Среди Трусеров. Путешествие по растущему американскому конспирологическому подполью. - Jonathan Kay

зданий, инженеров и шпионов, которые потребовались бы для его осуществления. «[Этот сайт] критически анализирует официальное правительственное объяснение теракта и приходит к выводу, что многие из его ключевых утверждений невозможны», — заявляет типичный трусерский сайт 9/11 Research. «Мы не претендуем на то, чтобы точно знать, как именно был совершен теракт или кто именно является его исполнителями».

Следуя традиции знаменитого эссе Бертрана Рассела о Кеннеди, большинство Трусеров предпочитают концентрироваться на вопросах. Например, среди «10 причин для начала нового расследования событий 11 сентября», перечисленных в листовках, которые они раздают на Граунд-Зиро, встречаются такие пункты: «Какая сила превратила в пыль большую часть бетона и офисных материалов Башен-близнецов и смогла отбросить стальные балки в здания, находящиеся на расстоянии более 400 футов?» и «Почему в отчете Комиссии по расследованию событий 11 сентября не упоминается Здание 7 ВТЦ?»

В результате любому автору, который берется описать точку зрения Трусеров на события 11 сентября, крайне сложно выстроить связное повествование. Вместо этого в его распоряжении оказываются блокноты, полные эзотерических аргументов для споров об авионике, сносе зданий, процедурах отслеживания полетов NORAD и дюжине других разрозненных тем. Хотя в следующей главе я обобщу часть этого материала, я не думаю, что это лучший способ познакомить непосвященных с мировоззрением Трусеров.

Поэтому я начну с того, что сделаю шаг назад и сосредоточусь на глубинных течениях, отраженных в литературе Трусеров. Хотя конспирологи 11 сентября, которых я встречал, демонстрировали самые разные характеры и узкие увлечения, их заявления о людях, контролирующих нашу планету, неизменно укладывались в один и тот же базовый шаблон — шаблон, который определяет не только Движение за истину об 11 сентября, но и практически любую крупную системную теорию заговора, восходящую к европейской Прекрасной эпохе.

Именно с этого и начнется расследование в данной главе.

Мрачная сказка

В августе 1897 года Теодор Герцль и две сотни его соратников собрались в концертном зале в Базеле, Швейцария, на Первый сионистский конгресс. Венцом их дискуссий стала Базельская программа — исторический манифест, нацеленный на «создание для еврейского народа публично и законно обеспеченного убежища в Палестине». Делегаты также официально приняли «Атикву» — песню, которая шесть десятилетий спустя станет государственным гимном страны, которую мы называем Израилем.

Но, согласно легенде, всё это было лишь тщательно разыгранным спектаклем — респектабельной инсценировкой, призванной отвлечь нееврейских журналистов и шпионов от настоящего собрания, проходившего в тайном месте неподалеку. Там Герцль прочитал секретный цикл из двадцати четырех лекций, предназначенный исключительно для еврейских ушей. В этих речах — «протоколах», как называл их Герцль, — почти не шло речи о создании крошечной страны посреди ближневосточной пустыни. То, что он предлагал, было не чем иным, как планом тотального мирового господства.

Европейские неевреи — или гои, как их называли на идише, — в массе своей были счастливыми и добропорядочными людьми, говорил Герцль своей аудитории. Они прилежно трудились на своих фермах и в мелких предприятиях, молились милосердному христианскому Богу и благоденствовали под началом добрых и законопослушных аристократов, выдвинувшихся из их собственных рядов.

Но в то же время они были доверчивыми, похотливыми, жадными и непостоянными в своих взглядах — эти человеческие слабости расчетливый, аскетичный еврей мог использовать, чтобы лишить их законного достояния.

Еврейская стратегия, как объяснял Герцль, должна была охватить все слои гоев. Чтобы развратить пролетариат, еврейские торговцы непотребством должны были поставлять порнографию и «алкогольные напитки». Чтобы заманить в сети фермеров и купцов из среднего класса, еврейские заимодавцы занялись бы ростовщичеством. Честолюбивых политиков-неевреев подчиняли бы с помощью шантажа и прямого подкупа либо внедряли в качестве марионеток в европейские масонские ложи, которые евреи тайно контролировали.

Тем временем интеллектуалы-неевреи — если их вообще можно так назвать — оказались бы одурманены демократией, либерализмом, марксизмом, социализмом, коммунизмом, дарвинизмом, анархизмом, «ницшеанством» и прочими новомодными учениями, которые создал еврей.

Как ни парадоксально, самым мощным оружием евреев в кампании по порабощению гоев должен был стать сам соблазн сладкой свободы: «Абстракция свободы дала нам возможность убедить толпу во всех странах, что... управляющего можно сменить, как изношенную перчатку, — объяснял Герцль собравшимся Мудрецам. — Именно эта возможность сменяемости народных представителей предоставила их в наше распоряжение и... дала нам право назначения».

Конечно, богобоязненные люди никогда добровольно не покорились бы еврейской тирании. Но у Герцля был ответ и на это: евреи уничтожат не только земных правителей Европы, но и «самый принцип Божества и духа», чье присутствие в человеческих душах защищало их от «арифметических расчетов и материальных потребностей», на которых паразитировал еврей. Народы мира больше не будут «смиренно и кротко ходить под водительством своего духовного пастыря, подчиняясь божественному предопределению на земле». Вместо этого «все нации будут поглощены погоней за выгодой и в этой гонке не заметят своего общего врага [еврея]».

В ходе осуществления этого плана, объяснял Герцль, евреи ввергнут мир в бесконечную вереницу кровопролитных войн и экономических депрессий, которые послужат как обогащению еврейских спекулянтов и наживающихся на войне дельцов, так и обрекут остальной земной шар на нищету. Травмированные до полного отчаяния народы мира окажутся перед неизбежностью покориться.

Когда Герцль закончил свои двадцать четыре протокола, конференция разошлась, и еврейские Мудрецы вернулись по домам, чтобы готовить свои заговоры. Мир мог бы никогда и не узнать о существовании протоколов, если бы не один русский полицейский агент, который неведомыми путями перехватил одного из последователей Герцля в немецкой масонской ложе.

В обмен на сумму, которую, надо полагать, можно назвать баснословной, еврей согласился передать свою рукописную копию протоколов Герцля — но только до следующего утра. Всю ночь группа русских писцов лихорадочно переписывала текст на иврите. На рассвете плоды их трудов были отправлены переводчикам в Москву, которым предстояло предупредить мир о еврейской угрозе.

Так заканчивается сказка, вошедшая в историю под названием Протоколы сионских мудрецов — документ, которому суждено было стать самым влиятельным конспирологическим трактатом со времен Французской революции. Миллионы читателей попались на удочку этой ядовитой фальшивки после ее широкого опубликования в 1919 году. Адольф Гитлер и другие военные преступники вдохновлялись ею в своих действиях, запустив волну антисемитской ненависти такой силы, что к концу Второй мировой войны Центральная и Восточная Европа остались практически «юденрайн».

Все это произошло вопреки тому факту, что «Протоколы» были разоблачены уже через несколько месяцев после их распространения. Как выяснили исследователи, этот документ был состряпан царскими антисемитами, которые даже не удосужились сами выдумать эту ложь. Вместо этого они сплагиатили «Протоколы» на основе двух источников: «Биаррица», бульварного антисемитского романа, опубликованного в Германии