Схватка на «Крыше мира». Политики, разведчики, географы в борьбе за Памир в XIX веке - Алексей Владимирович Постников

обитатели Восточного Туркестана, открытое использование научных инструментов было бы крайне опасным, если не губительным в отношении успеха всего предприятия. Здесь я в значительной степени опирался на определения координат широты и приблизительных расстояний между различными точками и местностями»[164].

Объективный и содержательный анализ новых географических данных, полученных Хейуордом, имеется в его письме Р.Б. Шоу, торговцу и владельцу чайной плантации в Кангра, который был заинтересован в налаживании коммерческих связей с Восточным Туркестаном и сам в то же время совершил свое первое путешествие в Джеты-Шаар. Письмо показывает, что Дж. У. Хейуорд, возможно, первым из европейцев, правильно описал основные крупные орогидрографические черты Восточного Памира. В частности, он сообщает следующее: «На своем пути в Кашгар и обратно я смог закартографировать Памир к западу и пограничные территории к северу от Кашгара. Наибольшие ошибки были обнаружены в гидрографии Памира. В противоположность обычному предположению, что Памир к востоку постепенно наклоняется к столовой стране Центральной Азии, восточная оконечность плато вздымается в виде высокого хребта, известного как Кизил-Арт [в дальнейшем описании этого хребта явно усматриваются черты современного Кашгарского хребта.– А.П.]. Этот хребет простирается на восток-юго-восток от перевала Терех [видимо, Терек], приближаясь к Кашгару, затем более склоняется к юго-востоку до его центральной точки в высоком пике, известном как Таг-алма [Тагарма] высотой, по-видимому, около 21 800 футов [6645м] над уровнем моря. Этот пик расположен к юго-юго-западу от Янггиссара. От этого пика главный хребет, по-видимому, поворачивает более к югу и, отделяя высокогорное ответвление (хребет Чикиклч), соединяется с хребтом Каракорум восточнее Пуш-и-Кара. Весь этот Кизил-Арт, в том виде как он наблюдается с расстояния 35 миль с равнины, представляет собой выдающуюся форму [рельефа], и склон его круто опускается к высокогорному плато внизу. Весь хребет увенчан покрытыми снегом и ледниками пиками, и он пересекается перевалами из озерной страны Памира. Хребет к северу от Кашгара очень хорошо представлен на новейших картах, которые, как я полагаю, в этой части были выполнены на основании последних русских съемок. Памир же [на этих картах] должен был бы иметь большее пространство, и, без сомнения, его водосбор имеет сток на запад. В высшей степени маловероятно, что какой-либо водоток, берущий начало на Памире, прорывается через этот хребет Кизил-Арт. Реки к северу от бассейна реки Яркенд все впадают в реку Кашгар. Это реки: Сарграх, протекающий через Янггиссар, Хосун и Ханарик. Название Яманияр неизвестно в Туркестане, но река Ханарик наиболее близко соответствует тому, что изображается на картах как Яманияр, но Ханарик имеет исток под пиком Тагалма. Южная часть хребта Кизил-Арт дренируется реками Сарграх и Хосун, которые текут в Ханарик, впадающий в Кизил-Дарью, или Кашгарскую реку. Оказалось неверным предположение о том, что река Яманияр берет начало в озере Каракуль…»[165]. Далее Хейуорд упоминает главный Тянь-Шаньский хребет и сообщает его местные названия – хребет Артуш и Кокшаль. Помимо этого, путешественник получил от одного из памирских киргизов сведения о памирском озере Большой Каракуль, для обхода которого требуется 12 дней. Киргиз утверждал также, что этот водоем имеет сток на запад, хотя на самом деле это озеро бессточно.

Во время своего путешествия Дж. Хейуорд, помимо географических исследований, выполнял также некоторые разведывательные работы. В частности, он произвел детальную топографическую съемку и составил крупномасштабные планы Кашгара и Яркенда с особым вниманием к системе оборонительных сооружений и вооружению этих важных крепостей Восточного Туркестана, снабдив карты своими соображениями по поводу возможного направления штурма, а именно точки, в которой следует атаковать[166].

В июле 1870г. Хейуорд выступил из Гилгита в новую экспедицию, планируя проникнуть в памирские степи. Экспедиция сразу же натолкнулась на противодействие местных правителей, и в начале августа Хейуорд был убит; обстоятельства его гибели так и не были до конца раскрыты. Тело отважного путешественника и часть его вещей, включая книги, карты и записи (которые для убийц, по-видимому, не представляли никакой ценности), были вывезены позже в Гилгит индийским сипаем по инициативе английского геолога Фредерика Дрю. Могила Дж. Хейуорда до сих пор сохранилась на гилгитском христианском кладбище[167]. В том же 1870 г. за выдающиеся достижения в исследовании Восточного Туркестана и Памира путешественник посмертно был награжден медалью Основателя Королевского географического общества.

Помимо англичан и их наемников, в 1870г. путешествие из Кабула через Памир совершил греческий ученый доктор Потагос, посетивший Кундуз, Бадахшан, Вахан, Янггиссар и Кашгар. Описание его путешествия было переведено на французский язык и опубликовано лишь через 15 лет[168].

Интенсивные съемки и географические исследования районов, лежащих к северу от английских колониальных владений в Индии, произвел в 1870–1873 гг. пундит Хайдер-шах. В 1870 г. он совершил путешествие из Пешавара в Фейзабад через Читраль, в 1872 г. – произвел маршрутную съемку дороги между Кабулом и Бухарой, а в следующем 1873 г. Хайдер-шах из Фейзабада прошел к Амударье.

Большое значение в изучении районов к северу от границ британских колониальных владений в Индии имели исследования пундита Хавильдара, который получил это конспиративное имя по своей бывшей должности – хавильдар, или сипай, т.е. офицер в бенгальских инженерных войсках, занимавшихся саперным делом и добычей полезных ископаемых. Истинное имя Хавильдара – Хайдер-шах, он был уроженцем города Кохата, расположенного к югу от Пешавара. В августе 1870г. Монтгомери отправил Хавильдара в его первый поход, основной целью которого было исследование района к югу от Гиндукуша – Малого Тибета, а также Бадахшана и районов к северу от Окса. Пундиту поручалось пройти через Сват и Дир к Читралю и затем пересечь Гиндукуш и достичь Бадахшана. В Фейзабаде ему предписывалось проверить свое счисление по данным Мирзы, затем направиться на север, пересечь Оке и, проведя топографическую съемку его верховьев, достигнуть конечной цели путешествия – Коканда.

12 августа 1870г., в сопровождении помощника (который под именем Мулла впоследствии сам стал хорошим исследователем) и слуг, Хавильдар покинул Пешавар и за три дня вышел за пределы британских владений, пересек Малакан и прибыл в Алладанд, столицу Свата. 23 августа он был в Дире, а 31-го – в Читрале. В Читрале в это время находился убийца Хейуорда – яссинский вождь мир Валли (убийство произошло за шесть недель до того). 5 сентября Хавильдар ушел из Читраля и через 20 дней прибыл в Фейзабад. Хавильдар первым из исследователей сообщил о наличии ледников на Гиндукуше. В Фейзабаде пундиту подтвердили полученную им в Читрале информацию о том, что дорога на север от Окса закрыта, поэтому Хавильдар пробыл в Фейзабаде несколько дольше месяца, собрав интересные сведения о политической ситуации в этих местах, а также о действиях русских на севере. После этого