Исчезнувшие царства. История полузабытой Европы - Норман Дэвис

и от шведского. Такие особенности его грамматики, как тройной род, похожи на норвежский или исландский языки, а фонетические модели – на южношведские. Сохранением языка занимается организация под названием Bevar Bornholmsk. Кроме того, существует несколько успешных фольклорных групп, исполняющих музыку и песни острова. Иногда можно увидеть датчан из Копенгагена, заглядывающих в датско-борнхольмский словарь. В медицинских кругах название Борнхольм странным образом связано с вирусной инфекцией, именуемой «эпидемическая плевродиния», также известная как «хватка дьявола», «хватка призрака» или, более прозаично, болезнь Борнхольма. Впервые такое заболевание было описано в 1933 году.

Несмотря на это, туристическая реклама восхваляет этот «рай для простых душ», где процветают всевозможные занятия на открытом воздухе. В брошюрах говорится о Østersøens Perle («жемчужине Балтики»), Solopgangens Land («земле восходящего солнца»), maleriske fiskelejer («причудливой рыбацкой деревушке»), Pelle Erobreren («Пелле-Завоевателе» – название популярного романа), и, конечно же, всех приглашают на Борнхольм. Катание на велосипеде, гольф, рыбалка, прогулки по пляжу, кайт-флайтинг, виндсерфинг и посещение одного из природных парков – все это настоятельно рекомендуется. Здесь есть шоу хищных птиц и парк бабочек, а в длинные июньские дни – фестивали для скалолазов и любителей новомодного вида спорта – ультрамарафон. Каждый год в гавани Тейна проходят соревнования Bornholm Trolling Master по морской рыбалке на быстроходных катерах. Поскольку купание или загорание в обнаженном виде разрешено на всей территории Дании, Борнхольм предлагает бесконечные возможности для натуристов. Район к западу от маяка на Dueodde Strand – их место с давних времен. Борнхольм также рекламирует себя как «зеленый остров». Тридцать процентов энергии острова уже вырабатывается ветряными турбинами в рамках проекта, направленного на замену всех бензиновых автомобилей на электромобили к 2011 году.

Отдыхающим предлагается изучить историческое наследие Борнхольма или по крайней мере его часть. Среди тем, которые широко не рекламируются, длительный отказ Красной армии покинуть остров после его освобождения в 1945 году и высокотехнологичные станции радиоперехвата, которые были установлены НАТО во время холодной войны. В настоящее время основное внимание уделяется загадочным «круглым церквям», построенным рыцарями-тамплиерами в период позднего Средневековья, и местным патриотам, которые боролись за свободу острова от шведов в середине XVII века. Многие туристы посещают сохранившиеся на вершине скалы впечатляющие руины замка Хаммерсхус – крупнейшего укрепленного сооружения Северной Европы, построенного датским королем Вальдемаром Победоносцем в начале XIII века, откуда открывается потрясающий морской вид в сторону Швеции. Там проводится ежегодный рыцарский турнир. Впрочем, одного вида достаточно, чтобы имело смысл посетить его. В погожее летнее утро мерцающий свет, парящий над волнами под зубчатыми стенами замка, создает волшебные моменты. Кажется, время и пространство сливаются, а воображение взмывает ввысь. Если смотреть с вершины скалы «сегодня», подножие скалы становится «днем вчерашним», накатывающие ряды морских волн – веками истории, а едва заметный дальний берег – эпохой переселения народов.

Не меньшее удовлетворение способно принести погружение в древнейшую историю Борнхольма. Местные археологи установили, что череда доисторических могил временами резко прерывалась, и это явно свидетельствует, что жители либо были уничтожены стихийным бедствием, например чумой, либо массово покинули остров. Здесь уместно вспомнить древнескандинавскую форму названия острова – Burgundarholm. Альфред Великий, составляя свой перевод Орозия в эпоху викингов, назвал его «землей Бургенда».

Конечно, занимаясь поисками истоков, нет необходимости приписывать одну родину одному народу. Первобытные племена были мобильны, и все в какой-то степени являлись мигрантами или кочевниками. Даже те, кто занимался земледелием, останавливались где-то на сезон, а затем двигались дальше. Правда, сезон для них мог длиться пару лет, пару поколений или даже пару столетий. Он заканчивался, когда пахотные земли истощались, когда изменялся климат или когда на смену им приходило следующее воинственное племя. Поэтому в целом традиционное сопоставление Борнхольма с доисторическими странствиями бургундов вполне справедливо, и, даже ничем не подтвержденное, оно является чем-то большим, чем просто возможностью. Это также не означает, что Борнхольм был единственной значимой остановкой бургундов или что другие народы не останавливались там. Но бургунды, должно быть, присутствовали достаточно долго и в достаточном количестве, чтобы ранние географы смогли установить их прочную связь с островом.

Впрочем, было бы напрасно полагать, что среднестатистического посетителя беспокоят подобные вопросы. Только фанаты истории следят за каждым поворотом в судьбе острова, оказавшегося на пути сменявших друг друга балтийских держав. Датчане, думая о прошлом, имеют свои собственные приоритеты. Они грезят о подвигах викингов и помнят не столь давнее время, когда дальний берег за Борнхольмом – ныне в Швеции – принадлежал Дании. Ряд событий знаменитой норвежской «Саги о викингах», которая повествует о войнах викингов и славян, происходит на острове. Доподлинно известная история, как утверждает путеводитель, началась, когда Борнхольм был вотчиной средневековых епископов Лунда. В 1523 году остров был захвачен Данией, потом отдан в залог городу Любеку, затем возвращен датчанами, после чего оккупирован шведами до 1648 года. В 1716 году на нем побывал Петр Великий, а в 1940–1945 годах он был захвачен немцами и освобожден Красной армией. Возможно, зная отрывки из этой истории, беззаботные туристы гребут в море или снимают одежду, катаются на велосипедах, запускают воздушных змеев и плавают на лодках.

В декабре 2010 года пострадавший от сильнейшей из снежных бурь, парализовавших большую часть Северной Европы, Борнхольм был объявлен зоной бедствия. Датский метеорологический институт установил, что минимальное количество выпавшего снега составляло 55 дюймов (140 см) в среднем по острову, хотя некоторые части были завалены сугробами высотой до 20 футов (6 метров). После недели тщетных попыток откопать себя жители обратились за помощью. Им пришлось привлечь военно-транспортные средства, чтобы доставить продукты, и сбросить горы снега в море. Кроме новостей, что это был самый холодный декабрь за все время наблюдений, начатых в 1874 году, у них вообще не было времени думать об истории.

II

В истории Европы найдется не много тем, вызывающих больше разночтений и хаоса, чем та, которую можно обозначить фразой «все бургунды». К каким историческим или справочным работам вы ни обратились бы, практически все они предоставят противоречивую информацию. Еще в 1862 году это так взволновало профессора гражданского права из Оксфорда Джеймса Брайса, что в свое новаторское исследование Священной Римской империи он включил специальное примечание «О Бургундиях». «Было бы трудно назвать какое-либо географическое название, – писал он, – которое… вызывало бы и продолжает вызывать больше путаницы…»

Брайс отличался неисчерпаемой выносливостью. Он был уроженцем Глазго, альпинистом, приверженцем либерализма Гладстона, послом в Соединенных Штатах и любил дотошно проверять факты. (Однажды он поднялся на гору Арарат, чтобы проверить место, где остановился Ноев ковчег.) В его некогда знаменитом «Примечании А» перечислены десять