Русь Волынская до конца XIV столетия - Александр Михайлович Андрияшев

за помощью в Венгрию. Общность опасности сблизила врагов и Ростиславичи примирились с Давыдом Игоревичем. Давыд оставил свою жену у Володаря в Перемышле, а сам отправился за помощью к половцам. Между тем сам король венгерский Коломан с громадной армией осадил Перемышль. Давыд воротился с небольшим отрядом хана Боняка и в происшедшем вскоре после этого сражении наголову разбил венгров[472]. Пользуясь всеобщим замешательством после этого сражения, Давыд захватил Сутеск и Червень и подошел к Владимиру, где уже засел Мстислав Святополчич с ополчением из Берестья, Пинска и Вышегорода. Во время осады был убит Мстислав; город, однако, не сдался, так как значительная оставшаяся в городе дружина князя не позволила горожанам передаться Давыду. Известили Святополка об отчаянном положении города. Святополк послал на выручку воеводу Путяту с войском. Соединившись с кн. Николой Святошей, стоявшим лагерем в Луцке, Путята врасплох напал на Давыда и истребил часть его дружины. Давыд ушел опять к половцам за помощью, Путята же и Никола Святоша вошли в город и сменили прежнего посадника новым, неким Василием, человеком преданным Святополку. Между тем Давыд возвратился из степей опять с тем же ханом Боняком, выгнал Святошу из Луцка и в свою очередь завладел Владимиром[473].

Борьба непрерывно тянулась три года. Все устали, и решено было покончить дело общим советом. На Витичевском сезде в 1100 году согласились дать Давыду только города Бужск, Острог, Дубен и Черторыйск, т. е. южную и восточную части Волыни, и денежное вознаграждение в 400 гривен, но через несколько времени[474] Изяслав отнял у него и это и дал ему один только Дорогобуж[475], где тот и умер в 1112 году[476]. Что же касается Волыни, то Святополк посадил там сына своего Ярослава. Никто ему не противоречил в этом, так как единственно кто мог бы заявить неудовольствие – Владимир Мономах, но ему такой захват был прямо на руку: он знал, что после смерти Святополка великим князем будет он, и тогда ему будет легче прибрать Волынь к рукам.

Осада Владимира Волынского силами Давыда Игоревича; гибель Мстислава Святополковича Волынского. Миниатюра Радзивилловской летописи, XV в.

Борьба из-за Волыни однако же не прекратилась. Был еще князь, справедливо считавший Волынь своей отчиной. Это был сын Ярополка, убитого Нерядцей, Ярослав. Ни по Любечскому, ни по Витичевскому съездам он ничего не получил, а после того как Волынью завладел Святополк, он потерял надежду получить что-либо от него и решился последовать примеру своих троюродных братьев Ростиславичей и силой добиться себе волости. В 1101 году он захватил Берестье, но неудачно; он не мог удержаться в городе, попал в руки Святополка и был посажен в тюрьму. Митрополит и духовенство печаловались о нем пред великим князем, и Ярослав получил свободу[477]. Гораздо хуже для него окончилась вторая попытка, в октябре следующего года. Ярослав собрался убежать в Польшу; окольными путями достиг уже Нура, но здесь его нагнал Ярослав Святополчич Волынский, схватил и привез к отцу. Заключенный опять в тюрьму, Ярослав вскоре там и умер[478].

В 1113 году умер великий князь Святополк. Преемником его был Владимир Мономах. В руках его уже в это время сосредоточивались земли Киевская, Переяславская, Смоленская и Ростовская. Очередь была теперь за Волынью. Трудно определить точно, какая причина была столкновения его с Ярославом Святополчичем: хотел ли Ярослав присоединить к своей волости погоринские города, в которых сидел Всеволод, сын Давыда Игоревича[479], или причиной этой были семейные недоразумения его с женой, внучкой Мономаха[480]. Вернее, впрочем, и то, и другое вместе. Как бы то ни было, но в 1117 году Ярослав был осажден Мономахом и после двухмесячной упорной обороны принужден сдаться на его милость[481]. Ярослав очутился в очень тяжелом положении: ему тягостна была даже мысль стать в положение подручника, а дома, на Волыни, он не имел опоры, так как не ладил с самым сильным сословием на Волыни – с боярством[482]. Ему ничего не оставалось, как искать помощи за пределами Руси. В течении всей своей жизни Ярослав сохранял самые дружественные отношения с поляками. Еще отец его Святополк вошел в тесные отношения с Владиславом Польским[483] и сговорил за его сына Болеслава дочь свою Сбыславу, на которой Болеслав женился уже после смерти отца, в 1102 году[484]. Позже он помогал Болеславу в борьбе с его братом Збигневом[485]. Наконец, кроме родственных отношений их соединяла еще и общность политических отношений к врагам их обоих – Ростиславичам, а после смерти Святополка – и к Великому князю Киевскому. Понятно, что польским князьям выгоднее было поддерживать на Волыни слабого князя, да к тому же и родственника, чем иметь соседом грозного Владимира.

Сношения Ярослава с поляками между тем сделались так часты и оживленны, что наконец возбудили у Владимира подозрения, и так как Ярославом многие были недовольны и между прочими вся боярская партия, то он скоро узнал о всех его замыслах. Тогда он, не обращая никакого внимания на права князя, посылает во Владимир не то для наблюдения только, не то настоящим князем[486] сына своего Романа, который и явился сюда с приличной поддержкой. Несчастному Ярославу ничего не оставалось, как бежать к своим друзьям, что он и сделал в 1118 году[487]. Завернув сперва в Венгрию, чтобы и здесь заручиться помощью, Ярослав явился наконец в Польшу. Несколько лет прошло в сборах. В это время Ярослав от времени до времени делал попытки утвердиться где-нибудь на границе; так в 1121 г.[488] он пытался захватить Червень, но был отражен посадником Фомой Ратиборичем. Наконец, в 1123 году[489] ему удалось составить громадное ополчение из венгров, чехов и поляков; к нему пристали и Ростиславичи[490]. Союзники осадили Владимир, но осада эта кончилась очень печально для Ярослава. Во время одной рекогносцировки он был убит какими-то двумя ляхами, вышедшими из города[491]. После смерти Ярослава союзникам, конечно, ничего более не оставалось, как разойтись по домам.

В княжение Ярослава Святополчича необходимо указать на особое движение колонистов из Волыни в Ятвяжскую землю. Для защиты и помощи их Ярослав ходил в 1112 году на ятвягов; дело кончилось обычным опустошением земли[492]. Наконец, Ярослав, конечно, участвовал и во всех походах общекняжеских на половцев[493]. Описывать их мы не будем, так как прямого отношения к Волыни