Не святые небеса: и духом, и телом - Д. Рапира

вина, изготовленных местными мастерами. Шум толпы заполнял пространство приятным гомоном разговоров, звоном бокалов и посудой, дающим понять, что жизнь здесь кипит круглосуточно.

Приглушенные звуки арф ласково огибали столы и стулья. Женский смех переливчато, оттеняя громкие голоса мужчин, увлеченно обсуждающих последние новости.

Огонь в камине потрескивал, свечи отбрасывали мягкие тени на стены.

Все отдыхали, пили, смеялись и никто не обращал внимания на одинокую фейри у входа.

Гвендолин медленно прошла вперед.

- А тут приятно, - с улыбкой на лице произнесла она, высматривая свободный столик.

Кухня поражала изобилием вкусов и ароматов. Повар в белом фартуке виртуозно орудовал ножами и ложками. Его помощники суетливо носились вокруг него, подавая блюда.

Над центральным очагом висело изображение первого владельца трактира, человека с пышными усами и жизнерадостным лицом. Деревянные половицы тихо поскрипывали под шагами - старый трактир жил своей привычной, неторопливой жизнью.

- Добрый вечер и добро пожаловать в трактир «У старца Брунхарда», - улыбнулась официантка. - Вам нужен ночлег?

- О, нет-нет, - замахала руками Гвендолин. - Я бы хотела пожинать. У вас есть свободный столик?

- Конечно, леди, пройдемте за мной, пожалуйста, - склонив голову в знак уважения гостю, официантка проводила фейри к столу, располагающемуся прямо под большой деревянной лестницей. - Присаживайтесь, изучите меню, а я подойду к вам позже, чтобы принять заказ.

- Благодарю, - улыбнулась Гвендолин и принялась читать названия блюд на пергаментных листах меню.

Перелистывая очередную страницу, ее взгляд остановился на овощном рагу с хрустящими грибами.

- Нечто подобное готовила моя матушка, - с улыбкой на лице прошептала фейри.

- Вы готовы сделать заказ? - спросила официантка, держащая в руке блокнот и небольшое перо.

- Да, пожалуй.

Прошло некоторое время.

Гвендолин наслаждалась вкусом еды, ее тонкие пальцы мягко касались кружки с напитком. Каждый глоток наполнял ее сердце теплом и спокойствием. Но вдруг ее идиллию нарушил шорох шагов, тихие голоса и приглушенный смех молодых мужчин, решивших разделить вечер за соседним столиком. Их взгляды скользнули мимо нее равнодушно, едва задержавшись на мгновенье, но вскоре вернулись вновь, уже полные интереса и удивления.

Один из парней первым осмелился подойти ближе, стараясь выглядеть непринужденно и раскованно.

- Добрый вечер, прекрасная незнакомка... Вы позволите составить вам компанию? - голос звучал слегка хрипловато, оттеняя мягкость нот аккордов музыки.

Гвендолин подняла взгляд, отрываясь от своего напитка, и улыбнулась уголками губ, оглядев компанию магов.

Все, как один, парни были облачены в элегантный белый сюртук, расшитый золотыми нитями, с отличительными чертами - золотыми эполетами на плечах и аксельбантом, струящимся от правого плеча.

О паладинах - бравых членах королевской армии, фейри доводилось слышать лишь из уст отца, но увидеть их вживую оказалось намного волнительнее.

- Почему бы и нет? - тихо промурлыкала она, приглашая юношей присесть вокруг стола.

Едва заметная улыбка тронула ее губы, когда они осторожно опустились на скамьи, обмениваясь украдкой быстрыми взглядами с друг другом.

- Позвольте спросить, - произнес второй паладин. - Что же такая симпатичная фейри с интересной расцветкой кожи делает в этом трактире? И не страшно вам?

Девушка раскрыла рот, собираясь ответить, но первый паладин опередил ее, строго проговорив:

- Эдмунд, прекрати, это невежливо.

