Космотеорос. Открытые небесные миры - Христиан Гюйгенс

лишь 1/152 часть от той одной сто восемьдесят второй части его полного Диаметра, которую я наблюдал через предыдущее отверстие. Умножив 1/152 и 1/182 друг на друга, я получил Произведение, равное 1/27664. Таким образом, Солнце, сжатое в круг такого размера или удалённое от нас (поскольку это одно и то же) настолько далеко, что его Диаметр составляет лишь одну 27664-ю часть от того, что мы видим каждый день, будет посылать нам ровно такой же Свет, который сейчас посылает Собачья Звезда. И тогда его удалённость от нас, несомненно, будет относиться к его нынешней удалённости как 27664 к 1; а его диаметр немногим больше четырёх шестидесятых секунды, 4"'. Поскольку Сириус предполагается равным Солнцу, из этого следует, что его диаметр также составляет 4"', и что расстояние до него относится к расстоянию от Солнца до нас как 27664 к 1. И насколько невероятное это расстояние, станет ясно, если воспользоваться тем же методом рассуждения, который мы использовали при измерении расстояния до Солнца. Ведь если Пуле, выпущенной из Орудия с предельной скоростью, требуется 25 лет, чтобы долететь от Солнца до нас, то, если мы умножим число 27664 на 25, окажется, что такая Пуля потратила бы почти семьсот тысяч лет на своё Путешествие между нами и ближайшей из неподвижных Звёзд. И всё же, глядя на них ясной ночью, мы и подумать не можем, что они находятся на высоте больше немногих миль над нашими головами. То, что я исследовал здесь, относится к ближайшим из них, но каким же огромным должно быть количество тех, которые находятся настолько глубоко в необъятном пространстве Небес, что удалены от этих Звёзд так же далеко, как они сами удалены от Солнца! Ибо если невооружённым Глазом мы можем наблюдать свыше тысячи Звёзд, а с помощью Телескопа можем обнаружить в десять или двадцать раз больше, то какие пределы мы должны установить для количества тех, что находятся вне досягаемости даже этих Помощников! Особенно если мы верим в бесконечное Могущество Бога. Признаться, когда я размышляю таким образом наедине с собой, мне кажется, что вся наша Арифметика — это ничто, и что мы разбираемся лишь в самых элементарных Числах в сравнении с этой огромной Величиной. Потому что для этого требуется огромная Сокровищница, насчитывающая не какие-то там двадцать или тридцать знаков нашей десятичной Последовательности, а такое же их количество, как число песчинок на берегу. Однако кто может сказать, что даже это число превышает число неподвижных Звёзд? Некоторые из Древних и Джордано Бруно пошли ещё дальше, объявив это Число бесконечным: он уверял нас, что доказал это множеством Доводов, хотя, на мой взгляд, среди них нет ни одного убедительного. Я не утверждаю, что когда-либо можно будет сделать противоположный вывод. На самом деле, мне кажется несомненным, что протяжённость Вселенной бесконечна; но то, что Богу было угодно поместить за пределы Области Звёзд, выше нашего Понимания настолько же, насколько выше нашей Обители.

Или что, если за пределами такого конечного пространства он оставил бесконечный Вакуум, чтобы показать, насколько ничтожно всё, что он создал, по сравнению с тем, что могло бы создать его Могущество, если бы ему это было угодно? Но я погружаюсь, прежде чем сам осознаю это, в этот запутанный Спор о Бесконечности: поэтому я уклонюсь от него, и не стану взваливать на себя ещё одну трудную задачу, едва освободившись от прежней. Всё, что я сделаю дальше, — это выскажу нечто из своего мнения в отношении Мира, поскольку это место, где собираются Солнца или неподвижные Звёзды, и их все, как я уже показал, могут окружать собственные Планетные Системы.

Вокруг каждого Солнца есть Вихрь, сильно отличающийся от Вихрей Декарта

Так, я придерживаюсь мнения, что каждое Солнце окружено Водоворотом или Вихрем Материи, который находится в очень быстром движении, хотя ни в малейшей степени не похож на таковой у Декарта ни своими размерами, ни характером Движения. Потому что Декарт делает свои настолько большими, что каждый из них касается всех остальных вокруг себя, на плоской Поверхности, точно так же, как виденные вами Пузыри, которые Мальчики надувают в Мыльной пене; и он хотел бы, чтобы весь Вихрь точно так же двигался по кругу. Но Углы наклона каждого из Вихрей будут значительной помехой для такого Движения. Далее, то, что вся материя одновременно обращается вокруг Оси, как если бы она была Цилиндром, создало для него немалое затруднение, когда он приводил Доводы в пользу круглой Формы Солнца, которые, даже если и смогли бы удовлетворить некоторых Людей, не задумывающихся над ними, на самом деле не доказывают ничего. В этой эфирной материи плавают Планеты, и её движение несёт их по кругу; а удерживает их на их собственных Орбитах то, что и они сами, и та материя, в которой они плавают, в равной степени стремятся удалиться от Центра этого Движения. Против всего этого есть множество Астрономических Возражений, и некоторых из них я коснулся в своих «Соображениях о Причинах Гравитации». Там я привёл иное объяснение того, что Планеты не покидают своих Орбит, каковым является их Притяжение к Солнцу. Там я показал Причины этого Притяжения и не могу не удивляться тому, что Декарт, первый человек, который когда-либо начал разумно рассуждать об этом вопросе, не пришёл к такому объяснению намеренно или случайно. Плутарх в своей Книге о Луне, упомянутой выше, говорит, что некоторые из Древних придерживались мнения о том, что причина удержания Луны на своей орбите состояла в том, что сила её Кругового Движения была в точности равна силе её Притяжения, и одна из них притягивала её с такой же силой, с какой другая заставляла её удаляться от Центра. И в наше Время Альфонсо Борелли, который придерживался того же самого мнения в отношении других Планет наряду с Луной, утверждает, что Притяжение главных Планет направлено в сторону Солнца, а Притяжение второстепенных — в сторону тех Планет, вокруг которых они вращаются. Г-н Исаак Ньютон более полно, с немалым трудом и весьма искусно объяснил, как из этой причины проистекает обнаруженная Кеплером Эллиптичность Орбит у Планет. Согласно моему Мнению о Притяжении Планет к Солнцу, материя в его Вихре должна двигаться не вся одинаковым образом, а так, чтобы её части разлетались разными путями во все стороны. Однако опасения в том, что его может разрушить такое неравномерное движение, нет, потому что эфир вокруг него, который находится в состоянии покоя, не позволяет его частицам разлетаться. С помощью такого Вихря,