Нити - Анджея Фуллер

* * *

Всю ночь не спала ведьма. Все о чем-то думала. Скоро уже протянется на горизонте полоска рассвета, и тогда придется подняться. Очень давно и терпеливо ждут ее у Великого Разлома. Жаль только, что совсем не хочется ей туда идти.

Уже давно спустилась со своего камня Белянка и что-то рыла между камней острыми копытцами. Искала, видно, чем подкрепиться. Что у них тут растет? Ягель? Агата никогда не ходила слишком далеко в подкладку мертвого Леса.

Так забегала на часок-другой и домой.

Темнеют у утеса какие-то кусты. Еще вчера вечером их не было. Проросли и даже успели поспеть ягоды.

Агата принюхалась. Предрассветный воздух вздохнул тонким, нежным ароматом. Никак, малина? В животе пронеслась стайка голодных пузырьков, напоминая, что неплохо бы и перекусить. А отчего же не съесть пару ягод? Ей от этого вреда не будет. Ведь не первый раз она здесь!

С тоской подумалось об оставленной позади котомке. Хоть бы кусок хлеба с собой прихватила… Эх! Лишь бы не зря все это. Справится ли ее непутевый зять, оставшись один, без присмотра?

Его смуглое горбоносое лицо глянуло на нее из темноты с укоризной: мол, заварила кашу, а другие должны расхлебывать. Ох, не справится! Никогда не верила она в него, а теперь и подавно. Чем же он Марийке глянулся? Вот ведь глупая девка!

Чаша ее раздражения переполнилась, и Агата вскочила на ноги, не обращая внимания на приветственно заблеявшую козу. От пары ягод с ней ничего не сделается. Она же все-таки ведьма!

Неярко светились вокруг серые скалы, вобравшие в себя сияние луны. С плеском ходила по озеру крутобокая рыба, а на крепких веточках призывно краснела спелая малина. Агата протянула руку, чтобы сорвать пару ягодок.

— Нельзя тебе, — неожиданно толкнулись в бок загнутые рога.

— Я есть хочу, — попыталась отпихнуть ее Агата.

— Потерпи, — настаивал строгий голос. — Скоро уже домой!

— Да какой домой? — отмахнулась от нее ведьма. — Покамест девочек не отдадут, не уйду.

— Не тебе решать, — вцепилась коза в подол ее юбки, пытаясь оттащить.

— Тьфу, дурная! — сердито замахнулась на нее Агата. — Отпусти! Порвешь еще!

Белянка мотнула головой, но зубы не разжала.

— Ух и вредная же ты коза, — пробормотала ведьма, со вздохом отворачиваясь от веток, поникших под грузом ягод. — Ладно, веди уже! Все равно не уснуть.

Серебристая коза бежала по дороге легко, почти вприпрыжку, то и дело сбиваясь с шага, словно спешила не опоздать к чему-то важному, известному только ей. Копытца глухо постукивали по сонной дороге, разбрасывая в разные стороны мелкие камушки. А те с обидой перешептывались между собой и сползали вниз, на обочину.

Позади шла ведьма. Не торопясь, с неохотой переставляя ноги, будто не сама шла, а тянули ее на аркане. Да так, собственно, и было. Хоть и не видно человеческому взгляду веревки, а только запуталась ведьма в невидимых сетях и шла следом за проводницей, связанная по рукам и ногам.

На скалах появились первые розовые отсветы солнца. Камень, ещё недавно серый и чужой, начинал теплеть, готовясь к долгому жаркому дню.

Коза вдруг остановилась, обернулась, посмотрела на ведьму и укоризненно мотнула рогатой головой. Постояла немного и коротко заблеяла, словно поторапливая. Агата вздохнула и слегка прибавила шагу.

Прямо на глазах, на обочине вдоль каменистой дороги прорастали пучки зелёной травы. Робкие тонкие нити оплетали голые камни, превращая все в зеленый ковер.

Агата зажмурилась. Лучше бы ей этого не видеть. Дурной знак! А что если не удастся ей найти дорогу домой? Завязнет коготок — всей птичке пропасть…

Прошел еще один час, и в утренней дымке повисло над горизонтом неяркое солнце. Ведьма шла, не поднимая головы. Все вокруг менялось. Слишком быстро менялось. Поэтому она решила смотреть на бегущую под ногами дорогу. Только дорога во все века оставалась тем, чем была — серой лентой, обильно присыпанной каменной крошкой.

— Скоро уже? — раздраженно пробормотала она, чувствуя, как начинают гореть ее сбитые в кровь ноги.

— Почти пришли, — раздался в голове невозмутимый голос. — Оглянись!

Агата нехотя подняла голову и глянула вперед. Устремляясь в небо острыми пиками, перед ней возвышалась сверкающая скальная гряда, окружающая Великий Разлом.

— Как же мы так быстро дошли? — изумленно спросила она.

— Ты, видно, забыла, где мы, — глянули на нее миндалевидные глаза прекрасной девушки, чьи волосы струились по спине серебристым водопадом. — Лабиринт может менять свои дороги, когда захочет.

Глава 16

Лунница остановилась и посмотрела на нее прозрачными серебристыми глазами. Нежное лицо без единой капли румянца выглядело неживым, словно изваял его из мрамора искусный художник.

Агата мрачно отвернулась. Даже смотреть не хочется на свою испачканную в серой пыли рубаху и руки, покрытые паутиной из царапин. Верно, стыдится ее среброволосая красавица… Как поведет она такую замарашку на встречу со Стражами?

— Тебе нужно умыться! — прозвучал нежный голос. — Я принесу тебе свежую рубаху.

— У вас тут и рубахи есть? — с недоверчивой ухмылкой спросила ведьма.

— У нас есть все, — посмотрели на нее лучистые глаза. Ни тени улыбки в них. Неужто сердится на нее прекрасная дева? Сердце Агаты дрогнуло. Не желала она нанести обиду своей любимой подруге. Хотелось было броситься ей в ноги и покаяться, но гордыня вновь сковала ее уста. Еще чего! Она все делала правильно. Это не она, а Стражи ошиблись. Агата видела тех, кто живет рядом. Все, как один, недостойные людишки.

— Под сводами той пещеры, — кивнула девушка на узкое отверстие в гранитной скале, — есть купель с теплой водой. Омой себя перед встречей и освежи уста трапезой. Все что надобно тебе, я принесу.

Ведьма молча кивнула и приняла предложение. Права Лунница, негоже являться ей в таком виде перед Стражами Великого Разлома.

Вход был больше похож на щель. Не пройти в него, расправив плечи. Агата прижалась спиной к неровной каменной стене и кое-как протиснулась внутрь. Шум стих, не слышно больше голоса ветра. Ее тело окутала мягкая, теплая тишина, и грудь, впервые за несколько часов, вздохнула спокойно.

В самом центре пещеры в каменном полу была высечена купель. Тёплая вода темнела в её чаше, а над поверхностью, цепляясь за своды и медленно тая, поднимался лёгкий пар.

Агата остановилась, рванула с себя грязные, пропахшие потом и пылью одежды и позволила им упасть на камень. Гранитный пол приятно холодил стопы, забирая жар и усталость. Какое-то время она стояла, закрыв глаза и покачиваясь от изнеможения, а потом уселась на