Предатель. Ты не узнаешь о сыне - Нэнси Найт

с мыслями. ─ Я понимаю, что у тебя сложился печальный опыт с Лизой, но я уверяю тебя, что никуда не собираюсь сбегать. Я совершила ошибку, когда скрыла от тебя Ваню. Думала только о себе. Но ты имеешь полное право на сына, как и я. И Ваня имеет право быть с тобой. Тем более, я вижу, как ты стараешься быть хорошим отцом. И раз мы связаны с тобой общим ребенком, то давай относиться друг к другу по-человечески. Без странных требований, указаний…

─ То есть ты не собираешься выполнять ничего из того, что я хочу? ─ недобро прищуривается он.

Нервы стразу начинают шалить. Ну вот, он услышал только то, за что можно зацепиться, а все хорошее пропустил мимо ушей. Где же набраться на него терпения?! Даже когда стараешься изо всех сил, разговор все равно не клеится.

─ Ты не так понял, ─ спокойно отвечаю я, пытаясь вести себя сдержанно. ─ Ты сказал, что я должна уволиться из фирмы Усманова, чтобы обезопасить себя и нашего сына, и я это сделаю. Завтра же, как и сказала раньше. Ты сказал, что мы с Ваней должны жить вместе с тобой в этом доме, и это я тоже принимаю. Но давай без странных договоров, ладно? Неужели тебе недостаточно моих слов?

─ Ты меня один раз уже обманула, так что…

─ И больше это не повторится, ─ перебиваю его. ─ Я учла все свои ошибки и все поняла. Изначально я хотела, чтобы ты вообще не знал о сыне, потому что поняла, что не хочу связывать с тобой свою жизнь. Бегать от тебя и скрываться до конца дней я не собиралась и не собираюсь! Потому что это будет не жизнь, а кошмар для меня и Вани. Нет, я на такое точно не пойду, будь уверен. Теперь ты знаешь о сыне и будешь воспитывать его. Или тебе даже этих слов недостаточно?

Слова летят на автомате, я даже особо над ними не задумываюсь. Говорю то, что Радов наверняка хотел бы услышать. И только сейчас осознаю глубину сказанных слов. Это ведь, и правда, станет кошмаром, если я сбегу от Радова. Постоянно прятаться, оглядываться по сторонам и каждый день беспокоиться о том, что Радов все же найдет нас и отберет сына.

Пока я не проговорила это вслух, мне казалось, что побег решил все проблемы. Но теперь я понимаю, что это все только еще больше усложнит.

Нужно работать над тем, что имеется сейчас. Изо всех сил стараться наладить отношения с отцом моего ребенка. И, может, только тогда он остынет и поймет, что каждый из нас имеет право на счастье и отдельную жизнь.

─ Я не хочу больше ссориться с тобой, ─ продолжаю я. ─ Не хочу скандалов, разборок и споров. Давай будем вести себя как взрослые люди и не портить друг другу жизнь. Давай наладим наши отношения, хотя бы ради нашего сына. Эта сейчас он маленький и ничего не понимает, но позже…

─ Я услышал тебя, ─ внезапно прерывает меня Радов и поднимается с кресла.

Медленным шагом приближается ко мне, постукивая каблуками ботинок по паркету, и останавливается в каких-то двадцати сантиметрах от меня. Оглаживает тыльной стороной ладони мою щеку, а потом зарывается пальцами в волосы.

Мой взгляд растерянно бегает по сосредоточенному мужскому лицу. Прикосновения обжигают и вызывают табун мурашек. Но мне совершенно непонятно, что вообще происходит?

─ Значит, будем налаживать отношения? ─ с легкой ухмылкой произносит Радов и притягивает меня за затылок, накрывая мои губы поцелуем.

Это какое-то безумие. В один миг внутри разливается жар, который плавит мозги и заставляет меня поддаться этому неожиданному поцелую. Руки сами тянутся к мужчине, чтобы притянуть его ближе к себе. Но остатки здравого смысла помогают мне вовремя опустить ладони Радову на плечи и отстранить его от себя.

─ Ты в своем уме? ─ кричу шепотом, чтобы не разбудить сына. ─ Совсем не понимаешь, о чем я тебе говорю? Или в твоей голове это и есть налаживание отношений?

─ Ладно-ладно, угомонись, ─ хмыкает он. ─ Я не хотел, прости.

Прости? Не помню, когда в последний раз я слышала это слово от него, да и слышала ли вообще.

─ А вообще, я и не портил с тобой отношения, ─ добавляет он.

─ Серьезно? ─ усмехаюсь ему в ответ. ─ То есть угрозы, шантаж и похищение для тебя в норме?

Даже не удивлена. Хотя все же и рассчитывала, что у него в голове что-то щелкнет после моих слов.

─ Ты сама виновата, ─ без зазрения совести отвечает Радов.

─ Подумай на досуге о моих словах, ─ вздыхаю я, уже не испытывая особой надежды на его благоразумие. ─ Позже поговорим. А сейчас прости, но я пойду спать. Устала сегодня.

─ Не волнуйся, завтра няня придет, ─ бросает он напоследок, когда я уже стою в дверях его кабинета.

─ Я и не волнуюсь, ─ пожимаю плечами. ─ Да и вообще, не вижу в ней особой нужды, раз я больше не смогу выйти на работу.

С этими словами я закрываю за собой дверь и ухожу к себе. Принимаю душ и ложусь в холодную постель, бесцельно глядя в потолок.

Я устала, но спать не хочу. Потому что не физически устала, а морально. Совершенно ничего не хочется, кроме как сложить руки крестом на груди и не шевелиться. Не видеть и не слышать никого. Нужна какая-то перезагрузка, иначе совсем свихнусь.

Интересно, а какой бы вообще была сейчас моя жизнь, если бы я не ушла от Радова? Если бы он знал о моей беременности? Дал бы он мне жить своей жизнью, или все было бы точно так же, как сейчас? А вдруг вообще интерес к Ване у него появился только потому, что я его скрывала? Ведь если бы я сообщила ему о своей беременности еще тогда, когда мы были вместе, он спокойно мог бы отправить меня на аборт. Ведь тогда он еще был женат.

А что, если разлад в отношениях с женой у него случился уже давно? Вдруг и со мной он стал встречаться уже после того, как она изменила ему? Если так, то, Боже, это ведь все меняет! Если мои выводы верны, то я, действительно, совершила огромную ошибку.

Дура!

Я не уверена, но теперь мне кажется, что так оно все и было. И теперь я просто схожу