Руса. Архипелаг надежды - Игорь Леонидович Гринчевский

— Рискнём! — решил наварх и скомандовал: — Паруса убрать! Приготовиться к бою! Заходим с кормы.

Опыт предыдущих схваток показывал, что именно с этого направления атаковать «толстушек» наиболее безопасно. За последние месяцы они отправили на дно не только полдюжины бармбунар, но и две лавраки. А ещё одну так изрешетили, что её команда предпочла сдаться, выторговав взамен обещание сохранить им жизнь и свободу. Библиофил согласился, и слово своё сдержал, высадив моряков на одном из пустынных пляжей Сицилии.

Он даже причмокнул, вспомнив размеры премии, выплаченной им Еркатами за этот приз. Не всякая гаула вместе с грузом столько приносила.

— Похоже, это «толстушки», — негромко предположил Идоменей. — Купцы, даже если у них настоящие пушки, стараются держаться к нам строго кормой. А эти, как видишь, норовят бортом развернуться, чтобы выдать по нам максимально мощный залп.

— Ты прав! — со вздохом признал флотоводец. — Но такая добыча нам не по зубам. Придётся дождаться Волка с его «стаей» и новыми кораблями. А пока… Командуй поворот! Поищем добычу попроще, не такую зубастую.

* * *

— Ну что тебе сказать, Руса? — доклад почему-то начал Рустам Полуперс. — Корабли у тебя задуманы хорошо. И под парусом быстро ходят, и без него быстро ходят, так что на длинной дистанции любую бирему догонят. Или при надобности убегут.

— Да и оружие впечатляет, — присоединился к восхвалениям Длинный. — Одна стальная пушка на носу, две — на корме, да по три — с каждого борта. И ещё по четыре бронзовых, так что по мощности залпа даже лавраке не сильно уступят.

— Но если с лавракой борт в борт сойдёмся, то мы её за счёт скорострельности потопим! — теперь к моему «облизыванию» присоединился Мгели, что не могло не настораживать.

— Так! — для пущего эффекта ударив ладонью по столу, вмешался я. — Хватит меня сиропом поливать. Что, много недостатков нашли?

— Не так, чтобы много! — закряхтел Йохан, но тут его прервал Пират:

— Не вр-ри! Пр-равду го-вор-ри!

— Ладно, признаюсь честно, недостатков хватает. А что ты хотел, парень? Идея-то сырая!

И понеслось. Выяснилось, что, хоть аккумуляторы в море мы применяли уже почти десяток лет, ещё для скорострелок и электрических помп, но раньше-то их старались на самое дно трюма не ставить, убедились, что морская вода замыкает клеммы накоротко. Да и внутрь банок может забраться. Но сейчас пришлось их ниже расположить, полностью заменив корабельный балласт.

— При сильном волнении их, считай, что и нету! — разгорячившись, резал в глаза правду-матку Рустам. — Приходится контакты снимать, а клеммы и пробки мастикой от воды защищать. Тогда да, бурю переждать можно.

Получилось, что в бурю им помпы вручную пришлось качать. И винты… Оказалось, что огни парусник слегка притормаживают. Нужно слегка проворачивать их, чтобы сопротивление не мешало развивать полную скорость. А это тоже аккумуляторы разряжает.

— Ну, тут мы придумали кое-что, чем помочь! — порадовал их я и рассказал про «мускульные генераторы». На вопрос о том, что лучше, генераторы или вёсла, я честно признался, что не знаю. С одной стороны, около трети мощности теряется на двойном преобразовании — сначала в электрическую энергию, а потом — обратно в механическую. А с другой — вёсла ворочать тоже не подарок.

— Сами и испытаете, короче! — завершил свою мысль я.

А сам подумал, что корабли снова придётся переделывать и дополнительно оснащать. Снова нужны деньги. И где я их достану?

* * *

— Братишка, как же ты посолиднел! Дай я тебя обниму, родной! Сколько ж лет мы не виделись! — радость моего сводного брата и нынешнего главы рода Еркатов Тиграна-младшего была мощным фонтаном. — А дети-то у тебя как подросли! Старшая-то уже почти невеста!

— Вот это ты брось! — строго ответил я. — Она только в четвёртый класс пошла, одиннадцати девчонке нет! Какая она тебе «невеста»⁈ Если сватать приехал, так и думать забудь!

— Вах, обидные слова говорить! Зачем сватать? Для того свахи есть! Я тебя увидеть хотел, дедушку нашего, чтоб он до ста лет жил, остальную родню… Наливки новые привёз, ты таких и не пробовал, а род Еркатов теперь и ими на весь мир славится, наливками да настойками, вот!

Я поневоле улыбнулся. И да, разумеется, я был очень рад его видеть. Пусть поначалу, когда я только попал сюда, мы с ним и враждовали по глупости, но потом… Я точно знал, что могу на него положиться во всех делах. И что в бою он мне спину прикроет, даже ценой своей жизни.

Вот только… Теперь я познал на своей шкуре, что такое обязанности главы рода. Не мог он просто так сорваться на целые месяцы, дело какое-то у братца было. Или даже дела. Впрочем, с этим можно и не спешить.

— Вот и хорошо, что приехал. У нас тут чудес знаешь сколько? На воздушном шаре полетаешь, на мгновенную связь за тысячи стадий посмотришь, на умников в моей Школе полюбуешься, оружие новое испытаешь…

По тому, как слегка дёрнулось у него лицо, я понял, что угодил в цель. Брату зачем-то нужны наши новые ружья и пушки. Ну что ж, для родни мне не жалко, только пусть скажет.

— Кстати, о мастерах и умниках. Со мной наши дети приехали, те, которых отобрали у тебя учиться. И не только из Хураздана, со всей Армении, брат. И с Колхиды, из Астрахани и много ещё откуда. Даже из Ранхополиса[6] привёз. И мастеров тебе привёз. Пусть немного, всего две с половиной дюжины, но, брат, это — лучшие механики в мире!

— Лучшие? Тридцать человек? — недоверчиво переспросил я. Нет, что у нас в роду были уникумы, я знал. Взять хоть того же Левшу. И механик, и оружейник, и на все руки мастер. Без его участия я многое не смог бы сделать, просто прямизны рук не хватило бы. И он совершенно точно был одним из лучших в мире. Но три десятка⁈

— Так они, Руса, из Сиракуз! Их роды навигационные инструменты уже второй век делают, причём точности удивительной. Но когда Диомед Фиванец решил Сиракузы под себя взять, не все там остались, многие убежали! — гораздо тише и серьёзнее пояснил брат.

— Понятно. И спасибо, Тигран, подарок —