Покидая Дом - Оливер Ло

проёмы хлынул целый поток разъярённой энергии. Десятки силуэтов влетели в помещение. Впереди всех двигались четверо мужчин в роскошных расшитых золотом алых халатах. Аура средней стадии Ядра от каждого из них давила так, что остатки пола жалобно заскрипели. Совет Старейшин Кузни Огненного Гребня наконец-то вернулся в свои владения. Они то и дело сидели прямо перед защитным барьером и ждали чуда, иначе и не объяснить такое скорое появление.

Следом за старейшинами в цех потянулась толпа мастеров и подмастерьев с улицы, робко выглядывающих из-за их спин.

Первый старейшина с носом, похожим на клюв ястреба, окинул взглядом остывающий труп голема, затем перевёл тяжёлый взор на стоящего на балконе Бай Сяня, и его лицо перекосило от бешенства.

— Преступник! — прогремел его голос, усиленный ци. — Твоё проклятое экспериментальное ядро осквернило священного голема-хранителя! Из-за твоей безответственности секта на недели оказалась отрезана от собственного сердца! Кузня понесла неисчислимые убытки, а наше лицо было втоптано в грязь! Схватить Бай Сяня! Запереть его в казематах Дна! Мы будем судить его по всей строгости!

Двое стражников из внутреннего круга с алебардами тут же направились к лестнице, ведущей на балкон.

Путь им преградила крохотная фигурка в прожжённом фартуке.

Бай Руи раскинула руки в стороны, встав между стражей и лестницей.

— Не троньте моего дедушку! — закричала девочка так громко, что у неё сорвался голос. Её глаза блестели от подступающих слёз, но подбородок был упрямо вздёрнут. — Это не он виноват! Сердце Каньона работало безупречно! Вы сами забрали наше изобретение без разрешения! Вы вставили его в свою жестянку, даже не удосужившись настроить фильтры воли! Вы всё испортили!

— С дороги, наглое отродье! — рявкнул другой старейшина с опалённой бородой. — Бай Сянь несёт полную ответственность за свойства своего творения! Если бы не его…

— Если бы не он, уважаемый Совет прямо сейчас продолжал бы толкаться в грязи за палатками, жадно доедая остывший рис.

Спокойный, холодный и пропитанный откровенным ядом голос прорезал шумную толпу словно острая бритва.

Мин вышел из тени остывающего механизма. Он стряхнул пепел со своих одежд, и бросил взгляд, от которого веяло презрением.

Старейшины замерли, недоуменно разглядывая незнакомого бродягу.

— А ты ещё кто такой? — с угрозой сузил глаза носатый старейшина. — Откуда здесь взялся посторонний? Так, охрана…

— Я тот, кто только что провёл генеральную уборку в вашем собственном доме, — перебил его Мин с издевательской учтивостью. Он шагнул вперед, совершенно не обращая внимания на давление четырех мастеров Ядра. — Я с упоением слушал ваши крики с порога. «Осквернённый хранитель», «безответственность»… Какая потрясающая словесная шелуха, чтобы прикрыть собственное невежество.

Мин остановился перед старейшинами.

— Вы сами силой конфисковали чужое ядро, даже до конца не разобравшись, как оно работает — громко, так чтобы слышала вся толпа сзади, произнёс юноша. — Вы засунули концентрированный кусок стихии в железяку, не установив блокирующих… как ты сказала Ру-Ру, ментальных контуров. В итоге ваша идеальная игрушка признала именно вас, своих создателей, критическим дефектом в производстве!

По толпе рядовых мастеров пронесся нервный смешок.

Старейшины покрылись багровыми пятнами.

— И что вы сделали потом? — Мин издевательски поцокал языком. — Вы две недели просидели на улице. Позволили тупой машине запереть себя снаружи. Щедро откормив её артефактами из своей же казны. Загляните внутрь брони. Там вплавлены ваши парадные щиты вместе с накопителями, которые эта железка с удовольствием сожрала. Настоящие Хранители секты, нечего сказать! Скорее уж самые щедрые поставщики материалов для восставшей кухонной утвари! Выходит, если внутри были ваши артефакты, то и вина на вас. По вашей же логике.

