Мастер Начертаний 1-6 - Оливер Ло

— Ну уж нет! Так дело не пойдет, юноша. Я как создатель должен знать, какое имя моему творению придумает заказчик. Традиции не нарушают.

Мин пожал плечами. С названиями у него всегда складывалось паршиво. Он окинул взглядом великолепный белый посох и ему в голову пришло единственное логичное название.

— «Драконий Хребет», — просто сказал Мин.

За окнами одобрительно зашумели толпящиеся мастера, признавая вес и лаконичность сказанного. Бай Сянь гордо кивнул, соглашаясь с выбором.

Настало время прощаться. Владычество Совета над кланом Бай было окончательно растоптано, а у Мина оставалось еще одно важнейшее незавершенное дело.

Перед самым уходом Ру-Ру подошла к юноше и крепко обняла его. Пока девчонка прижималась к нему, её пальчики невероятно ловко, скользнули по его пространственному кольцу.

— Обязательно возвращайся, старший брат, — пробормотала она куда-то ему в грудь.

Мин лишь улыбнулся и погладил её по рыжей макушке. Лишь выйдя за Врата Кузни Огненного Гребня, он пустил ци в кольцо и обнаружил, что хитрая девчонка закинула ему свежие металлические заготовки для сменных пластин, половина из которых была начинена какими-то экспериментальными порошками, которые пока представляли для владельца куда большую угрозу, чем для врага.

Мин вышел на широкий восточный тракт, направляясь в сторону Яньлу.

Да, он еще не сформировал Ядро. Но убил старейшину Син Юаня, доказав свою силу перед всей Долиной. Он выжил в Кипящих Каньонах и одолел Драконов. И теперь, обладая этой мощью, он наконец-то мог задать матери те вопросы, ответы на которые она обещала ему открыть.

Глава 11

Травница из Серого Тумана

Широкий тракт вывел Лу Мина обратно к границам Яньлу. Торговый город Кузни Огненного Гребня жил раскаленным металлом. Улицы безостановочно чадили гарью и переваривали толпы наёмников, бродячих торговцев, караванщиков и искателей удачи. Юноша уверенно шагал к главным воротам. Под полами его просторной темной куртки покоились три разобранные секции посоха из драконьей кости. Кожаные ремни надежно притягивали оружие к поясу.

У входной арки стражники лениво проверяли повозку с рудой, пока их взгляды не зацепились за фигуру приближающегося путника. От скуки караульных не осталось и следа. Один из них заметно побледнел и поспешил опустить алебарду. Следом он ощутимо ткнул напарника локтем под ребра.

— Это он, — едва слышно шепнул стражник, стараясь лишний раз не дышать в сторону проходящего мимо парня. — Тот самый Лу Мин… Из-за которого Обитель Серого Пика вывернуло наизнанку. Я видел листовки, это он, точно тебе говорю!

— Тот что убил старейшину Ядра и снял осаду Ордена? — удивился второй, вытягиваясь по струнке. — Говорят, от Син Юаня на площади осталась только лужа крови! Не могу поверить, он же совсем мальчишка.

Охранники поспешно расступились, образовав коридор. Оба уважительно склонили головы, не скрывая охватившей их робости. Юноша прошел сквозь ворота не обратив внимания. Толпа раздалась в стороны, а за спиной тут же возобновились перешептывания о павшем практике Ядра.

Знакомая дорога вывела начертателя к окраине района «Благостного Сна». На тихой улочке ветер шевелил оплетающий заборы дикий вьюнок. У крайнего дома на перекрёстке переминался с ноги на ногу тучный меняла-управляющий. Его шелка изрядно помялись. Под глазами налились темные круги.

При виде Мина толстяк всплеснул руками и ринулся навстречу.

— Молодой господин! Вы вернулись! — простонал он, едва не рухнув на колени. — Мои люди глаз не смыкали. Мы охраняли периметр, ни одна мышь за забор не проскочила. Всё как договаривались за вашу честную и щедрую оплату! Но… господин, заклинаю вас всеми Небесами!

Торгаш прижал пухлые ладони к груди, с трудом сдерживая подступающие слезы.

— Ваша матушка… госпожа Лу… она воистину святая женщина, но её энергия! — Управляющий смахнул испарину со лба. — Вчера она велела мне перекрыть крышу в сарае! До этого заставила моих лучших вышибал таскать мешки с перегноем для её новых грядок! А сегодня утром послала меня на рыбный рынок за особым сортом лунного карпа! Господин, умоляю, помогите мне! Мои люди скоро начнут увольняться! Никто не может ей отказать! Все боятся.

Мин искренне рассмеялся, так звонко и беззаботно, как уже давненько не мог себе позволить. Положив ладонь на плечо опешившего толстяка, юноша ободряюще похлопал его по мягкой парче.

— Великолепная работа, управляющий. Моя матушка любит трудолюбивых людей. Продолжайте в том же духе.

Оставив позади застонавшего торгаша, юноша толкнул деревянную калитку и шагнул во двор.

Лу Юйлань сидела на скамье под навесом, перебирая свежие связки тысячелистника. Услышав скрип петель, она подняла голову. Строгое лицо травницы дрогнуло. Женщина отбросила целебные корни на стол и быстрым шагом пересекла двор, крепко обхватив сына за плечи.

Она прижалась к нему на несколько мгновений, впитывая запах дорожной пыли. Её руки скользнули по его спине, и пальцы тут же нащупали сквозь ткань глубокие неровности затянувшихся рубцов. Юйлань отстранилась. Взгляд матери безошибочно выхватил бледные следы недавних ожогов, виднеющиеся в вырезе ворота.

— Почти на две недели, — строго произнесла она, глядя прямо ему в глаза. — Ты опоздал к лапше на свое восемнадцатилетие почти на две недели, Лу Мин.

— Пришлось немного задержаться в пути, матушка. Дороги нынче слишком загружены строптивыми старейшинами, — юноша виновато развёл руками.

Дом встретил Мина запахом чеснока, жареного мяса и горячего бульона. Оставшийся день пролетел в совершенно забытых, приземлённых хлопотах. Юноша опустошил три глубокие миски острой лапши, впервые за долгие месяцы наслаждаясь вкусом нормальной еды, не приправленной целебными травами для лечения или расширения каналов. Он влез на крышу пристройки, исправляя криво уложенную наёмниками черепицу, затем взял два обыкновенных деревянных ведра и пошёл к дальнему колодцу. Деревянные бадьи оттягивали руки приятной тяжестью. Мин физически наслаждался этой простой работой, позволяя своим бушующим меридианам наконец-то отдохнуть от постоянной перегонки боевой ци.

Ближе к вечеру начертатель провалился в глубокий сон без сновидений, раскинувшись на жесткой постели, и проспал до самого утра, забыв о погонях, талисманах и необходимости спать вполглаза.

На следующий день Юйлань поставила перед ним пиалу со свежезаваренным чаем. Дымный аромат окутал небольшую кухню.

— Рыночные болтуны приносят на хвостах разные слухи, — нарушила тишину мать. Она присела напротив, скрестив руки на столе. — Говорят о юноше, Начертателе, который пробил себе путь сквозь формации великой секты, усмирил старейшину переступившего черту и перевернул половину Долины вверх дном.

Она тяжело вздохнула.

— Совсем себя не бережёшь, Мин. Бросаешься в самое пекло, собирая шрамы, словно боевые трофеи.

Пальцы Юйлань привычным целительским жестом легли на его запястье, чтобы проверить пульс. Мин спокойно позволил ей это сделать. Внезапно рука матери