Василиск. Алхимическая мутация - Александр Григорьевич Юрченко

остается мне неясным. Как убивает змея: прикосновением, ядовитым дыханием или взглядом? Лукан так описывает гибель легионера: яд василиска устремляется по копью, которым тот проткнул змею. Что в таком случае означают слова: «и без яда губящий»? Простым прикосновением убивала все живое священная змея Псевдо-Аристотеля.

По мнению Элейна Фантхэма, экскурс Лукана о Медузе Горгоне композиционно связан с его каталогом змей. В ливийской пустыне, давнем владении Медузы Горгоны, врагом римлян выступает сама природа: воздух источает множество смертей, а земля смешана с тайными ядами. В перечне змей также сокрыто зло Медузы Горгоны, представленное василиском; он, подобно Медузе, убивает без укуса. Василиск правит пустыней, подчиняя себе всех гадов. Эта строка отсылает к пустынным владениям Горгоны: «Дикие были поля Медузы, дочери Форка, — не под листвою дерев, бороздой не разрыхлены плуга, полные только камней, порожденных владычицы взором» (Лукан. Фарсалия. 626628). Василиск повторяет превращение Ливии в пустыню, столь же безжизненную, как и легендарное царство Медузы{93}.

Анализирует каталог змей Лукана и Себастьян Барбара. По его мнению, выбор Медузы как прародительницы ливийских змей и привкус парадокса приводят поэта к внутренним противоречиям: пример тому василиск, «и без яда губящий» (ante uenena nocens). Придерживаясь распространенного мнения о змееподобном сибиусе и придавая его свисту удивительную силу, Лукан ослабил ядовитую силу животного{94}.

f) Клавдий Элиан (кон. II — нач. III в.) — римлянин, писавший книги по-гречески. Занимал высокую жреческую должность. Италию никогда не покидал. Автор сочинения «О свойствах животных» в семнадцати книгах. Все рассказы о животных Африки и Индии взяты им из чужих сочинений. Элиан не исследует природу животных; он использует сведения о поведении и особенностях зверей, птиц, пресмыкающихся для нравственных наставлений. Большая же часть сюжетов отобрана им по причине их занимательности.

О себе он пишет так: «Меня занимают лисицы, ящерицы, жуки, змеи, львы, и как ведет себя леопард, и как аист любит своих птенцов, и как сладостен голос соловья, и как разумен слон, и породы рыб, и перелеты журавлей, и какие бывают драконы, и все прочее, что я постарался собрать и сохранить в этой книге; и я совсем не хотел бы, чтобы меня считали богачом и причисляли к ним. Я хочу и всеми силами стараюсь войти в число тех славных людей, среди которых есть и мудрые поэты, и тонкие наблюдатели, и знатоки тайн природы, и многоопытнейшие писатели; и думаю, что рассуждаю лучше, чем мои советчики. Мне хотелось бы превосходить людей только своими знаниями, а вовсе не имуществом и деньгами прославленных богачей» (пер. М. Л. Гаспарова).

В сочинении Элиана василиск упоминается шесть раз.

«Исследовать странности природы — не мое дело, — заявляет Элиан. — В природе вещей, что лев страшится петуха[35], его же [страшится] и василиск, а слон опасается свиньи. Все те, кто часто проводит досуг в поисках причин этого, пренебрегают своим временем и не достигнут цели своего исследования» (Элиан. О свойствах животных. VIII. 28). «Своим пением петух пугает льва и убивает василиска; сам же он, в свою очередь, не выносит ни кошек, ни коршунов» (Там же. V. 50). «Петуха боится лев. И василиск также, как говорят, страшится этой птицы, и при виде его приходит в трепет, а услышав петушиный крик, разрывается на части и умирает. Поэтому путешествующие по Ливии, которая по праву считается кормилицей такого рода тварей, берут с собой петуха и держат его при себе на протяжении всего пути, для того чтобы он избавил их от зла» (Там же. III. 31). Все эти сведения взяты из сочинений парадоксографов и входят в число примеров античной теории природных «симпатий» и «антипатий». Согласно этой теории, василиска от крика петуха разрывает на части в силу «антипатии»{95}.

Свойства царя змей таковы: «Длина василиска составляет пядь[36], и верно то, что при виде его самая длинная из змей мгновенно иссыхает не от его нападения, а только лишь от его дыхания. Если же человек держит в руках палку, и василиск укусит ее, то владелец палки умрет» (Там же. II. 5). «Архелай говорит, что в Ливии раненых или павших от жажды мулов бросают умирать. И часто змеи самого разного рода стекаются для того, чтобы пожрать их плоть, заслышав же шипение василиска, они как можно быстрее скрываются в норах или прячутся в песке; он же приближается и в полном спокойствии принимается за еду. Затем он снова начинает свистеть и удаляется; а мулов же и место пиршества он отмечает, как говорится, звездами» (Там же. II. 7). У Элиана василиск — ядовитая змея, которой страшатся другие змеи. Смертоносного взгляда у нее нет.

g) Гай Юлий Солин (III в.), специально выписавший из книг Плиния самые удивительные сюжеты, ни словом не обмолвился о взгляде василиска. Змея отравляет своим ядом землю и воздух. Ее дыхание смертоносно.

«Слева от Кирены простирается Африка, справа — Египет, впереди — бурное и лишенное бухт море, а сзади — различные варварские племена и недоступная пустыня, в которой водится василиск — пагуба, равной которой нет на земле. На вид это — змея длиной почти полфута [15 см]. Голова василиска как бы перехвачена белой повязкой. Он несет с собой гибель не только человеку и другим животным, но и самой земле, которую это чудовище отравляет и сжигает повсюду, где обитает. Таким образом, василиск уничтожает траву, губит деревья, портит даже сам воздух, так что ни одна птица не может пролететь по воздуху, отравленному губительным дыханием. Когда василиск передвигается, половина его тела ползет по земле, а другая половина круто задрана вверх. Шипения василиска страшатся даже змеи, так что, заслышав его, они поспешно скрываются. Зверь не касается, птица не клюет то животное, что погибло от укуса василиска. Однако над василисками все же берут верх ласки, которых приносят туда люди, запуская их прямо в трещины, в которых они скрываются. Но и мертвый василиск остается ядовитым. Поэтому жители Пергама покупали их за большие деньги, чтобы в храм, украшенный славным Апеллесом, не проникали ни пауки, ни птицы» (Солин. 27. 50–53).

К портрету василиска Солин добавил новые подробности. Это следует оценивать не как результат эволюции образа, а сборку фигуры из обломков чужих мифов. Спрашивается, как может ядовитая шкура василиска защитить храм от пауков и птиц и при этом быть безопасной для людей? Защитными свойствами обладала земля, позже — талисманы. Такое явление упоминает римский архитектор и механик Витрувий (I в. до н. э.).

«Есть еще африканский город Зама, который царь