Лицо старейшины с опалённой бородой перекосило от злости.

— СМЕРТИ ИЩЕШЬ, КРЫСА⁈ — взревел он, и над его ладонью заплясал шар жаркого пламени. — Я сожгу тебя прямо…

Ц-з-з-к! — раздался резкий металлический скрежет.

Безжизненная железка, лежащая перед старейшинами, внезапно дёрнулась. Раскуроченная лапа оцарапала каменный пол, а в недрах разбитого корпуса зашипел остаточный пар. Сработал обыкновенный спазм стравливающих клапанов после быстрого охлаждения.

Трое старейшин замерли. Их лица лишь слегка напряглись, сохраняя привычное высокомерие ступени Ядра. Однако нервы старика с опалённой бородой, который мгновение назад собирался испепелить наглеца, не выдержали. От неожиданного звука он вздрогнул и рефлекторно отшатнулся, сдавленно охнув. Сформированный над его ладонью огненный шар жалко пшикнул, растворившись в воздухе.

Этот непроизвольный шаг разрушил всё величие Совета.

В Центральном Цеху повисла тишина. Сотни рядовых кузнецов, наемников, чернорабочих и подмастерьев во все глаза смотрели на попятившегося лидера.

Мин негромко, но отчетливо рассмеялся.

— Какая грозная сила, — протянул юноша. — Вы готовы сжигать людей за дерзость, но шарахаетесь от скрипа сломанной игрушки. Боитесь того, чего не понимаете, и скоро начнете вздрагивать от собственной тени. И вы называете себя Хранителями Кузни?

По рядам мастеров пополз шепот:

«Он отступил… испугался куска железа…»

«Этот парень прав, они даже не знают, как работает их же голем…»

«Бай Сянь собрал ядро, а Совет едва всё не угробил…»

Потеря лица в Долине всегда равнялась потере власти. Старейшины быстро опомнились. Они лихорадочно поправляли съехавшие мантии, однако авторитет осыпался прямо на глазах под непрерывное бормотание мастеров. Убить нахального юношу сейчас было категорически нельзя. Окружающие расценили бы это как истерику напуганных трусов.

Скрипнув зубами, один из главных старейшин попытался сохранить остатки былого величия.

— Кхм… — он прочистил горло и торопливо упрятал подрагивающие ладони в просторные рукава. — В ваших рассуждениях, бродячий мастер, вероятно есть малая толика правды. Наш Совет несколько переоценил стабильность артефакта. Недосмотр при проверке мелких деталей действительно имел место быть. Поэтому Бай Сянь полностью свободен от обвинений в злом умысле.

— От обвинений? — интонация Мина прозвучала жестко и неприкрыто враждебно. — Вы так ничего и не поняли, почтенные. Этот позор невозможно стереть небрежным прощением.

Юноша вытянул руку и сурово указал пальцем в сторону Ру-Ру. Девочка всё еще не сдвинулась с места, продолжая держать раскинутые в стороны худенькие ручонки, закрывая собой лестницу к деду.

— Откройте глаза и взгляните на нее! — голос парня гулко ударил по каменным стенам. — Вы безвылазно сидели в комфорте своей секты, пока этот десятилетний ребенок спускался прямо в пекло Кипящих Каньонов. Девочка шла сквозь ядовитый дым и дикое пламя. Она каждую секунду рисковала оказаться сожранной монстрами ради шанса достать Сердце Каньона. Ей понадобилось спасать единственного близкого человека исключительно от последствий вашей собственной гордыни! Вы именуете себя Хранителями Кузни? Выдаете себя за великих мастеров огня? Ваша смелость вместе с прославленным мастерством в подмётки не годятся таланту этой девочки!

Толпа мастеров и ремесленников за спинами старейшин дружно ахнула. Суровые кузнецы смотрели на крохотную фигурку в кожаном фартуке