Сердце Северного Ликана - Мария Александровна Ерова

серьёзе заявил мужчина. — Не придётся потом разбираться с соперником… моими методами. А что касается твоих родителей, я верну тебя им в целости и сохранности. И сестру твою тоже найду. Клянусь. Я сделаю всё, что от меня зависит.

Марисоль выдохнула, слегка расправившись. Она не воспринимала слова этого человека серьёзно, но то, что никто прямо сейчас насиловать её не собирался, уже было хорошо. Конечно, мистер Уокер был странным типом, но на самом деле настоящей угрозы — такой, что воспринимается на чисто интуитивном уровне, девушка от него не ощущала. Даже тот случай с картой, когда они ещё благополучно себе плыли на катере Чена, не убедил её в обратном. Его резкие движения, определённая грубость были скорее элементом среды, воспитания, в которой тот вырос и находился. Он не был злым или ушлым, Марисоль зря накручивала себя, опираясь на свой не слишком богатый опыт личных взаимоотношений с противоположным полом.

— А Вы? За кого переживаете Вы?..

Чен как-то сразу сник, но это было понятно лишь мгновение. Лучезарная улыбка тут же вернулась на его лицо.

— Ни за кого! — слишком уж воодушевлённо воскликнул он. — Я один, и даже если мне не суждено вернуться домой, никто и слезинки не прольёт по этому поводу!

— А как же Ваши родители?.. — осторожно спросила Марисоль.

— Пожалуйста, не будем о них! Меньше всего я сейчас хочу говорить о своих родителях!

Два раза девушку уговаривать не пришлось, она знала, как это больно, когда настырно лезут в душу, не спросив, а можно ли туда войти… Она замолчала, пытаясь сконцентрироваться на поисках, но, кажется, это было бесполезно.

— Боюсь, мы здесь ничего не найдём, — морщась от свежего морского ветерка, не без удовольствия тот сменил тему. — Думаю, надо идти через лес, так, возможно, мы сможем выйти к какой-нибудь деревне или как это тут называется…

— Почему именно через лес? — Марисоль с опаской посмотрела на высокого лиственного великана, что простирался вверх и вниз живой, наверное, даже, разумной стеной, и ей сделалось жутко от одного осознания, что туда придётся войти.

— Ты разве не видишь? Здесь только море. Ни человеческих следов на берегу, ни каких-либо других признаков присутствия человека в данном месте, даже мизерных. Если есть шанс встретить кого-нибудь из живых людей, то только там…

При этой вновь показавшейся Марисоль странной шутке, её передёрнуло. Кто как не она лучше других могла знать, что можно встретить здесь не только «живых» людей. Что-то ей подсказывало, что здешние места просто кишели призраками, не упокоенными душами и прочей нечистью, которую она откровенно боялась.

Да, призраки пугали её, и никакие заверения мамы и бабушки не могли убедить маленькую напуганную однажды девочку их не бояться. Она боялась. Боялась до сих пор.

— Идём? — мистер Уокер протянул ей руку, приглашая вернуться к месту стоянки.

«Тоже мне, джентльмен» — усмехнулась про себя Марисоль, отвлекаясь от мрачных мыслей. Как ей хотелось сейчас оказаться дома, принять горячую ванну и вспоминать происходящее как сон или как самое безумное приключение в её жизни. Но пока они даже ещё не вошли в страшный и мрачный лес, чего уж было говорить о возвращении домой. Девушке сейчас очень хотелось рассердится на сестру, вспомнив её выходку, благодаря которой она здесь оказалась.

Но тут же она подумала, что Мари могла попасть в подобную переделку, и злиться на неё уже не получалось.

«Лишь бы с ней всё было хорошо» — как молитву повторяла она, не веря, однако, этому. Потому что собственные ощущения говорили ей совсем о другом. Мари была в беде, и теперь ей некому было помочь. Потому что Марисоль, похоже, встала на те же грабли, но, возможно, ей повезло чуточку больше, ведь рядом с ней оказался невыносимый мистер Уокер.

А был ли кто рядом с Мари, Марисоль знать не могла. Она могла только надеяться, что её сестра жива и здорова. Ведь, как бы то ни было, она не представляла свою жизнь без неё.

Глава 28. Человек

За дверью в коридоре что-то ахнуло с такой силой, что оба разом забыли о страсти. Албер и Мари, переглянувшись, замерли на короткий миг, после чего герр Нильссон, полураздетый, бросился проверять, что же там случилось, а девушка принялась быстро одеваться, ругая себя и свою податливость последними словами. Ну вот как она могла так поступить вновь? Отдаться совершенно чужому человеку лишь потому, что он спас её от сумасшедшего негодяя и вызывал определённый интерес к своему телу? Хорошо, что неведомая сила не дала довести дело до конца, хоть и испугала до ужаса. И ещё неизвестно, что это было, но вспоминая свои ночные приключения, Мари вздрогнула и не решилась выйти вслед за хозяином замка. Но он долго не возвращался, где-то с четверть часа, и девушка, спешно одевшись, всё же отправилась на его поиски.

— Албер! — позвала она, но никто не ответил.

Пришлось идти дальше. Внешне здесь, в коридоре, ничего не изменилось, но напряжение, повисшее в воздухе было просто осязаемым. Мари поспешила дальше, на лестницу, ибо видела, что в противоположном каменном крыле замка тоже вроде бы всё спокойно.

«Сюрприз» ждал её внизу, в холле. Там творился такой кавардак, что девушка с трудом узнавала в нём пусть не уютную, но сдержанно-холодную, хорошо обставленную прихожую. Гобелены и шторы были сорваны со стен и окон, мебель перевёрнута, кое где даже сломана. В воздухе кружилась и пыль и пахло чем-то старым, удушливым, едким. И среди всего этого безобразия она не сразу заметила хозяина замка, он стоял на коленях, закрыв лицо ладонями, из-под которых струйками вытекала кровь. Он молчал.

— Албер! — Мари бросилась мужчине на помощь, преодолевая преграды из раскуроченной мебели, и едва не оступилась, поскользнувшись на осколках какой-то вазы, что лежали рядом с герром Нильссоном.

Черепки хрустнули под ногой, но подошву не проткнули, и девушка уже протянула руки, чтобы осмотреть рану…

— Не тронь, — услышала она предупредительный глухой голос Албера.

Должно быть ему было очень больно…

— Я только посмотрю, — Мари понятия не имела, что будет делать, ибо она никогда не сталкивалась с такими проблемами и была далека от медицины. Но понимала, что сейчас просто обязана помочь этому человеку.

— Нет. — Он говорил жёстко, и всё же девушка, проявив невероятную стойкость, уговаривать не стала, а, вцепившись в