Предатель. Ты не узнаешь о сыне - Нэнси Найт

Ухмылка тут же слетает с лица Радова, сменяясь гневом.

─ Откуда ты знаешь про это? ─ цедит он сквозь зубы.

─ А разве это секретная информация? ─ удивляюсь я. ─ Знаю и поэтому искренне не понимаю, зачем ты делаешь все это.

─ Твои доносчики предоставили тебе не всю информацию, ─ хмыкает он, откидываясь на спинку кресла.

─ И чего я не знаю? ─ настаиваю я, но, похоже, Радов не собирается давать мне ответ.

Как я и думала, он молчит, пристально разглядывая, то меня, то нашего сына.

─ Лиза уехала вместе с нашим ребенком заграницу и живет там с другим мужчиной, ─ нехотя отвечает он. ─ Этой информации тебе достаточно?

─ Да, ─ киваю я.

Вот, в чем дело. Лиза сбежала от него и увезла ребенка. Именно поэтому Радов теперь так опасается повторения истории, только уже со мной. Видимо, не настолько он и всесилен, раз даже жену не смог удержать рядом.

Интересно, почему они расстались? Характерами не сошлись, или она узнала о том, что Радов ей изменял?

Глава 15

Отчасти я теперь понимаю, откуда у Радова такое рвение удержать меня всеми силами. Но это не отменяет того, что я по-прежнему хочу сбежать от него.

Он тиран, который ставит свои желания и интересы превыше всего, абсолютно не считаясь со мной. К тому же я не собираюсь жить с этим человеком под одной крышей только потому, что он хочет быть рядом с сыном.

Несмотря на свои неостывшие чувства к нему, я четко понимаю, что между нами ничего быть не может. Мы враги друг для друга, и объединяет нас лишь наше прошлое и Ваня.

Я имею право на счастье, на личную жизнь. Но разве в таких условиях это вообще возможно? Но до него это будто совершенно не доходит.

Возможно, я совершила ошибку, когда скрыла от него сына. Возможно, если бы я не сделала этого, то сейчас все было бы иначе, и он просто приезжал бы увидеться с ребенком.

Но на тот момент мне казалось, что так будет лучше для всех нас. В итоге и себе хуже сделала, и семья Радова все равно рухнула без моего вмешательства.

Я понимаю, что сделанного уже не воротишь. Но это вовсе не значит, что за мою ошибку Радов имеет право обращаться со мной, как с какой-то вещью. Он ведь мог поступить иначе: настоять на ДНК-тесте, а после подтверждения отцовства заявить права на сына и видеться с ним в оговоренное время, как это делают нормальные люди. Дать мне возможность вить своей жизнью, в своей квартире.

Но нет. Он избрал другой путь. И это меня совершенно не устраивает. Но парадокс в том, что я почти ничего не могу сделать, чтобы это изменить. Пока не могу.

─ Я не хочу подписывать эти документы, ─ вновь повторяю я. ─ Зная тебя, ты можешь легко найти лазейку в этом договоре и провернуть все против меня, даже если я не нарушу твои требования на самом деле. Я приняла твои условия жить в этом доме, но не собираюсь давать тебе гарантии еще и на юридическом уровне, чтобы подставлять саму себя. Ты мне не даешь никаких гарантий ни на что, а только диктуешь свою волю. Вот давай и остановимся на том, что имеем сейчас.

─ Меня такой вариант не устраивает, ─ качает головой Радов. ─ Ты согласилась принимать мои условия и делать то, что я требую. И моим требованием является подписание этих документов.

Спорить с ним абсолютно бесполезно, но что-то нужно придумать. Пока у меня нет идей, поэтому придется оттянуть время.

─ Я заберу эти бумаги с собой в комнату и ознакомлюсь с ними после того, как Ваня ляжет спать, ─ отвечаю ему. ─ Сейчас я все равно не смогу вникнуть в подробности, пока он у меня на руках.

─ Так в чем проблема? Давай я им займусь, ─ не дожидаясь моего ответа, он стает с кресла, подходит ко мне и тянет руки к сыну.

─ Не нужно.

─ Нужно, Соня, ─ настаивает он и забирает Ваню. ─ Можешь идти в свою комнату и вникать в суть договора. А еще позвони Усманову и сообщи, что увольняешься.

─ Что? ─ изумляюсь я, подскакивая с места. ─ На каком основании я должна увольняться?

─ На том самом, ─ сурово отвечает он. ─ Информацию для меня ты все равно не раздобудешь, а для иного ты не будешь нам находиться. Я не хочу, чтобы мать моего сына работала на конкурента.

─ Прекрасно, ─ всплескиваю я руками. ─ Я всю жизнь должна перекроить под твои желания и требования? Что я еще должна сделать? Чем я вообще, по-твоему, должна заниматься? Сидеть в четырех стенах твоего дома до конца жизни?

─ Не обязательно сидеть в четырех стенах. Ты можешь работать. Например, на меня.

─ Ты, видимо, шутишь, ─ с губ срывается нервный смешок.

─ Почему же? Никаких шуток, ─ отвечает он. ─ Я ведь тебе уже говорил неоднократно ─ я всегда серьезен.

─ Меня вполне устраивает моя нынешняя работа, на которой у меня нет босса-тирана! ─ в сердцах выпаливаю я в ответ.

─ Это я-то тиран? ─ смеется он.

─ Да!

─ Даже если и так, то я честен и прямолинеен, в отличие от этого лживого гада Усманова, который делает все исподтишка и ворует чужие идеи. Не говоря уже про другие незаконные махинации в виде отмывания денег.

─ А ты, значит, чист? ─ ехидно усмехаюсь я.

─ Кристально чист, ─ твердо произносит Радов. ─ Мне нечего скрывать, Соня. А потому могу с чистой совестью давать людям гарантию, что работа в моей фирме не доведет их до тюрьмы. В отличие от Усманова. Я даже не удивлюсь, если ты уже замешана в чем-то незаконном, даже не зная об этом. Именно поэтому я хочу, чтобы ты уволилась.

─ Раз ты так уверен в том, что он делает что-то незаконное, почему же отказался от своей идеи заслать меня шпионить за ним? ─ изгибаю я бровь.

Он делает паузу, пристально глядя мне в глаза, прищуривается и отвечает:

─ Потому что оценил все риски и понял, что не хочу тебя подвергать им.

Это забота, что ли? Или у него созрел какой-то другой план, в который он пока решил меня