Мастер Начертаний 1-6 - Оливер Ло

Сам Зал напоминал распахнутую пасть каменного зверя. Четыре чёрные колонны держали крышу с загнутыми медными краями, под потолком тянулись бронзовые балки, а между ними без ветра колыхались сотни знамён. Одни были вытканы из шёлка, другие — из шкуры духовных зверей или тонких металлических пластин. От некоторых веяло такой тяжёлой ци, что проходившие под ними слуги невольно ускоряли шаг.

Знамя Дома Семи Дорог висело ближе к боковой стене. Серебряные линии на ткани потускнели, а само полотнище было заметно меньше знамён великих Домов. Напротив, над центральным проходом парило знамя с натянутыми золотыми струнами. Стоило кому-то заговорить слишком громко, струны едва слышно звенели, подавляя чужой голос.

Под знамёнами стояли ряды столов. На каждом лежала плоская печать, связанная с огромным Начертанием на полу. Линии расходились по всему Залу, проходили под колоннами и поднимались к полотнищам. Стоило распорядителю внести имя, как соответствующий знак вспыхивал на несколько мгновений.

Мин задержался у входа и провёл взглядом по линиям. Начертание было старым, сложным и местами исправленным не слишком умелой рукой. Кто-то десятки раз добавлял новые правила, не желая менять основу. В результате Зал мог запомнить имя бойца, проверить печать Дома и одновременно задушить любого, кто решит спорить с распорядителями оружием.

По всему залу разносился резкий лязг оружия и стук духовных камней по дереву, а свободное пространство искрило от пересекающихся в тесноте аур.

Му Кай решительно протискивался сквозь этот бесконечный гомон. Наследник упрямо вёл своих немногочисленных людей прямиком к широкой регистрационной стойке.

За ней находился местный учётчик. Распорядитель Цао Лэй в просторном халате секты Багряного Неба монотонно возил кистью по свитку. Однако этот грузный человек быстро заприметил господина Кая, а заодно оценил его скромный отряд из нескольких измученных в дороге людей. Мужчина тут же отложил письменные принадлежности, и его лоснящееся лицо расплылось в широкой издевательской ухмылке.

— А вот и вы, господин Му Кай, — Цао Лэй мягко сцепил пухлые руки. — Что-то обозы вашей семьи сильно задерживаются. Я уж грешным делом начал подумывать, что Дом Семи Дорог по-тихому отказался от восточных маршрутов и пустил вперёд других кандидатов. Но раз вы всё-таки появились… нужно подтвердить участие взносом, и зафиксировать ваших бойцов.

Му Кай молча положил на стол туго набитый кошель и регистрационный свиток своего Дома.

— Взнос здесь. И у нас будет изменение в составе, — наследник сделал полшага в сторону, указывая на спокойно стоящего рядом юношу в тёмной одежде.

Распорядитель картинно изогнул бровь, скользнув взглядом по Мину. Начертатель не источал мощной ауры, надежно прикрытый маскировкой, и на первый взгляд казался обычным бродячим практиком, которых сотнями нанимали для охраны телег с зерном.

— Постойте, — Цао Лэй покачал головой, и его голос разнёсся над ближайшими рядами, привлекая внимание окружающих. — В заявке вашего Дома черным по белому значилось имя прославленного мастера У Жуна. Сильный боец, надежная опора. А где же он? Неужели грозный У Жун подавился костью на постоялом дворе?

Упоминание погибшего воина Дома заставило охранников Му Кая позади стиснуть челюсти.

— Нашего мастера подло убили в пути с помощью яда, — жестко отчеканил наследник. — Поэтому Дом выставляет замену. Правила турнира этого не запрещают.

— Не запрещают, истинно так, — сладко улыбнулся распорядитель, его глаза превратились в узкие щелочки. — Однако правила строго гласят: представлять Дом может только практик, состоящий в кровном родстве с главной ветвью, либо человек, числящийся в официальном реестре подчиненных не менее трёх лет. Ваш бродячий приятель не носит ваших цветов. Он не числится в списках. Заявка отклонена. Залог Дома аннулируется!

Толпа за спинами прибывших злорадно зашепталась. Выбывание любого конкурента означало для остальных, что кто-то может пройти дальше без сражения.

Му Кай даже не вздрогнул. Он уперся ладонями в край стола и посмотрел прямо в глаза Цао Лэя.

— Ваш ум так же короток, как ваша память, распорядитель. Раскройте третий свиток Уложений Багряного Неба. Статья о Внешнем Защитнике, — голос Му Кая зазвенел сталью. — Караванное знамя имеет абсолютное право назвать своим официальным чемпионом любого человека извне, если соблюдены три условия. Он должен защитить груз Дома от смертельной опасности. Он обязан пролить кровь врага, стоя бок о бок со знаменосцем. И его кандидатуру должен публично утвердить наследник или глава. Лу Мин спас наши повозки в Узком Каньоне, наказал убийц и получил мое признание. Он проходит по каждому условию!

Лицо Цао Лэя покрылось багровыми пятнами. Он открыл рот, собираясь найти юридическую уловку и окончательно добить заносчивого юнца, но внезапный порыв пронизывающего холода ударил по залу, заставив пламя в настенных жаровнях съёжиться.

Толпа расступилась, словно разрубленная надвое.

К регистрационному столу подошла девушка, одно появление которой мгновенно подавило стоящий вокруг базарный гвалт. Её красота была совершенно потусторонней, лишённой малейшего намёка на мягкость. Идеально прямые волосы падали на плечи полотном ослепительно белого цвета, белыми как первый снег были и её тонкие брови. Из-под них на окружающий мир смотрели два пронзительных, пугающе ярких сапфировых глаза. В ней не было ничего от хрупкой цветущей девы — она ступала по каменным плитам в изящном, но сугубо практичном одеянии серебристого оттенка с эмблемой пипы — традиционной лютни.

Су Лин, прямая наследница могущественной Секты Звонкой Струны.

— Распорядитель Цао, — её голос оказался под стать внешности: низким, мелодичным, но режущим слух, как натянутая струна. — Твоя пустая перебранка утомила меня. Секта Звонкой Струны должна регистрироваться следующим. Если этот юноша привёл статью Уложения, ты обязан оформить его, либо запустить процедуру оспаривания. Выполняй свою работу и прекрати тратить моё время, пока я не обратилась к Совету твоей секты с жалобой на твою непроходимую медлительность.

Тучный чиновник судорожно сглотнул. Спорить с наследницей клана, контролирующего добрую четверть аукционных домов, было чистой воды самоубийством.

Она встала рядом с Му Каем, но её сапфировые глаза с открытым, препарирующим любопытством упёрлись в лицо Мина. Взгляд девушки скользнул по его скромной тёмной одежде и расслабленной позе.

— Статья Внешнего Защитника, — усмехнулась Су Лин. Её тонкая белая бровь насмешливо изогнулась. — Отчаянный ход для покойников. Твой ручной бродяга не выглядит как человек, способный пережить квалификационные бои, Му Кай.

Мин чуть повернул голову. Он с интересом встретил этот пронзительный взгляд, отмечая про себя мощный, безупречно сбалансированный поток ци в её меридианах, но вместо того, чтобы вспыхнуть от оскорбления, юноша выдал свою любимую, наглую полуулыбку.

— О! А вы судите о крепости клинка по цвету ножен, Госпожа? — издевательски