Генерал Карамба: Тень Кукулькана - Алексей Птица

— Грано, — сеньор Франческо, — сказал он, подтверждая свою личность. — Проходите, я слушаю вас внимательно.

* * *

Шхуна мерно покачивалась на волнах, оставляя за кормой мутный след пены. Берег Британского Гондураса медленно вырастал из утренней дымки, словно дразня воображение случайного путешественника. Сначала появилась тёмная полоса густых мангровых зарослей, затем редкие, разноцветные крыши портовых складов, а потом и сам Белиз, грязный и шумный, как и любой портовый город на Карибах.

Карлос Риоха стоял у борта, вглядываясь в приближающуюся землю, и чувствовал, как его захватывает привычное напряжение, то самое, которое всегда появлялось перед началом важного дела.

Рядом, опершись на поручни, стоял сеньор Франческо, одетый в простую матросскую робу, которая делала его почти неотличимым от любого другого моряка, если бы не его глаза, цепкие и холодные, как у человека, привыкшего командовать, а не подчиняться.

— Этот Чинчо сможет найти проводника? — спросил Франческо, не поворачивая головы. Его голос звучал тихо, почти невесомо на фоне шума ветра, но Карлос слышал его очень отчётливо.

— Я отправил к нему гонца, чтобы он уведомил его о моей просьбе, — ответил Карлос, — и пообещал хорошее вознаграждение. Думаю, он должен найти подходящего человека. Чинчо многих знает в этих краях, если кто и может провести нас через сельву, то это только он.

— А с поставкой оружия?

— Весточка Мартинесу ушла, — сказал Карлос, поправляя воротник пропылённой рубахи. — Он даже успел прислать ответ, что продаст двести винтовок, как мы просили, и патроны к ним, десять тысяч штук. Цена устроила, и он готов ждать.

Франческо немного повернул голову, впервые взглянув на Карлоса в упор. Его взгляд сделался изучающим, словно он проверял, не упустил ли тот какой-то важной детали.

— Караван готов?- после некоторой паузы, таким же ровным голосом поинтересовался он.

— Будет на следующей неделе, — ответил Карлос, чувствуя, как его голос становится твёрже. — Я сказал, чтобы его подвели под самую границу. Оттуда уже рукой подать до троп, которые ведут в сельву. Если проводник окажется надёжным, груз дойдёт до места.

— А где мы заберем оружие?

— В порту Белиза, — сказал Карлос, кивая в сторону города, который всё ближе подступал к ним. — Перегрузим с одной шхуны на другую и отправим к границе. Двести винтовок не так много, больше возни с патронами, но это решаемо. Если вы уже собрали деньги, то…

— Деньги частью пришли и обналичены, — перебил Франческо, и его голос стал суше, как у человека, который не любит повторять дважды. — Часть придёт через неделю, и тогда наберётся полная сумма, которую назвал этот контрабандист. К тому времени груз должен оказаться на месте.

— Это хорошо, — нейтрально отозвался Карлос и сплюнул за борт, глядя на медленно приближающийся берег Британского Гондураса. Вода за бортом казалась мутной, грязно-зелёной, и в ней угадывалась тёмная тень, скользящая под килем. Он проводил её взглядом и снова посмотрел на город, который уже начинал просыпаться. Всё шло по плану. Оставалось только встретиться с Чинчо, убедиться, что проводник нашёлся, и дождаться денег. А дальше — путь в сельву.

Когда шхуна ткнулась носом в деревянный причал, и матросы забегали по палубе, бросая концы на берег, Карлос повернулся к Франческо.

— Я пойду первый. Чинчо ждёт нас в старой таверне у рынка. Оставайтесь здесь пока я не вернусь.

Франческо кивнул, не произнося ни слова. Карлос спрыгнул на причал и, не оглядываясь, зашагал по направлению к городу, оставляя за спиной шум порта и запах моря. Он знал, что эта встреча определит многое, и если всё пойдёт так, как задумано, через несколько недель оружие окажется в руках тех, кто в нём нуждается.

Войдя в таверну, Карлос окинул взглядом её нутро, на этот раз в таверне пахло прокисшим пивом, жареным луком и чем-то ещё, что он предпочёл не распознавать. В углу скучала пьяная компания, за стойкой дремал хозяин, и только в дальнем конце зала, у окна с замызганным стеклом, сидел Чинчо. Увидев его, Карлос быстро прошёл к нему, лавируя между столами.

— Привет, старый друг! — сказал он, протягивая руку.

— И тебе не болеть, старый товарищ, — хмыкнул Чинчо и пожал её крепко, по-мужски, с той особенной хваткой, которая бывает у людей, привыкших к риску. — Присаживайся, рассказывай.

Карлос сел напротив, оглянулся по сторонам, убедился, что их никто не слушает, и только после этого заговорил.

— Ты нашёл проводника?

— Да, — кивнул Чинчо, почесав заросший подбородок, — но уже в последний момент. Он должен приехать либо сегодня вечером, либо завтра. Тяжело оказалось найти его, но я нашёл. С тебя пять песо, друг.

— Опять ты за своё, — усмехнулся Карлос, — я же тебе уже платил эту сумму, старый ты скряга!

— Так то был аванс, Карлос, — ответил Чинчо, не моргнув глазом, — и я не думал, что так сложно окажется искать. Ты ведь просишь хорошего и надёжного проводника, что знает всю приграничную сельву и умеет держать язык за зубами. Хороших охотников хватает, но сам понимаешь, не все из них подходят в качестве проводников. Кто-то душу продал за бутылку рома, кто-то болтает языком, как баба, направо и налево, а кто-то напрямую стучит людям губернатора. А ты, я думаю, не станешь тому рад.

— Правильно думаешь, — Карлос вздохнул, признавая правоту старого товарища. — Ладно, пять так пять, но учти, Чинчо, если он окажется не тем, кто мне нужен, я вернусь и заберу свои деньги обратно.

— Он будет тем, кто тебе нужен, — усмехнулся Чинчо, — не сомневайся, но раз уж мы о деле говорим, может, выпьем и закусим? А то у меня с утра маковой росинки во рту не лежало.

Карлос кивнул, чувствуя, что его постепенно начинает отпускать напряжение.

— А что, в этой забегаловке можно есть и пить?

— Это сейчас организуем, — сказал Чинчо и, обернувшись к стойке, рявкнул.

— Чандра!

На его крик тут же прилетела довольно взрослая и изрядно худая девица в замызганном сером платье из армейского сукна. Она подбежала, запыхавшись, и с готовностью уставилась на них.

— Неси нам бутылку лучшего рома, что найдётся в этом заведении, и лучшей еды, — распорядился Чинчо.

— Да, сеньор! — пискнула деваха и умчалась, мотнув на ходу двумя толстыми чёрными косами с вплетёнными в