На северо-западных рубежах. Противостояние с Финляндией и Эстонией. 1917-1956 - Михаил Юрьевич Васьков

контакты с Советским Союзом, но с позиции победителей. Финны требовали передачи Финляндии территорий, утраченных по итогам Зимней войны и находившихся в составе СССР на 22 июня 1941 года. В ответ Коллонтай сообщила, что отправным пунктом для начала переговоров может быть только советско-финская граница 1940 года. Все остались при своих…

Активную роль в подталкивании Финляндии к началу нового этапа переговоров о перемирии с СССР сыграли шведы, в частности, семья шведских промышленников и банкиров Валленбергов, при посредничестве которых в конце января – феврале 1944 года в Стокгольме были организованы очередные встречи Александры Коллонтай и работавших под дипломатическим прикрытием советских разведчиков Бориса Рыбкина и Зои Рыбкиной-Воскресенской с представителями правительства Финляндии во главе с государственным советником Юхо Кусти Паасикиви, которые прибыли в Швецию для выяснения советских условий мира.

Правительство СССР выдвинуло шесть основных пунктов относительно прекращения Финляндией военных действий и ее выхода из войны:

1. Разрыв отношений с Германией и интернирование немецких войск и кораблей, причем, если Финляндия считает эту задачу для себя непосильной, то Советский Союз готов оказать ей необходимую помощь своими войсками и авиацией;

2. Восстановление советско-финляндского мирного договора 1940 года и отвод финских войск к границе 1940 года;

3. Немедленное возвращение советских и союзных военнопленных, а также советских граждан, содержащихся в концлагерях или используемых финнами на работах.

Пункты 4, 5 и 6 содержали вопросы частичной или полной демобилизации армии Финляндии; возмещения убытков, причиненных Советскому Союзу военными действиями и оккупацией советских территорий, а также ситуации в районе Петсамо. Эти вопросы предлагалось обсудить в ходе будущих мирных переговоров.

Возвратившись из Стокгольма в Хельсинки, Паасикиви 24 февраля 1944 года сообщил правительству, что «русские условия для финского правительства тяжелые и прискорбные», но они вполне приемлемы с точки зрения сложившегося военного положения Финляндии. Паасикиви подчеркнул, что Советский Союз – это побеждающая сторона в войне, и предложил начать прямой переговорный процесс. Однако немцы, узнав о контактах финнов с СССР, пригрозили финской стороне оккупацией Аландов и острова Гогланд, перегруппировкой своих сил на севере Финляндии и открытием боевых действий против Хельсинки. Вот уж поистине не позавидуешь тогдашнему финскому руководству, самому себя загнавшему в безвыходное положение: как говорится, куда ни кинь – везде клин! Решение о выходе из войны снова было отложено…

Советское наступление и принуждение Финляндии к миру

9 июня 1944 года в 05 ч. 55 мин. на Карельском перешейке начался настоящий огневой шквал: артиллерия, реактивные минометы и авиация Ленинградского фронта и Балтийского флота в течение десяти часов разрушали оборонительные сооружения в первой полосе обороны финских войск. Финский главнокомандующий маршал Маннергейм писал в мемуарах об этом моменте так: «Началась такая сильная артиллерийская подготовка, какой мы никогда не видели ни в одной из наших войн. Насколько она была мощна, можно представить, если учесть, что гром был слышен в Главной Ставке (в Миккели), и даже в Хельсинки, или на расстоянии 220–270 километров!»

Финский «передок» буквально сровняли с землей: были уничтожены большинство дотов и дзотов, бронеколпаков, проволочные заграждения – снесены, траншеи – «вспаханы», минные поля перестали существовать, блиндажи и землянки – разрушены. Не только орудия, но и стрелковое оружие финнов было забито песочной пылью, связь прервана. По показаниям пленных, финские войска в результате огневого налета в тот день потеряли до 70 % личного состава передовых частей…

На следующее утро войска Ленинградского и Карельского фронтов, взаимодействуя с Балтийским флотом, Ладожской и Онежской флотилиями, начали широкое наступление, вошедшее в историю как Выборгско-Петрозаводская операция, или Четвертый сталинский удар. Его главным направлением (силами трех дивизий и сотни танков) стали позиции финских войск к северу от Ленинграда, в районе старой государственной границы неподалеку от Белоострова. (Соотношение сил в пользу наступающих оценивалось как 6: 1.) Красноармейцы успешно форсировали реку Сестру, прорвали то, что оставалось от первой полосы обороны финнов, и начали продвигаться по Выборгскому шоссе…

Финские войска, справившись с первоначальной паникой, с тяжелыми оборонительными боями начали отступать на Выборг и Кексгольм (совр. Приозерск). Впрочем, иногда отступление больше напоминало беспорядочное бегство. Многие солдаты попросту дезертировали (таких было, по финским подсчетам, не менее 12 тыс. чел.!). Для восстановления дисциплины и порядка 46 дезертиров расстреляли перед строем. Однако это мало помогло – наступление развивалось стремительно. 20 июня красноармейцы взяли Виипури-Выборг…

21 июня севернее Ладоги советские войска после не менее мощного, чем под Ленинградом, огневого налета начали форсировать реку Свирь, финны после ожесточенного сопротивления (в районе свирского плацдарма у Лодейного Поля с первого раза нашим десантникам реку форсировать не удалось) стали быстро отступать, поскольку сил для обороны в достаточном количестве не было, ведь несколькими днями ранее отсюда сняли войска для срочной переброски на Карельский перешеек в полосу основного наступления Красной армии.

Генерал-лейтенант Хасан Харазия, участник тех боев, вспоминал, как выглядели финские позиции у Свири: «Нашему взору открылась потрясающая картина. Всё вокруг горит и дымится. Вражеская оборона от реки километров на пять в глубину изрыта бомбами и снарядами. Орудия и минометы, исковерканные и обгоревшие, валяются на своих огневых позициях. Траншеи и ходы сообщения разрушены. Немногие оставшиеся в живых солдаты и офицеры противника настолько потрясены, что лишились способности к какому бы то ни было сопротивлению. Стоят с поднятыми руками и трясутся. Траншеи буквально завалены телами вражеских солдат и офицеров. А в дотах, к нашему немалому удивлению, мы обнаружили трупы солдат противника, на которых не было никаких следов ранений. Но все – синие. Их поубивало взрывной волной от наших реактивных снарядов, которая проникала через амбразуры в доты».

Спустя четыре дня вдоль северного побережье Ладоги советские войска продвинулись на десятки километров и 25 июня освободили Олонец. Тем временем другая группировка советских войск, наступавшая из Заонежья, 21-го освободила Повенец, а 23 июня, несмотря на сильное сопротивление противника, взяла Медвежьегорск и направилась в сторону Суоярви. Согласно плану операции, советские войска повели наступление на запад в направлении Чебино – Мяндусельга – Поросозеро, и на юг, в направлении Кондопога – Петрозаводск. 28 июня наши войска овладели Кондопогой. К Петрозаводску красноармейцы подошли еще в середине двадцатых чисел с севера и юга (на юге 22 июня был освобождено Подпорожье, а в результате высадки морского десанта Онежской флотилии 23 июня взяли Вознесенье, 26 июня – Шёлтозеро, 28 июня – ближний подступ к карело-финской столице – село Деревянное).

Разведка выяснила, что финны не намерены оставаться в Петрозаводске и начали минировать город. (Горожане сохраняли спокойствие, только заключенные концлагеря № 6 забросали своих охранников камнями.) Вечером 27 июня финские солдаты покинули столицу Карело-Финской