Русь Волынская до конца XIV столетия - Александр Михайлович Андрияшев

и Володарь Ростиславич бежали в Тмутаракань[459], это последнее прибежище всех изгоев. Здесь они выгнали наместника киевского князя Ратибора, которого Всеволод посадил там, после того как Олега Святославича взяли в плен греки и заточили на остров Родос. Через два года, однако, они сами были прогнаны возвратившимся с Родоса Олегом, но куда они ушли, где нашли себе прибежище, – решительно неизвестно.

В 1084 г. Ростиславичи сделали еще одну попытку добыть себе уделы. Ярополк, отправляясь на Пасху в Киев, к дяде, взял с собой и обоих оставшихся братьев, Василька и Рюрика[460], но те убежали от него с дороги обратно во Владимир и захватили его, но удержаться в нем не могли, так как Всеволод выслал на них сына Владимира. Однако, кажется, эта последняя попытка их была причиной того, что Всеволод дал, наконец, им в удел Галицко-Перемышльскую землю, где эти очень умные и энергичные князья оказались как раз на месте, ввиду близкого соседства Польши и Венгрии.

В том же 1084 году получил удел на Волыни и Давыд Игоревич[461]. Таким образом, Ярополк очутился между двух огней, между энергичными Ростиславичами и не менее их умным и энергичным Давыдом; все они с полным основанием утверждали, что Волынь их отчина и стремились ею овладеть. Положение Ярополка было очень тяжело, и виновником его он считал великого князя, самовольной раздачей которым его земель он имел полное право оскорбиться. Явились крупные неудовольствия, и Ярополк под влиянием своей дружины решил идти к Киеву. Но Ярополк был в высшей степени нерешительный, даже больше – трусливый человек[462]; узнав, что против него выступил Владимир Мономах, он не решился вступить с ним в борьбу и убежал в Польшу, оставив дружину и семейство в Луцке[463]. Дружина была возмущена таким поведением своего князя и без всякого сопротивления позволила Мономаху овладеть Луцком. Во Владимире сел Давыд Игоревич[464]. Ярополк убежал в Польшу и обратился за помощью к Владиславу Герману, тоже не отличавшемуся силой характера; чтобы вернее склонить его на свою сторону, Ярополк предложил руку своей сестры Евдокии[465] племяннику его и наследнику престола Мечиславу[466]. Несмотря на все это, осязательной помощи он не получил и поэтому решился лучше покориться дяде, признать себя виноватым и просить извинения. Он получил обратно Владимир. Кажется, одной из причин, почему он не получил помощи у поляков, было влияние там Ростиславичей; поэтому уже через несколько дней, – «переседив мало дней», – говорит летопись, он отправляется к Звенигороду на Ростиславичей, но на дороге гибнет от руки подосланного Рюриком Ростиславичем убийцы – Нерядца[467].

Волынь опять досталась Давыду Игоревичу.

Еще одна ветвь княжеского дома – Святославичи – оставалась в изгойстве, но и она в 1094 г. получила себе в удел Северскую землю[468], принадлежавшую их отцу. В обеспечение себя от дальнейших неурядиц из-за уделов по предложению Владимира собран был в 1097 г. известный Любечской съезд; по договору, заключенному на этом съезде, Волынь осталась за Давыдом, а Ростиславичи утвердились в Галичине[469].

Ярополк Изяславич Волынский с дружиной выступает против Всеволода Ярославича Киевского и Владимира Всеволодовича Мономаха (Черниговского); бегство Ярополка к полякам. Миниатюра Радзивилловской летописи, XV в.

Известно, что после этого съезда был ослеплен Василько и произошли новые смуты. Единственным виновником этого преступления был, без сомнения, Давыд Игоревич. Святополк Изяславич (великий князь) был слишком трусливый, слишком ничтожный человек, чтобы он сам мог решиться на такой поступок, да и выгоды ему от этого не представлялось никакой. Между тем как последующее поведение Давыда показывало, чего он ожидал от устранения самого энергичного и талантливого из Ростиславичей. Приведя Василька во Владимир, он немедленно нападает на Володаря. В решительную минуту он, однако, струсил и, вместо того чтобы выйти на поле и решить дело сражением, он предпочел запереться в Бужске и был там осажден. Но Давыд был ловкий дипломат; он успел убедить Володаря, что в ослеплении его брата виноват не он, что он действовал только по приказанию великого князя. Володарь согласился его выпустить с условием, чтобы Василько был немедленно освобожден. Василько, действительно, тотчас же получил свободу и, конечно, объяснил брату все и указал настоящих виновников своего ослепления. Когда весна уже вполне установилась, Володарь и Василько появились под стенами Владимира, взяв предварительно и совершенно разрушив городок Всеволож, находившийся где-то невдалеке от Владимира. Подойдя к городу, они потребовали выдачи трех бояр: Туряка, Лазаря и Василя, которых обвиняли в том, что они уговорили Давыда ослепить Василька. В городе собралось вече и потребовало у Давыда, чтобы он выдал их Ростиславичам, но Давыд еще заранее поспешил выслать их в Луцк. Туряк убежал оттуда в Киев, а остальные два зачем-то вернулись назад в Турийск, были схвачены и казнены. После этого Ростиславичи сняли осаду и ушли домой.

Между тем Святополку удалось оправдаться пред Владимиром и прочими князьями и свалить всю вину на Давыда. Князья – искренно ли или притворно – но поверили его оправданиям и даже поручили ему наказать его же сообщника. Промедлив до весны, он прежде всего пошел к Берестью и оттуда завел переговоры с поляками о помощи. Узнав об этом, и Давыд поспешил обратиться за тем же к Владиславу и предложил ему 50 гривен золота[470]. Владислав вел себя в данном случае очень двусмысленно: он взял у Давыда деньги и обещал ему примирить его с Святополком и в то же самое время заводит с этим последним переговоры насчет брака своего сына Болеслава с Сбыславой Святополковной и обещает ему не только не помогать Давыду, но даже выдать его, если Давыд попадет ему в руки[471]. Ведя таким образом двойную игру, Владислав на самом деле не помогал пи тому, ни другому, хотя ясно склонялся на сторону Святополка. Обеспеченный со стороны Польши, Святополк осадил Владимир и после семинедельной осады, наконец, принудил Давыда сдать город. Давыд ушел в Червень, но не пожил здесь долго; вследствие ли давления со стороны Святополка, или, может быть, вследствие несочувствия к себе жителей, он должен был оставить и Червень и удалился в Польшу. Волынь, таким образом, целиком попала в руки Святополка. Цель, к которой он стремился, была достигнута. Для округления владений ему нужно было только овладеть еще Галицко-Перемышльской землей. Но это ему не удалось. В битве на Рожни-поле он был разбит и ушел во Владимир, а сына своего Ярослава послал