- О, все в порядке! - вклинилась фейри. - В Аларсе, поселении фейри, эти пятна на коже называют витилиго - символом удачи.

- Тогда это точно удача, что именно мы подсели к вам, чтобы скрасить ваш вечер, - рассмеялся Эдмунд.

Несколько минут спустя официантка принесла поднос с множеством стаканов, наполненных виксарием - крепким алкоголем.

- Прошу, выпьете с нами. Мы угощаем, - поднял стакан паладин. - Чокнемся за этот прекрасный вечер. Тост! Во имя Всевышнего! И духом, и телом!

Нехотя, Гвендолин все же согласилась.

Прошло около получаса.

Маги красочно рассказывали о своей службе. Иногда пытались заглянуть в глубину глаз Гвендолин, поймать мимолетную искру чувства, вспыхнувшую случайно среди общего веселья вечера. Но девушка оставалась непроницаемой, словно луна, далекая и недосягаемая одновременно.

- Так значит, вы студентка Академии святого Вильхельма? - хрипло проговорил один из паладинов. - Хм, когда там учился я, туда не принимали фейри и эльфов.

- Времена изменились, - пожала плечами девушка.

- Говоришь, изменились? Ну, расскажи, как же там тебя приняли маги? - с едкой усмешкой спросил пьяный парень.

- Эдмунд, отойдем на пару слов?

- Конечно, Клуд.

Положив руку на плечо сослуживца, Клуд отдалился от стола. Завернув за угол, прошептал:

- Ты что творишь?! Ты бы следил за своими словами! Я не просто так распинаюсь перед этой пятнистой!

- Прости, братец, не могу сдержаться, - виновато проговорил Эдмунд. - Ну, таки что? Кто пойдет "развлекаться" первым? - в его глазах промелькнул зловещий огонек.

- Я пойду, потом ты, Зис и Тристан. Но для этого надо ее напоить, - Клуд сверкнул глазами в сторону фейри.

- Думаю, это не составит труда. Скорее бы услышать, как стонет эта ушастая сучка, - Эдмунд рассмеялся низким грудным смехом.

***

Усталость.

Уэна ощутила ее, когда заметила, что буквы перестали выглядеть знакомыми символами алфавита и превратились в узорчатое кружево.

Тетрадь лежала рядом, словно утомленная спутница долгого пути, полураскрытая и забрызганная чернилами случайных пометок.

Стол девушки превратился в музей хаоса. Книги громоздились друг на друга подобно башням. Между ними пролегали тропинки листов бумаги, исписанных мелким убористым почерком, который порой превращался в неразборчивые каракули, едва понятные даже самой хозяйке стола.

- О-о-ох… - простонала Уэна, откинувшись на спинку стула и пытаясь разглядеть сквозь мутное стекло окна очертания вечернего леса.

На миг она закрыла глаза, ощущая тяжесть век.

Время шло медленно, каждая минута тянулась бесконечно долго, пока Уэна упорно читала параграф за параграфом, заставляя себя понимать каждую фразу.

В момент, когда мысли начинали путаться, а сознание погружалось в дремоту, Уэне приходилось делать паузу, чтобы глотнуть уже остывшего чая.

«- Может отдохнешь, некроманточка?» - проговорил Вистэйн, заглушая тихое поскрипывание пера по листу пергамента.

- Не время останавливаться.

«- Ты просто одержимая,» - ухмыльнулся он. - «Хорошо, что ты одна из немногих людей поселения, кто вообще умеет читать и писать.»

- Да… - грустно улыбнулась девушка. - Тогда бы было еще сложнее.

Дверь с грохотом распахнулась.

Уэна вскрикнула от неожиданности, вскочив со стула.

В проеме стоял Серлин.

Грудь эльфа вздымалась и опускалась от тяжелого дыхания, глаза отражали ужас.

- Серлин? - не скрывая удивления, вымолвила Уэна. - Что случилось?

- Ко мне