Ночь гнева - Андрей Александрович Васильев

— Все! — хлопнул себя по ляжкам Киселев. И я тебя вспомнил! Только ты тогда совсем еще пацан был.

— Ну, годы идут, — усмехнулся Олег. — Кстати, как Селезень? Не вернулся в спорт?

— Так его через пару дней в Коптево на разборке завалили, — без особой печали в голосе поведал бывший (с его слов) бандит. — И Мотора тоже. Да на том рынке почти вся наша бригада осталась. Лажанулся Мотор тогда, чего уж… И меня бы с ними грохнули, да случай спас.

— А мне Селезня жалко, — признался Ровнин. — Хороший мужик. Помню, рассказывал, что о тренере заботится, на стадион ходит.

— Было такое. А в результате даже могилы у него нет. Хрен знает, в каком карьере их тогда коптевские зарыли. Да никто и не выяснял, кому это надо? От бригады шесть человек осталось, причем двое потом по больничкам еще полгода шарохались. Да смысл теперь то время вспоминать, ничего же не изменишь. А ты чего тут кукуешь?

— Лошадка наша приказала долго жить, — показал Олег на «девятку». — Мотор сдох.

— Ну и брось ее, — хмыкнул Алексей. — Пусть тут остается. Один хрен ее не угонит никто. Во-первых, если вы сами завести ее не в состоянии, то никто другой заморачиваться точно не станет, во-вторых, кому вообще такое говно надо?

— Тебе легко говорить, — показал на «крузак» Ровнин, — с твоей «тачилой». А для нас это материальная ценность, за которую мы отвечаем. Угнать, может, и не угонят, а «разуть» — «разуют». И стоимость похищенного, которое шиш потом отыщешь, из жалования вычтут, а оно у нас и так с воробьиную каку размером.

— Весело живете, — бросил на землю окурок бандит и затушил его носком стильного мокасина. — Нет, никогда мне вашего брата не понять. Я не про ментов даже конкретно, а вообще… Ладно, у тебя трос есть? Возьмем вас на прицеп. Хотя о чем я, откуда у вас трос… Сейчас Фонарю скажу, он все сделает.

Плечистый парень, который ростом мог поспорить с тем же Герасимом, шустро подцепил девятку к внедорожнику, после чего приободрившийся Ольгин уселся за руль.

— Давай ко мне, — предложил Киселев. — Пока едем, потрындим о том о сем.

— А пацаны поймут? — мотнул подбородком в сторону его машины Олег. — Я же мент.

— Да им фиолетово. Говорю тебе: все, пиф-паф, утюг на брюхо и паяльник в сраку в прошлом остались. Мы сотрудники серьезной фирмы. Зарплата, отпуска, все такое. У нас даже трудовые книжки есть, прикинь?

— Тогда не вопрос, — не стал артачиться Ровнин. — Погнали.

В «круизере» было куда просторнее, чем в «девятке», тем более что два спутника бывшего бандита расположились впереди.

— А твой начальник, что тогда на «стрелу» приезжал, живой еще? — полюбопытствовал Алексей. — Помню его. Крутой мэн, его даже Мотор уважал, а с ним такое нечасто случалось.

— Нет, — вздохнул Олег. — Убили. Причем тогда же, через несколько дней после нашего знакомства. Во дворе дома расстреляли.

— Елы, вот тогда неделька, выходит, выдалась, — усмехнулся его собеседник. — Народу полегло прямо как на войне. Наши почти все, шеф твой, Монах кони двинул, Фома со своими стрелками, Айнар тоже. Хорошо хоть мы живые остались. Хотя мне жаловаться грех, если бы тогда такой замес не начался, то хрен бы я из Москвы свалил. Точно бы сейчас где-то червей кормил.

— Погоди, — остановил его мигом насторожившийся Олег. — Ты сказал «Фома»? Который под Монахом ходил и Айнару крепко задолжал?

— Ну да, — Алексей цыкнул зубом. — Хоть о покойниках плохо не говорят, но он тот еще гондон был, уж поверь. Если мне кого и не жалко, так это его.

— А откуда ты знаешь, что Фома погиб? Официально вроде как без вести пропал.

— Так его Айнар уработал, — пояснил бывший бандит, снова доставая сигареты и приоткрывая окно. — Я сам слышал.

Глава 6

— Как сам? — Олег даже не смог скрыть свое удивление. — Ты?

— Ну да, — подтвердил бывший бандит. — А ты чего так завелся-то? И сразу — в свидетели меня, если что, не тяни. Поговорить — поговорили, а в остальном…

— Начальника моего, того, который с Мотором встречался, по приказу Фомы убили, — поняв, что Киселев близок к тому, чтобы не только беседу закончить, но и его из машины высадить, веско произнес Олег. — Его люди и сработали. Мы тогда с парнями всю Москву перевернули, но Фому так и не нашли. Стрелков тоже. И скажу прямо — искали не для того, чтобы в СИЗО отправить.

— Ответка за своего — святое, — тон Алексея снова поменялся, — это я понимаю. Но, выходит, искали зря, он к тому времени уже где-то в Подмосковье в яме вовсю лежал.

— Значит, его все же Айнар убрал, — чуть подтолкнул собеседника к тому месту, на котором прервался его рассказ, Олег, — но я понять не могу — ты-то как про это узнал? С чего ему с тобой откровенничать?

— Случайно, — пояснил Киселев. — Бывает. Я почему тогда под пули с остальными пацанами не попал? Меня Мотор к Айнару в спортклуб, где у них база находилась, отправил кое-какие темы перетереть, а сам на «стрелу» рванул. Все же понимали, что Монах вот-вот крякнет, под руку того же Фомы идти было западло, да и остальные старшаки не лучше. Один вечно датый, у второго фляга конкретно сквозила…

— Так он же с гор спустился? — уточнил Олег. — Ну, ты понял, о чем я?

— Да фигня это все. Айнар хоть и «черный» был, но дела вел нормально, долю пацанам своим отчинял честно, потому с таким работать не западло. И за ствол без повода не хватался, предпочитал договариваться. Это в девяносто третьем слова никому не нужны были, а в девяносто седьмом стрелять пацанам поднадоело. Опять же мест на центральной аллее Ховани все меньше и меньше оставалось, на всех могло не хватить.

— Резонно.

— Мотор чего на рынок тот поперся? — продолжил бывший бандит. — Он ему самому в хрен не впился, а вот у Айнара с коптевскими из-за него замотка вышла. Главное, там