Лекарь из Пустоты. Книга 11 - Александр Майерс

— Дядя, этот Серебров… — Анри облизнул пересохшие губы. — Он не тот, за кого себя выдаёт. Он целитель, но дерётся как… я даже не знаю кто. Он отражал мои заклинания, и дважды ослабил их прямо в полёте. Прямо в воздухе, понимаешь?

Морган приподнял тонкую бровь.

— Целитель ослабил активное боевое заклинание? Ты смеёшься надо мной, Анри?

— Клянусь честью рода! Я вложил в последний удар всё, что имел, а он словно отнял у заклинания силу. Я это почувствовал. Огненный шар потерял скорость, его структура разрушилась, и он взорвался у моих ног, — ответил виконт.

Герцог хмыкнул, не спуская с племянника глаз.

— А ещё до этого у меня отнялась нога. И голова закружилась ни с того ни с сего. Он применял целительские заклинания как боевые!

Морган медленно опустился в кресло у постели и закинул ногу на ногу.

— В этом как раз нет ничего удивительного. Но вот ослабить боевое заклинание… Не каждый боевой маг на такое способен. Так что либо ты преувеличиваешь, пытаясь выгородить себя, либо этот русский — очень необычная фигура.

— Я не преувеличиваю, — обиженно буркнул Анри.

— Предположим, что я тебе верю. Знаешь, племянник, а ведь ты, сам того не желая, оказал роду услугу…

— Какую? — виконт удивлённо приподнял брови.

— Целитель, владеющий приёмами, которые не всегда доступны высшим боевым магам… Либо у его рода есть секретные техники, которые нам не помешает получить, либо… Впрочем, тебе не надо об этом думать. Я сообщу о Сереброве кому следует. Есть люди, которым такие странности крайне интересны.

— Что это за… — начал Анри, но герцог так стрельнул в него взглядом, что он тут же осёкся. — Ладно, дядя, прости. Ты прав, я лезу не в своё дело. А что насчёт суда с де Мариньи? Раз я не смог спровоцировать маркиза…

— К сожалению, сейчас нам придётся отступить.

— Отступить⁈ — Анри дёрнулся и тут же поморщился от боли.

— Именно. Слухи о твоей дуэли всё равно разойдутся. Дело с де Мариньи становится слишком громким, а громкие дела мне не по вкусу. К тому же это ещё не всё. Наша служба безопасности убеждена, что кто-то начал копать под нас вскоре после того, как мы начали суд. И вполне возможно, это люди Сереброва…

— Откуда у него люди во Франции?

— Ты удивишься, но его служба безопасности весьма сильна. А ещё в последнее время ходят слухи, будто одна итальянская контора работает на него, — ответил Морган.

— И что, мы просто так сдадимся? — буркнул виконт.

— Мы не сдадимся, а временно отступим. Притихнем, сделаем вид, будто утратили интерес к де Мариньи. Пусть Персиваль и его русский дружок расслабятся и решат, что победили. А мы тем временем подготовимся как следует, дождёмся удобного часа — и раздавим обоих разом.

— Мне нравится, как это звучит, дядя, — улыбнулся Анри.

— Ещё бы… Выздоравливай, племянник. И помни — за потерю родовой квартиры в Париже тебе ещё придётся ответить. Но об этом мы поговорим чуть позже, — произнёс герцог и вышел из комнаты.

Франция, городок Сен-Клу, поместье рода де Мариньи

Естественно, после дуэли я остался в гостях у де Мариньи до следующего утра. Но выспаться мне не удалось — разбудил звонок из России, который я ждал последние несколько недель.

— Рад вас слышать, Мирон Сергеевич, — ответил я, садясь на кровати.

— Здравствуй, Юрий Дмитриевич! Я тебя разбудил?

— Да, я во Франции, здесь ещё совсем рано.

— Ох, прости. Но у меня отличные новости! Наш завод на Урале достроен! Оборудование смонтировали и наладили, все линии проверены, осталось несколько формальностей — и можно запускать!

— Новости и правда отличные, ваша светлость. Значит, тестовую партию эликсиров мы сможем получить где-то в течение месяца? — спросил я, чувствуя, как сонливость сразу же исчезает.

— Да, всё верно. Надо прогнать полный цикл, отладить рецептуру на месте и убедиться, что качество на нужном уровне. Если всё пройдёт как надо, дальше поставим производство на поток, — ответил Баум.

— Что ж, тогда, я полагаю, увидимся на месте? Сегодня же отправлюсь в Екатеринбург.

— Конечно, Юрий! А я уже еду туда. В любом случае нам стоит всё осмотреть своими глазами, прежде чем запускать производство, — сказал Мирон Сергеевич.

Мы договорились о деталях, и я сбросил звонок. Настроение стало просто превосходным — наконец-то завод, в который мы с Баумом вложили столько сил и средств, готов заработать.

Я собрал вещи и спустился в столовую, где как раз завтракали Персиваль и Луиза. Сообщил, что мне нужно срочно возвращаться в Россию, и маркиз тут же предложил, чтобы его водитель отвёз меня в Париж.

— Только сначала завтрак, граф! Вы же любите тосты? Сейчас прикажу подать! — засуетилась Луиза.

— Кофе? — предложил тем временем Персиваль.

— Благодарю, лучше чаю, — вежливо отказался я.

Не успел я даже сделать и глотка, как телефон вновь позвонил. На сей раз это оказался магистр Дюваль. Видимо, он снова как-то узнал, что я во Франции.

Оказалось, что так и есть, и Фредерик хотел со мной встретиться, причём срочно.

— Что-то случилось, магистр? — уточнил я.

— Не совсем, но дело касается случая Николь… и не только. Лучше обсудить это лично, если вы не против. Я могу приехать в Сен-Клу.

— Давайте лучше встретимся у портального комплекса в Париже через час.

— Договорились, — ответил Фредерик.

Я наскоро позавтракал, попрощался со всеми де Мариньи, и водитель быстро отвёз меня в Париж. Дюваль уже ждал — он сидел в стороне от главного входа, чтобы не мешать плотному потоку пассажиров, снующих туда сюда. Завидев меня, он поднялся со скамейки и помахал рукой.

— Рад встрече, магистр, — подойдя, я пожал ему руку.

— Взаимно, Юрий. Полагаю, вы торопитесь, поэтому сразу к делу. Понимаете, во время своих исследований я наткнулся на странные случаи, связанные с заблокированным магическим даром у детей. И знаете, что выяснилось? Эти случаи почти аналогичны тому, что у маркизы де Мариньи.

— Неужели? — нахмурился я.

— В деталях они отличаются. Все эти случаи проявились в детстве, но пострадавшие не вытягивают ману из окружающих, как Николь. Их каналы просто заблокированы,