Руса. Архипелаг надежды - Игорь Леонидович Гринчевский

— Надо попробовать все варианты, дедушка. И быстро!

— А я тут при чём? — не понял он. — У тебя Школа Механики есть, к ним иди!

— Извини, деда, но мне просто некогда. Дел навалилось… Так что ты уж поруководи, ладно?

Это тоже ход из оставленного мной будущего. В Советском Союзе иногда привлекали к проработке пенсионеров и кружки «Юных техников». Там это обычно делали, чтобы отчитаться о «воспитании смены». Или потому, что денег заплатить в бюджете не было. А я был вынужден к этому способу прибегать просто потому, что все взрослые и состоявшиеся были загружены по самые брови.

— Ладно уж, помогу! — улыбнулся он. — Беги, другими делами занимайся!

* * *

[4] См. роман «Ломоносов Бронзового века», гл. 1.

* * *

И я побежал. Только занялся всё тем же вопросом. Генерацией электричества, только другим способом. Паровые котлы у нас уже имелись, так что мне нужна была только сама машина, способная превращать энергию пара во вращение.

— Паровую турбину строить долго, — рассуждал я сам с собой. — Там лопатки нужны сложной формы, их десятилетиями разрабатывали и совершенствовали. Да и об аэродинамике я знаю только то, что она очень сложна с точки зрения математики. Нет, это не мой путь. Паровая машина Уатта? С цилиндрами и системой клапанов? Это проще, и понятнее. Только вот, если я правильно помню, первый пароход, пересекающий Атлантику, не вёз никакого груза, только топливо. Но и то, большую часть пути он прошёл под парусами. Нет, это тоже не мой путь. Точнее, мой, конечно. Но не для этой войны. Мне нужно для начала показать нечто простенькое и способное заработать прямо сейчас. О, идея!

* * *

Не прошло и недели, как множество уважаемых людей, а также все, обучающиеся в Высокой Школе Механики были приглашены на «демонстрацию прорывной технологии от Русы Ерката».

Зрители тут другие, чем в оставленном мной будущем. Ради обещанного представления они терпеливо ждали около часа, пока мы поднимали давление пара в котле. Потом я повернул рычаг, и струя пара под давлением четыре с половиной атмосферы вынеслась из сопла и раскрутила маленькую модель верхнебойного колеса, взятую мной из Школы. К колесу был присоединён генератор, но пока что он вращался вхолостую.

— Обратите внимание на установку! — громко произнёс я и запитал электромагниты статора.

Мгновение, и под потоком засияла люстра с пятью электрическими лампочками. Я был к этому готов. Но всё равно ощутил торжество. Первая тепловая электростанция этого мира заработала!

* * *

С прошлой главы статы пополнились демонстрационной паровой машиной.

Глава 10

«Для войны нужны три вещи»[1]

[1] Полностью эта фраза звучит так: «Для войны нужны три вещи: деньги, деньги и ещё раз деньги!» Многие ошибочно приписывают авторство Наполеону Бонапарту. Но на самом деле её произнёс маршал Джан-Джакопо Тривульцио (1448–1518) в ответ на вопрос Людовика XII, о том, что ему нужно для завоевания Миланского герцогства.

* * *

— Мастер, у меня к тебе большая просьба: займите мне триста тетрадрахм!

Сказать, что просьба Пигмалиона сына Хирама из Тира меня поразила, — всё равно, что не сказать ничего! Я этого самородка разыскивал долго, пришлось привлекать к поискам не только своих безопасников, но и их коллег, служащих самому Александру Великому. За его тогдашние проказы я даже угодил в пыточный подвал, откуда выбрался чудом. Но вместо мести предпочёл привлечь этого человека на свою сторону. Разумеется, денег для него я не жалел. Больше скажу, помимо жалования монетами, он регулярно получал премии драгоценными камнями. Получил он и служебное жильё, транспорт, прислугу… И, разумеется, охрану. Так что ему и тратить-то свою получку, вроде, не на что. И вдруг… Просит о займе? Да ещё в размере двух месячных окладов⁈ Для чего?

Хотя, не мне бы удивляться! Взять хоть меня? Как недавно выяснилось, я — настоящий миллионер. Не просто «управляю наместничеством с многомиллионным бюджетом», и даже не «принадлежу роду, владеющему миллионами», а сам, лично владею активами, стоящими больше дюжины миллионов. Но при этом вот прямо сейчас «в кошельке» не наберётся даже трети запрошенной им суммы.

А что поделать? Скандал между начальниками нубийских рудников, который начался, когда мы составляли список очерёдности бурения водных скважин, удалось погасить, только вбросив в эту тему новые деньги.

Нет, я не альтруист, так что в первую очередь заставил вкладываться как раз рудничное начальство. Потом, когда и их средств оказалось недостаточно, развернул программу «инвестиционная недвижимость». Суть её проста, как мычание: вкладываешься в покупку бросового участка земли и даёшь часть средств, необходимых для мелиорации. Через полгода, год или пару лет твой участок стоит намного дороже. Насколько именно — зависело от многих факторов. В первую очередь — от длительности инвестиционного периода, а во вторую — от рискованности самих вложений.

Например, первым в списке у нас стоял оловянный рудник. Вода там должна была появиться месяцев через пять-шесть, однако инвесторы рассчитывали вернуть минимум вдвое против вложенного. Почему? Плата за риск! Рудник находился на самой границе с землями, где кочуют ливийцы. Племя Леопардов, ближайшие, так сказать, соседи, мелкие набеги совершали с завидной регулярностью, да и крупных за неполных восемь лет моего наместничества случилось уже пять.

Так что инвесторы поначалу в очередь не вставали, пришлось и мне личные деньги вложить. После этого некоторые, самые рискованные, решили, что «уж свои-то вложения Руса защитит» и рискнули. После этого бюджет проекта снова «сошёлся», но мне пришлось уже из казны наместника тратиться, усиливая Патруля в тех местах. Ладно, я отвлёкся…

— Может и отыщу, если для тебя нужно. Сам знаешь, Пигмалион, как я тебя ценю. Но объясни мне, ради всех богов, почему у тебя в карманах пусто?

— Сначала я на свою лабораторию потратился, — бодро начал отвечать он. — Есть у меня интересный проект по резине, потом расскажу. А потом — в новые участки вложился. Даже камни, что ты мне давал, все заложил. Но здешние трапезиты[2], я тебе скажу. Это нечто! Они даже мне всего половину от цены камней заняли. И под тридцать процентов годовых.

Ого! Нет, это я не про условия, они как раз для этого времени относительно вменяемы,