Граф Суворов. Книга 17 - Иван Шаман

— Ещё бы, — хмыкнул я, прекрасно понимая причины.

Всего полтора года назад сибиряки попытались отделиться от Российской империи, возродив ханство, при поддержке американцев, канадцев и японцев. Проиграли, но это было жуткое месиво, унёсшее множество жизней. Так что многие продолжают нас тихо ненавидеть за смерть родных и близких. А другие просто надеются подловить и объявить о независимости, забрав все обнаруженные в недрах богатства.

— Сейчас ситуация изменилась. Новые Штаты Австралии полностью заняты своим континентом и восстановлением промышленности. Это лет на десять-пятнадцать. Японцы закуклились, объявив полную самоизоляцию. Канада… ну, тем, кто выживает на крайнем севере и не сбежал в Гренландию, сейчас точно не до нас.

— Но сбрасывать их со счетов не стоит, — заметила Мария, не отрывая взгляда от планшета. — В конце концов у нас огромная, слабо заселённая и безопасная территория. Да ещё и богатая ресурсами. За такую землю люди всегда готовы убивать. Могут быть провокации или даже прямое нападение. Так что будь начеку.

— Верно, — кивнул я, хотя в нападение не верил. Не только потому, что уже не раз демонстрировал силу, но и потому, что по всем опросам отношение большинства людей в стране ко мне было положительным или крайне положительным. В зависимости от религиозности, и нужде в исцелении. — Воскресную службу всё равно придётся отвести.

— Ну, для этого ты и таскаешь с собой чуть ли не половину орденов, — пожала плечами Мария, снова углубляясь в сводки по княжеским родам.

Тут она тоже была права. Я без всякого зазрения совести таскал с собой всех братьев-целителей, что не только помогали мне с сортировкой и мелкими проблемами обращавшихся, но и учились на практике, быстро прогрессируя. А ещё инженерные команды, которые учились гонять через себя энергию, чтобы выдерживать максимальный всплеск резонанса во время учений, приближённых к боевым.

Остальные тоже не бездействовали. Каждый в ордене был занят делом, просто своим собственным. Орден Сынов Империи, или Сиротки, занимался пропагандой и поиском талантов — ездили по детским домам, выискивая перспективных кандидатов. Своим примером показывали, что даже с самого дна, даже если твои родители были каторжанами, можно подняться до императорской гвардии.

Тысяча Славных представляла ордена во всех органах государственной власти, включая местное самоуправление, муниципалитеты и мэрии. На них лежал контроль за исполнением императорских указов и оперативная помощь внутренним войскам, полиции и канцелярии. Так аристократы получали практические знания, необходимые им в будущем на должностях в государственном управлении.

Суворовцы, как их называли за глаза, а иногда и в лоб, усиливали армейские части и представляли собой элиту среди служивых. Меньше чем за полгода за ними закрепилась слава бесстрашных, умелых и опытных бойцов, которыми можно заткнуть любой участок фронта, и они вывезут, не ропща и не возражая.

Орден Богоматери тоже сократили до привычных «матерей» и «мамок», хотя называли так братьев и сестёр не с сарказмом, а с надеждой и слезами на глазах. Потому что в горячечном бреду, когда боль становилась нестерпимой, солдаты звали свою маму. А приходили братья-исцелители. Ну и сёстры. И все знали, что они придут. Что будут рядом и помогут, а потому уважение как в войсках, так и в быту, к «мамке» росло с каждым днём.

Отдельно стоял орден Храмовников, или, как их ещё называли в народе, Крестоносцев. Возглавляемый митрополитом Иоанном, он полностью состоял из капелланов и чёрного духовенства. И задача у него была максимально простой — поддержка в быту и на войне, помогать во всём, что касалось веры и справедливости. Братьям ордена, дошедшим до пятой ступени, доверяли проведение допросов, исповедей и причастия, потому что на этом уровне развития они раскрывали истинное зрение.

Всего несколько тысяч человек, объединённых своими структурами, делали для страны больше, чем… да нет, просто делали гигантскую работу, которую никто не мог на себя взвалить. Они реально помогали людям, и я регулярно получал отчёты, в которых популярность орденов быстро росла, уже сравнявшись с личными частями гвардии и чуть-чуть не дотягивая до моего уровня.

Недовольных тоже хватало. Аристократы бесились, что их оттесняют от рычагов власти какие-то выскочки. Хотя именно поэтому на ответственные посты садились лишь Славные, а не Сиротки. В войсках росла зависть к Суворовцам, которые неизменно показывали лучшие результаты, чем обычные люди. Даже в тайной канцелярии и полиции роптали, ведь дознаватели с горящими глазами, в прямом смысле, легко отметали интриги и не интересовались ростом по карьерной лестнице. Лишь достижением результата.

Поэтому было особенно приятно читать такие кляузы, где трудившийся и подсиживающий начальников мелкий пакостник вдруг начинает строчить во все инстанции на командированных «туристов». А те, в свою очередь, легко находили подлог, подставных лиц, разрубали клубки интриг и, выполнив работу, ехали дальше.

Вот и сейчас они делали свою работу.

— Слушаю, — дотронулся до передатчика Василий, сопровождавший нас во всех поездках. — Принято. Если будут изменения, сообщите.

— В чём дело? — выгнула бровь Мария.

— Обнаружили бомбу в здании заксобрания. Её принёс с собой один из князей Благовещенска. Разрабатывают, — спокойно ответил секретарь. — Здание проверяют, говорят, к вашему прилёту всё будет готово. Прикажете отложить или перенести?

— Нет, наоборот, мы будем вовремя, — с усмешкой ответила Мальвина, и я почувствовал, как воздух в кабине начинает остывать. Пришлось сжать ладонь супруги, чтобы она взяла себя в руки. — Как думаешь, среди князей найдётся много смертников?

— Кто его знает. Ещё два года назад я бы сказал, что ни одного, — пожав плечами, ответил я. — Надо будет особенно заострить внимание на том, что мы ему сделали. Возможно, во время попытки создать Сибирское ханство погиб один из его сыновей.

— Я уточню, — кивнул Василий, связавшись с оперативной группой.

Через пять минут, когда мы заходили на посадку у мэрии, у трапа уже стояли люди в чёрном, передавшие папку Василию. Тот, быстро пробежав глазами, отдал её мне, а я Марии. Девушка лишь недовольно фыркнула, прочитав содержимое, и я с ней был согласен. Слишком много всего с одного языка. Так не бывает.

— Работаем с тем, что есть, — сказал я, и по мановению руки меня повели по коридорам Хабаровской мэрии. Тут я не был ни разу и местоположения не знал, но это было и неважно. Прана текла по меридианам легко и спокойно, запас сил давно уже не проседал ниже половины, так что я был готов