разделяли это убеждение.

Музыкальные тренды соответствовали новой культурной парадигме. Начался гастрольный музыкальный фестиваль Перри Фаррелла Lollapalooza. Мы с кучей друзей поехали на него в амфитеатр Walnut Creek в городе Роли, Северная Каролина. Тур по стране был громким в плане разнообразия и всеохватности. Там были и чернокожие артисты, и группы, вокалистами которых были женщины – иными словами, Lollapalooza протестовал против доминирования в роке белых мужчин. Кроме того, фестиваль включал в себя витрины, а также места для инициативных групп в сфере экологии и политики. Возможно, сегодня все это выглядит совершенно нормальным, но в то время подобное казалось радикально прогрессивным. Nirvana и Pearl Jam захватывали эфир MTV и радио, предпочитая простую, всем понятную одежду вместо гламурных образов рок-групп вроде U2, INXS, Mötley Crüe и Guns N' Roses, которые всего два года назад были одними из самых именитых коллективов в мире.

И хотя я был фанатом многих альтернативных и гранжевых групп, покоряющих мейнстрим, моим основным средоточием была наша местная музыкальная сцена. Ричмонд всегда считался родиной энергичного сообщества искусства и музыки. Знаменитая художественная школа каждый