Мы — переводчики - Дмитрий Анатольевич Жуков

Беглое описание алгоритма машинного перевода завершено. В таком алгоритме заранее предусмотрены все логические операции, и фраза попадает в машину как на конвейер, у которого нет лишних движений.

Однако, если мы хотим увеличить «интеллект» машины, нам необходимо предусмотреть в ее работе и другие особенности человеческого мышления. Человек сам создает для себя алгоритмы и этим облегчает себе работу. Составив правила перевода, человек следует им. А нельзя ли и машине составлять для самой себя такие правила? Например, выявлять категории языка, определять одушевленность и неодушевленность существительных? В Киевском институте кибернетики проделали такой опыт. В машину ввели около двухсот существительных и глаголов, не указывая их категорий.

Затем составили на основе этого словаря ряд фраз. Одни из них имели смысл, другие были бессмысленны. «Женщина варит обед, инженер делает проект, станок делает гайки, лодка варит обед». Причем всякий раз вводилась информация, имеет ли фраза смысл или нет. По программе машина разбила слова на несколько групп, выделив категорию людей. Проанализировав фразы: «Женщина варит обед» (есть смысл) и «Лодка варит обед» (нет смысла), она «запомнила», что со словом «варит» слово «женщина» сочетаться может. Затем машине поручили самой определять, какие фразы имеют смысл. Для проверки в машину ввели фразу: «Инженер варит обед», и машина ответила, что это бессмыслица. Из анализа предложений «Инженер делает проект» и «Станок делает гайки» она не могла получить нужной информации. Она выделила «инженера» в категорию людей только после того, как встретила это слово с глаголами, сочетающимися только с одушевленными существительными.

В этом опыте уже моделировались некоторые связи, напоминающие ассоциации, которые возникают у человека.

Американские исследователи опробовали свою систему на 400 элементарных английских предложениях, и она сама вывела грамматику, по которой при вторичном прохождении правильно проанализировала все 400 предложений. В дальнейшем ей дали поучиться на трехстах предложениях, после чего она правильно разобрала три четверти из ста новых предложений. Но пока машина имела дело лишь с упрощенным английским языком...

Наш алгоритм в принципе работает. Может быть, ему еще не хватает совершенства. Но что совершенно на свете?

Полное удовлетворение сделанным недостижимо, потому что каждый прожитый день выдвигает новые требования, и совершенствовать машинный перевод теперь придется из года в год, так как необходимость в нем будет расти.

Уже не воспринимается как мечта составление схем многозначных слов на самой машине. Когда-то это потребовало нескольких лет работы большого коллектива лингвистов. Сегодня делаются наметки программы, которая позволит машине самой анализировать слово и его окружение, выбирать признаки и давать перевод.

Уже машина учится выбирать слова и пополнять ими собственный словарь. Задав некоторую информацию, можно заставить машину саму совершенствовать таблицы анализа русской части.

Машина научилась русскому языку, но все правила ей преподносились в готовом виде. Сейчас машина учится составлять для себя правила — определять род слова, его основу и т. д. Машинный алгоритм можно использовать даже для обучения языку.

Но не будем говорить о том, что еще не завершено, а вернемся к испытаниям алгоритма.

В машинный зал приходят человек двадцать. Пятеро работают, остальные любопытствуют, сочувствуют и создают сутолоку. В машину вводятся сначала все программы алгоритма, а затем английский текст. Перевод начался.

Но не все идет гладко. Есть еще много «огрехов» в программах, и ошибки сразу путают все карты. Вот здесь программист неправильно указал адрес — «ячейку», и машина, как говорят, «зациклилась». Она вновь и вновь повторяет одну и ту же операцию и похожа на патефон, игла которого бесконечно ходит по одной борозде пластинки. Надо исправлять программу.

Бывает, что виновата и сама машина. В ней тысячи и тысячи деталей. Выход из строя хотя бы одной может вызвать появление разряда-паразита. И вдруг машина вырабатывает команду — стереть все из своей памяти. Погибает весь цикл перевода. Поэтому инженеры так борются за надежность работы машины.

Для избежания подобных аварий разработана специальная программа — система блокировки. Она проверяет правильность работы машины и следит, как вырабатывается информация на каждом' этапе алгоритма. Эта система указывает, что испортилось и где. Сбой ликвидируется, и работа машины продолжается или останавливается, чтобы не стерлась полученная информация.

По специальным критериям система даже проверяет правильность информации, и если подлежащее вдруг окажется в дательном падеже («Ему пришел в гости»), то об этом будет немедленно сообщено людям. На выработку и совершенствование такой системы ушел целый год работы нескольких специалистов.

Застучал телетайп. Первые строки. Правильно, правильно... а здесь ошибка. Не обходится и без курьезов. При переводе статьи из свежей газеты машина перевела фамилию англичанина «Bowels», как «кишки». Она не так уж ошиблась, перевела правильно. Только здесь переводить не надо. Следовало написать фамилию Бау-элс, и все. Ей бы еще немного чувства юмора...

Ошибки можно исправить. Алгоритм еще надо «доводить», совершенствовать. Главное — машина может переводить. Она может заменить переводчика.

Машина не в состоянии переводить любой текст. Но она уже справляется с газетой, с техническим журналом... Она подает большие надежды. Однако художественным переводом заниматься ей не под силу, потому что творческие возможности машины весьма ограничены...

МЫ — ПЕРЕВОДЧИКИ

Электронные вычислительные машины становились верными помощниками человека, взяв на себя некоторые несложные функции управления производством, счетное дело, перевод с одного языка на другой... Помогли они и в литературных изысканиях.

Так, один машинный эксперимент дал возможность разрешить вековой спор, развернувшийся вокруг литературной проблемы.

Автором двух самых известных эпических поэм Древней Греции считается Гомер.

Тысячи лет «Илиада» и «Одиссея» вдохновляли поэтов и были мучением для учеников, которых заставляли заучивать тяжелые гекзаметры.

«Илиада» повествует об осаде греками малоазиатского города Трои, о спорах богов, сонм которых возглавлял всемогущий Зевс, о гневе жестокого героя Ахилла, обидевшегося на царя греков Агамемнона.

Существуют девять жизнеописаний Гомера, но все они написаны уже во времена римских императоров. По преданию, Гомер был слепым. Честь считаться родиной Гомера оспаривали семь греческих городов: Кума, Смирна, Хиос, Колофон, Пафос, Аргос, Афины. Одни говорили, что он жил во времена Троянской