Лекарь из Пустоты. Книга 11 - Александр Майерс

дар спит, но паразитического эффекта нет. Поэтому случаи не получили огласки — их списывают на редкие врождённые дефекты и безуспешно пытаются лечить, — ответил Фредерик.

— Сколько случаев?

— Пять, о которых я знаю наверняка. Возможно, больше. И вот что тревожит по-настоящему, граф… Все дети из разных стран. Франция, Германия, Великобритания… Разные рода, разные регионы, никакой связи между семьями. Но патология — одна и та же.

— Это и правда тревожит, — задумчиво произнёс я.

Что за странная эпидемия? Заблокированный дар у одарённых детей из разных концов Европы, которые никак не связаны между собой. Совпадением тут и не пахнет. Случай Николь я считал уникальным, да и не я один, но теперь выясняется, что это не совсем так.

— Магистр, вы можете собрать для меня подробности по каждому случаю? Всё, что удастся раздобыть — истории болезни, данные о родах, возраст детей, время появления симптомов. Любые детали, — попросил я.

Дюваль с улыбкой кивнул.

— Я предполагал, что вы попросите об этом, граф. Кое-что уже собрал, но постараюсь найти ещё. Правда, придётся действовать осторожно — рода не любят выносить сор из избы, а тут речь о больных наследниках.

— Понимаю. Если понадобится помощь, скажите, у меня есть знакомые, которые хорошо умеют добывать информацию. Всё это может оказаться очень серьёзно, но бить тревогу до того, как мы узнаем подробности, не стоит, — сказал я.

— Согласен. Если кто и способен разобраться в том, что происходит, так это вы.

— Благодарю за комплимент, магистр. Надеюсь, что вы и другие целители помогут мне в этом, — я снова пожал ему руку.

Мы простились, и я направился к порталу, но мысли мои были уже далеко от уральского завода и эликсиров.

Я пока не знал, что всё это значит, но предчувствия были очень и очень плохими…

Российская империя, город Новосибирск, деловой центр «Меркурий»

Марк Андреевич Мамонтов был доволен собой. Он сидел в кабинете барона Чагина, закинув ногу на ногу, и уже мысленно подсчитывал выгоду.

Взрыв на складе Чагина стал для того настоящим ударом — сгорело сырьё, встали поставки, партнёры занервничали. И вот теперь Мамонтов явился с распростёртыми объятиями.

— Так чем могу помочь, граф? — сухо спросил Чагин, глядя на гостя исподлобья.

Мамонтов подался вперёд, изобразив участие:

— Ваше благородие, я узнал о вашей беде и не мог остаться в стороне. У меня есть знакомые в Петербурге и налаженные каналы поставок именно тех товаров, которые вы потеряли. Готов выручить вас на самых выгодных условиях. Пока вы восстанавливаете склад, мои люди закроют ваши обязательства перед партнёрами.

Чагин выслушал графа молча. А затем откинулся в кресле и тонко усмехнулся.

— Как трогательно, Марк Андреевич. Как своевременно. Знаете, что меня всегда восхищало в таких, как вы? Чутьё. Не успел мой склад догореть, а вы уже тут как тут. Как будто предвидели мою беду.

Улыбка застыла на лице Мамонтова, а по спине вдруг пробежал холодок.

— Владислав Петрович, я просто хотел помочь…

Чагин поднялся, давая понять, что разговор окончен.

— Не сомневаюсь. Благодарю за заботу, ваше сиятельство, но я справлюсь сам. И знаете, Марк Андреевич… впредь я буду очень внимательно смотреть, кто и когда предлагает мне свою помощь. Всего доброго, — он кивнул на дверь.

Униженный Мамонтов вышел из здания, и только тут до него дошло.

Взрыв на складе. Информация, так удобно попавшая к нему — мол, у Чагина беда, самое время подсуетиться. И он, как последний дурак, клюнул! Примчался предлагать помощь.

Теперь Чагин может подумать, что склад взорвал именно он, Мамонтов. Ну а как иначе? Марк Андреевич явился так вовремя, предложил помощь с поставками…

Вот дерьмо! Да его же просто подставили!

А кто способен на такую хитрую многоходовку? Ответ напрашивался сам собой.

— Вяземский, ах ты гнида. — процедил Мамонтов сквозь зубы, забираясь в машину.

Он выхватил телефон и набрал номер Зотова.

— Константин Андреевич, нам надо поговорить. Срочно. Приезжай на обычное место.

Спустя час Мамонтов и Зотов сидели в отдельном кабинете ресторана, где граф рассказал о том, что с ним только что случилось.

— Меня развели, как мальчишку! Взорвали склад Чагина, подкинули мне наводку, и я сам прыгнул в капкан.

— Да, неприятно, — хмыкнул Зотов.

— Помяни моё слово, наши с тобой объекты тоже под прицелом. Раз уж Вяземский взялся за такие методы, он не остановится.

Константин Андреевич мрачно кивнул.

— Да, похоже, наш дипломат потерял позиции и взялся за решительные меры. Взорвал склад, решил подставить Кутайсова, а потом и тебя… Умные люди ведь понимают, чьих это рук дело. Кто ещё настолько отчаялся, чтобы идти на диверсии во время выборов?

Мамонтов закинул в рот кусок мяса, быстро прожевал и кивнул.

— Вот именно. И раз он играет грязно, нам надо ответить. Но только с умом… У меня есть люди в налоговой. Организую Вяземскому внеплановую проверку на его предприятиях. Пусть перероют ему всю бухгалтерию, посмотрим, как он тогда забегает! — Марк Андреевич в голос рассмеялся.

Зотов хотел что-то ответить, но у него зазвонил телефон. Он глянул на экран и нахмурился.

— Жена. Извини, отвечу. Да, Оленька, что случилось?

По мере того, как он слушал, лицо его каменело. Барон вскочил, едва не уронив стол, и заорал:

— Что⁈ Снова⁈ Когда? Как она⁈

— Что стряслось? — Мамонтов подался вперёд.

Константин Андреевич не ответил, напряжённо вслушиваясь в ответ супруги. А затем выдохнул и опустился на стул.

— Хорошо, что артефакты сработали. Значит, деньги потрачены не зря… Постой. Как поймали?

Мамонтов настороженно наблюдал за бароном. А Зотов перевёл горящий взгляд на него и вслух спросил у жены:

— Значит, на нашу дочь снова попытались наслать проклятие. Тёмного мага поймали, и он признался, что его нанял граф Мамонтов? Ты уверена, что так всё и было? — спросил он, не спуская глаз с графа.

У Марка Андреевича очередной кусок застрял в горле. Он закашлялся и замахал руками, мол, я не имею к этому никакого отношения!

— Хорошо, я разберусь, — коротко произнёс Константин Андреевич и сбросил звонок.

— Я здесь ни при чём! — хрипло выкрикнул Мамонтов, откашлявшись. — Клянусь чем угодно — честью рода, хоть жизнью! Я не заказывал проклятие на твою дочь! Зачем⁈ Мы же с тобой союзники!

Зотов долго смотрел на него. А потом медленно кивнул.

— Я тебе верю.