Был футболистом, стал семинаристом. Непридуманные истории будущих священников - Анна Ершова

начинается: «А теперь Никита нам расскажет, что это такое». Поначалу это было прикольно, но потом уже как-то стыдно, что ли. Ну, слушайте, я же школьник прежде всего, у меня нет богословского образования. Я, конечно, польщен, что вы меня считаете специалистом, но вдруг я скажу что-то не то!

Ребята, как ни странно, меня по теме веры не дергали, никакой агрессии в мою сторону не проявляли. Шутки были, да, но я сам пошутить люблю. У меня была репутация школьного комика, я легко мог на уроке отпустить какую-нибудь остроту. Таких особо не подразнишь, знаете ли.

Один мой одноклассник был упертый атеист. Я как-то сижу в столовой, никого не трогаю. Он подсаживается и говорит: «Слушай, а что такое Великий пост, зачем, почему?»

В общем, в итоге сейчас этот атеист – послушник в монастыре и на «заочке» у нас в семинарии обучается. Уж не знаю, по моей ли, так сказать, вине или нет.

Несостоявшийся геолог и состоявшийся выбор

Помимо динозавров, у меня было еще одно хобби – минералы. Тоже бабушка, святой человек, заложила эту любовь.

У нас в Петербурге периодически проходит выставка «Мир камня». Приезжают геологи, минерологи, и там различные минералы можно приобрести. Я любил их собирать. Родители заметили, что у меня уже коробочка всяких камушков накопилась, и говорят: «Ну, все, будешь поступать в Горный! А что там нужно сдавать? Ну, значит, учи химию!»

И вот начинается у нас в школе химия. Сперва работали какие-то мои общие познания, преподаватель даже восхищался. А потом пошли формулы, все надо зубрить наизусть. Переломный момент был, когда однажды раздали тетради с результатами итоговой контрольной, и я получил единицу, хотя таких оценок нам обычно не ставили. Я прикрыл тетрадь, сижу и думаю – что же со мной дальше будет!

В общем, я быстро понял, что химия не мое. Да какой геолог, если у меня в школе сейчас такое! Все-таки собирать разноцветные камушки и изучать науки – разные вещи. Меня это не интересует!

Я сел и начал думать, а кем я вообще хочу быть? Надо же из этого исходить, чтобы понять, что учить и куда поступать.

И вдруг просто как щелчок: самые положительные воспоминания из детства у меня связаны с Церковью. А священник – и у меня образ священника возник, как он на амвоне стоит с Чашей, – это вообще в какой-то степени волшебник!

Когда-то давно я у бабушки спрашивал, а как стать священником? «Ну, это надо семинарию оканчивать». А я что, не могу окончить семинарию?

Но тогда для меня не было очевидным именно православное духовное образование. Я прочитал Евангелие, и там никто не говорил, что имеется в виду только православное учение. Имеется в виду христианское учение. Я начал думать, а вообще стоит ли в православии-то оставаться?

Православие, католицизм или баптизм?

Итак, я выбрал для себя три основные конфессии: православие, католицизм и баптизм. И начал изучать.

Так, давайте по очереди, значит, католицизм. Смотрим, что тут у нас? Ага, примат папы. А с какой стати он наместник Бога на Земле? Интересно, филиокве, хм, а это с какой стати? А с какой стати вы сделали прибавку к Символу веры? Вообще, откуда вы это взяли? Был же Символ веры, там собрались, простите меня, святые отцы… Ну, слушайте, нет, спасибо.

Баптизм? Начал читать про баптизм. Да, хорошие ребята, играют на музыкальных инструментах, довольно весело. Внешне они даже, наверное, угадали Христа – такая простота. Но все равно я не мог избавиться от православной призмы восприятия.

Ну, ладно, теперь посмотрим про православие. Что там самое первое идет, апостольское преемство? Что это такое? Открываю, читаю – непрерывная череда рукоположений от апостолов к нашим дням… Так, а зачем мне менять конфессию, если вот, пожалуйста, во-первых, в православии меня все устраивает, здесь все в порядке с догматической точки зрения? А во-вторых, не зря же меня крестили в православии! Все-таки Промысл Божий есть, мы же в него верим! У меня православие с детства, у меня о Православной Церкви самые положительное воспоминания!

Все, выбор очевиден.

«Батюшкой захотел стать? Посмотри на себя!»

Это был девятый класс, пятнадцать лет. На самом деле многие именно в пятнадцать лет делают такой выбор. Я принял решение, но особо никому не объявлял об этом.

Рано или поздно наступил момент, когда мама спросила: «Куда ты поступаешь-то в итоге, если не в Горный?» Говорю: «В духовную семинарию».

Не могу сказать, что меня поняли. Даже бабушка. Несмотря на то что человек она верующий и я всегда радовал ее, когда ходил в храм, она с недоверием отнеслась. Потому что одно дело ходить в храм, а другое – становиться священником.

У меня самого каких-то долгих сомнений на тему «достоин или недостоин» не было. Я почти сразу где-то прочитал, что «никто не достоин», ни один человек не достоин быть священником. Ну и в то же время я, грубо говоря, «не недостойнее» других. Читаешь ведь некоторые жития, когда святые вели разбойническую жизнь, а потом становились священниками. Ну, я ж не прирезал никого. Почему я не могу быть священником?

Бабушка со временем, конечно, очень стала радоваться этому. А с родителями было сложнее. Потому что на моей памяти они в церкви были два раза: когда крестили мою сестру и когда освящали машину. Все.

Сначала они просто всерьез не восприняли. Ну какой священник из тебя!

Но самым неприятным было, когда за любой проступок – посуду не помыл, мусор не выкинул – мне выговаривали: «Батюшкой захотел стать? Ты посмотри на себя! Элементарные вещи забываешь, это сделать не можешь, там ленишься!» – и так далее.

Потом мама начала жаловаться подружкам. И кто-то ее надоумил: «Чего ты жалеешь-то? Посмотри, у нас попы все на „Мерседесах“ разъезжают. Что ты переживаешь! Нормально он у тебя устроится». И мама – а реально, чего это я? Будет при деньгах, нас будет обеспечивать. Ну, все, Никит, поступай куда хочешь.

Но когда она узнала, что я могу выбрать и монашество… Всем ведь известно, что семинарист должен либо жениться, либо принять монашество перед тем, как стать священником. И когда я решил поступать, да и во время обучения у меня была и есть установка, что выбор между белым и черным духовенством второстепенен. Для меня на первом месте было священство, служение Богу и ближнему. Самое