Блог «Серп и молот» 2025 - Петр Григорьевич Балаев

пленными красноармейцами. Одному раненому бойцу, категорически отказавшемуся отвечать на вопросы военного характера, по приказу офицера отрубили руки и выкололи глаза. Остальных трёх красноармейцев, обессилевших от потери крови, палачи обварили кипятком. а потом закололи штыками.»?

Конечно, называть враньем сообщения Софинформбюро о зверствах немцев эти господа не решаются. Все-таки — инстинкт самосохранения, могут и побить реально. Но ведь это тоже — пропаганда. Так почему так выборочно: здесь можно верить, а там, где наши бьют немцев так, что только пух летит — нельзя?

Ну и еще есть кое-что. За лживую пропаганду, за выдуманные подвиги наших бойцов и командиров, товарища Щербакова, который это дело курировал, Сталин лично расстрелял бы без суда по законам военного времени. Потому что если бы Щербаков был таким же, как Геббельс, то наши летчики воевали бы также, как немецкие. Кто-то этого не понимает? Кто-то не понимает, что есть пропаганда и есть пропаганда?..

* * *

Ну и еще есть кое-что. За лживую пропаганду, за выдуманные подвиги наших бойцов и командиров, товарища Щербакова, который это дело курировал, Сталин лично расстрелял бы без суда по законам военного времени. Потому что если бы Щербаков был таким же, как Геббельс, то наши летчики воевали бы также, как немецкие. Кто-то этого не понимает? Кто-то не понимает, что есть пропаганда и есть пропаганда?

Скажите, что случилось бы в роте, в которой служил Александр Матросов, если бы ее бойцам политрук прочитал в газете статью с вымышленным подвигом Матросова? Через сколько дней в батальоне, а потом в полку и дивизии стали бы анекдоты на эту тему рассказывать? А их рассказывали? Если точнее, то рассказывали, но уже в те годы, когда средства пропаганды окончательно перешли в руки фашиствующих мерзавцев навроде ныне запрещенного «Мемориала». А в годы войны более 400 наших воинов повторили подвиг Александра.

А если бы в Панфиловской дивизии узнали, что 28 героев — это не реальный подвиг, не реальный бой, а выдуманная корреспондентами «Красной Звезды» история? Через сколько дней вся армия Рокоссовского, а потом и вся Красная Армия знала бы, что истории про то, как наши воины давали клятвы стоять насмерть, погибали, но не уходили с рубежа обороны — пропагандистское вранье корреспондентов? Кто-то (интересно, кто это такие?!) вам, уважаемые читатели, уже много лет внушает, что наши фронтовые корреспонденты были кем-то навроде журналистов бульварных газетенок, что они не понимали, какую несут ответственность за достоверность информации. Ведь это же всё элементарно, даже двух извилин достаточно: один раз соврать, второй раз соврать — и люди перестанут верить, у людей исчезнет стремление подражать героям. Наврать про Гастелло — забудьте насчет того, что кто-то повторит. Напечатайте в сводке Совинформбюро, и дайте прочитать Левитану, выдуманную историю о том, как старший лейтенант Бундюк один вступил в бой с 4-мя немецкими самолетами, трех сбил, а четвертый удрал от него — в этот же день, в эскадрилье, где служил Бундюк, над ним будут хохотать сослуживцы, а на следующий день Бундюк станет посмешищем для дивизии. И закончится это тем, что наши не один на четверых нападать будут, а четверо от одного немца убегать. Как в армии будут после этого относиться к наградам и награжденным — надо объяснять? Но разве у наших летчиков Покрышкин, Кожедуб, Глинка, Амет-хан не пользовались авторитетом и уважением, разве в нашей армии звание Героя Советского Союза присваивалось за выдуманные подвиги? Так ведь все эти подвиги — в сводках и сообщениях Совинформбюро.

Можно подвести итог. Во-первых, приписываемые немцам планы разгромить в первые дни войны советскую авиацию — такая же ложь, как и про войну с финнами. В Директиве № 21 нет ни слова о разгроме советской авиации, там только «… насколько это будет возможно, затруднить и снизить эффективность противодействия русских военно-воздушных сил…». И всё. Нам же внушали обратное, чтобы одновременно с этим вызвать у нас доверие к представленным после войны немецкой стороной цифрами численности люфтваффе у наших границ на 22 июня. Мол, немцы так сильно не считали русских достойным противником, что и даже только треть своих самолетов против них бросили.

Во-вторых, наше командование прекрасно знало, что войну мы встретим в условиях, когда противник будет определять время и место удара, то, что называется внезапностью. Не путать только внезапность удара, нападения, как оперативно-тактический прием, с внезапностью войны. Войну ждали и к ней готовились. Немцы в 44-м тоже готовились к нашему наступлению, но удар в Белоруссии стал для них внезапным. И наше командование прекрасно знало, что германское командование готовило блицкриг, и Сталин 6 ноября сказал, что немцы этих планов даже не скрывали. Поэтому в наших Западных округах основных сил ВВС, как и наземных войск, не было. Даже более, чем две трети новых самолетов направлялись не на границу, а в части внутренних округов. Под удары немецкой авиации в первые дни попало, в основном, старье, собранное на приграничных аэродромах, к тому же еще и выведенное из эксплуатации.

Отсюда, в-третьих, никакого разгрома, даже поражения наших военно-воздушных сил от люфтваффе и близко не было. Его не только не было, даже более того, ВВС РККА при проведении всех стратегических операций обеспечивали уже с осени 41-го года превосходство в воздухе. Итог летних и первых осенних месяцев войны — тяжелейшее поражение люфтваффе от нашей авиации.

И это поражение, в-четвертых, привело к тому, что у люфтваффе оказались выбиты самые опытные кадры, подготовленные до войны. Началась деградация летного состава люфтваффе.

Даже полученная сворой Геринга передышка лета 1942 года ничего кардинально не поменяла, они уже не успевали восстановить кадры своей авиации.

Насчет передышки. Мне же даже такое написали:

«Какая у Вас незамутненная логика! Но как же так получилось, что разгромленные в 1 квартале 1942 года люфтваффе, в период с мая по октябрь вновь нанесли ВВС РККА тяжелейшее поражение?»

Наверно только с абсолютно мутной логикой можно увидеть какое-то поражение ВВС РККА с мая по октябрь 42-го. Поражение — это итог боя. А у нас случилось другое, я воспользуюсь сведениями из сайта «Авиация Второй мировой»

Из 139 предприятий Наркомата Авиационной промышленности эвакуировано было 118. Нам только к осени 1942 года удалось создать резерв боевых самолетов. Так называемое, некоторыми лицами с мутной логикой, поражение весной и летом 42-го — это все лишь нехватка самолетов для армии, наша промышленность еще не имела возможности насытить армию техникой. Такая же картина была и с