Генерал Карамба: Тень Кукулькана - Алексей Птица

Он готов к тому, что это изменит всё: и его судьбу, и судьбу человека, который сейчас скрывался в джунглях Юкатана, даже не подозревая, что его имя уже стало пешкой в большой игре, где на кону стояло будущее целого континента. И, возможно, благодаря ему он сможет занять гораздо более высокое положение, чем сейчас.

Но он оборвал сам себя: пока не время загадывать будущее, надо заняться настоящим и сделать то, что он задумал. Он должен найти способ связаться с Эрнесто, чтобы направить его деятельность. И сделать он это сможет даже руками англичан, а почему нет? Они уже начали игру, и если он предложит им правильные условия, они сами станут его инструментом. Он знал, что для этого ему придётся использовать все свои связи, даже те, которые он предпочёл бы забыть. Те, которые тянулись к людям, чьи имена он не хотел вспоминать, услуги которых он когда-то принимал с неохотой, но они теперь могли стать единственным мостом к его цели.

Да, его путь к власти внутри церкви тоже шёл не по лепесткам роз. На протяжении всей карьеры он много видел человеческой грязи, а слышал о том ещё больше. Поистине знание о людских пороках и скелетах в шкафах уважаемых аристократических и просто богатых семей по всему миру, а также повадки и места обитания откровенных подонков делали его сильнее. Но иногда ему становилось до тошноты противно общаться с подобными человеческими отбросами. Что поделать, политика — весьма грязное дело, и здесь не выбирают методы и людей. Работают с тем, что есть, и не в белых перчатках, а поистине, закатав рукава и влезая с головой в человеческие души и судьбы.

Кардинал отошёл от карты и снова посмотрел на письмо, лежащее на столе. В нём находился ключ к тому, чтобы изменить всё. Оставалось только отправить его и ждать, когда новости дойдут до берегов Юкатана. Он подошёл к столу, взял письмо, подержал его в руке, почувствовал тяжесть бумаги и положил в ящик стола. Затем подошёл к небольшому сейфу, спрятанному за образом Девы Марии, и открыл его.

Внутри лежали не только письма и документы, но и список людей, которые были ему обязаны услугами. Людей, которые работали в Англии, в её колониях, в портовых городах Карибского моря, везде, куда доставали интересы католической церкви, и кому он помогал, а подчас и спасал.

Он достал чистый лист бумаги и начал писать, но не в Ватикан, и не в Лондон, а в маленький портовый городок на побережье Гондураса, где жил человек, который мог доставить послание в самое сердце джунглей. Он писал коротко, без лишних слов, как человек, который привык, чтобы его приказы выполнялись без вопросов. В письме он просил найти способ передать весть вождю ишканхи, что у него есть союзники, о которых он не знает, и враги, которых не видит, и что ему нужно готовиться к любой неожиданности.

Закончив, Ростиньяни запечатал конверт и положил его на стол, наклонившись и всматриваясь, как красный воск застывает на бумаге. Задвинув ящик стола и закрыв его на замок, он подошёл к окну и ещё раз взглянул на купола собора, где закатное солнце отражалось в золоте крестов. Затем вернулся к столу, взял в руки письмо, которое только что написал, и провёл пальцем по сургучу. Следующий шаг требовал особой осторожности, и, подойдя к сейфу, спрятанному за образом Девы Марии, он убрал письмо внутрь. Закрыл, повернул ключ и на мгновение замер, глядя на образ. Затем, уже на выходе, он обернулся, словно проверяя, не забыл ли чего важного. Нет, всё сделано верно.

Затем, уже на выходе из кельи, он на мгновение задержался и бросил взгляд на карту, где зелёные пятна джунглей смешивались с синими линиями рек и границ. Где-то там, в этой сельве, скрывался человек, который мог стать либо его величайшей победой, либо самым большим поражением. Но кардинал знал одно: он сделает всё, чтобы этот человек стал его победой. Он не боялся ответственности, он просто делал точечные шаги, ожидая результата. Закрыв дверь кельи, он зашагал по коридору Ватикана, оставляя за спиной то, что могло стать либо его величайшим успехом, либо его последней ошибкой.

Глава 9

Карлос Риоха

Бывший монах-францисканец одного из монастырей Гватемалы, а ныне работник местного телеграфа и совладелец небольшой таверны в гватемальском порту Санто-Томас-де-Кастилья, Карлос Риоха, оказался весьма сильно удивлён пришедшему на его имя письму. А прочитав, от кого оно, он удивился ещё больше.

Письмо пришло запечатанным в два конверта. Первый, из плотной, грубой бумаги, прошитый в пяти местах суровой вощёной ниткой, содержал внутри себя гораздо меньший конверт, на котором красовалась красная кардинальская печать. Снаружи первого конверта, кстати, отправитель указывался абсолютно незнакомый Карлосу, но его имя и адрес значились верными.

Получив письмо, он не стал его вскрывать сразу, чтобы не привлекать к себе внимания. На почте люди никогда не толпились, к тому же он сам работал в соседнем здании и его здесь знали, так что, особой нужды сразу распечатывать и читать у него не имелось. Забрав конверт, он направился в самое людное, и в то же самое время спокойное для себя место, в таверну, что принадлежала частью его жене, а по факту ему.

Сейчас он стоял у стойки своей таверны, держа в руках этот странный пакет, и постепенно его начинало охватывать волнение. Вокруг него кипела обычная жизнь портового заведения: кто-то пил, кто-то спорил о ценах на кофе, где-то в углу играли в карты. Но он не слышал этого шума, в его ушах гулко стучала кровь, и он смотрел на конверт, который мог изменить его нынешнюю жизнь. Он знал, что этот конверт доставили ему явно не просто так, ведь он последний раз получал подобное письмо очень давно.

Забрав конверт с собой, он поднялся на второй этаж таверны, где находилась его личная комната и, закрывшись на ключ, приступил к распечатыванию послания. Вскрыв первый конверт и увидев красную кардинальскую печать на втором, Карлос похолодел.

В его голове промелькнули самые разные мысли, и то, что письмо пришло к нему напрямую, а не через доверенного человека, указывало на абсолютную срочность полученного сообщения. А если внутри оно оказалось ещё и с печатью, настораживало гораздо больше. Кто мог о нём вспомнить после стольких лет забвения? За это время он смог хорошо устроиться, сменив имя и фамилию, и позабыл своё прошлое.