Нацисты в бегах. Как главный врач Освенцима и его соратники избежали суда после жутких экспериментов над людьми - Бетина Антон

Двадцать седьмого января майор Шапиро, по иронии судьбы еврей, стал первым, кто открыл ворота под печально известной надписью «Arbeit macht frei». Внутри военные обнаружили семь тысяч человек. От большинства из них остались лишь кожа да кости; у многих даже не было обуви, чтобы выдержать мороз польской зимы.

Это были ходячие мертвецы, почти не отреагировавшие на освобождение лагеря. Несколько человек, еще способных говорить, спросили, правда ли, что их освобождают. Сотрудники Красного Креста сразу же начали готовить куриные и овощные супы, но многие заключенные не могли есть из-за атрофии желудков [156].

Между уходом «маршей смерти» и приходом Красной армии прошло десять дней. В Освенциме осталось около пятисот детей и подростков в возрасте до пятнадцати лет. Большинство из них были истощены и страдали от недостатка витаминов, многие болели туберкулезом. Все они весили как минимум на десять фунтов меньше нормы, а некоторые – и на все сорок [157]. Среди них были Ева и Мириам Мозес. Сестры-близнецы фигурируют на известных снимках освобождения Освенцима, где дети демонстрируют камере татуировки на руках. Этот фильм снят советской военной съемочной группой при освобождении Освенцима в январе 1945 года. Среди детей с номерами на руках – Ева Мозес Кор.

Слухи, ходившие по лагерю, оказались верными: Менгеле уехал и забрал с собой все записи, касающиеся его экспериментов. По сей день их так и не удалось найти. Сохранившиеся записи о его работе содержатся в очень немногих документах Мемориального музея Освенцим-Биркенау. Имеющаяся сегодня информация основана на рассказах людей, переживших эксперименты, свидетелей отборов и помощников Менгеле, внимательно следивших за его работой [158]. После эвакуации Освенцима Менгеле был направлен в другой концентрационный лагерь – Гросс-Розен на юго-западе Польши. Здесь располагался огромный промышленный комплекс немецких компаний, также использовавших рабский труд заключенных. Местная сеть состояла из как минимум девяноста семи подлагерей. Самый известный из них – Брунлиц, вошедший в историю благодаря своей связи с бизнесменом Оскаром Шиндлером, который составил свой знаменитый список с именами более тысячи евреев, отобранных им для работы на своей фабрике и таким образом спасенных от смерти [159]. Менгеле не смог долго оставаться в Гросс-Розене, так как вскоре Красная армия пришла и туда, освободив лагерь 13 февраля 1945 года. В то время немецкие офицеры, особенно эсэсовцы, больше всего боялись попасть в руки советской власти.

В последние дни войны Менгеле прибыл в военный госпиталь в Саазе в Судетской области. Эта область на территории бывшей Чехословакии стала известна всему миру в 1938 году благодаря тому, что была оккупирована Гитлером под предлогом защиты проживавшего там немецкоязычного населения. Теперь ситуация была совершенно иной: так называемых этнических немцев массово изгоняли. В рамках своего первого мастерского маневра Менгеле явился в больницу в форме офицера немецкой армии, а не СС, к которой он на самом деле принадлежал. К счастью для него, начальник полевого госпиталя, доктор Отто-Ганс Калер, был его старым другом, который до войны также работал с Отмаром фон Вершуером. Калер попросил командира части разрешить Менгеле присоединиться к ним [160]. Командир дал согласие, и Менгеле расположился вместе с частью в лесу в Судетской области – горной цепи, которая образовывала естественную границу между бывшей Чехословакией и Германией. Формально эта территория находилась под ответственностью Соединенных Штатов, однако никто из союзников не успел туда прибыть; это была ничейная земля. С советскими войсками в тылу и американцами на фронте немецкие солдаты оставались в ловушке в этом лесу в течение шести недель.

Бавария, американский сектор. Июнь 1945 года

Война в Европе закончилась 8 мая 1945 года безоговорочной капитуляцией Германии, после того как Советский Союз всего за две недели сбросил на Берлин сорок тысяч тонн бомб, превратив столицу Германии в груду обломков. Весь континент превратился в хаос. Только в Германии двадцать миллионов человек остались без жилья. Транспортные и коммуникационные системы по всей Западной Европе были выведены из строя [161]. На этом фоне чуть более чем через месяц после официального окончания войны, в середине июня, военный госпиталь, в котором Менгеле провел последние несколько недель, получил приказ перебраться в американский сектор, поскольку Красная армия собиралась занять Судетскую область. Машины медицинского подразделения сформировали колонну и поехали в Баварию. Когда топливо было на исходе, американцы остановили колонну и отправили немцев в лагерь для военнопленных около города Шауэнштайн. Если бы кто-то узнал Менгеле, его путь бы закончился здесь. Бывший капитан СС это прекрасно понимал и поэтому начал использовать вымышленные имена. При регистрации в тюремном лагере он сказал, что его зовут Йозеф Мемлинг, используя фамилию немецкого художника XV века. Никто не заметил этого, кроме Калера, очень любившего искусство. Калер сказал Менгеле, что немецкому офицеру недостойно использовать вымышленное имя и поэтому он должен использовать свое настоящее.

Одержавшие победу союзники разделили Германию на четыре сектора, и каждая великая держава заняла один из них. Соединенные Штаты, которым досталась часть центра и юга, оказались в сложной ситуации. Под их ответственностью находилось более трех миллионов военнопленных, очень мало припасов и огромное количество переселенцев [162]. В этих сложных условиях американцы торопились освободить как можно больше людей, но в то же время опасались ошибочно отпустить тех, кто активно сотрудничал с нацистами. В июне 1945 года армия США санкционировала то, что уже давно происходило на практике: немецкие военнопленные получали свободу за исключением тех, кто подпадал под категорию «автоматического тюремного заключения». Под ними подразумевались эсэсовцы, члены нацистской партии выше определенного ранга в военной иерархии, а также военные преступники. Уже по одному этому правилу Менгеле должен был быть арестован. Однако, к его удаче, никто не знал, что он подходит практически под все эти категории.

Комиссия ООН по военным преступлениям опубликовала списки разыскиваемых преступников, и имя Менгеле оказалось 240-м в списке № 8, опубликованном в мае. К тому же за ним охотились польские власти, поскольку Освенцим находился на территории Польши. Было много причин для ареста Менгеле и много групп, разыскивающих его. Проблема заключалась в том, что в послевоенном хаосе список № 8 так и не попал туда, куда должен был: в крупные лагеря, где содержались немецкие военнопленные.

Распределение солдат из побежденных стран утомляло американцев. Еще несколько недель назад обе стороны – Германия и союзники – вели ожесточенные бои, а теперь американским офицерам, не знавшим немецкого языка и жаждавшим попасть домой, пришлось заниматься этой бюрократической работой. Но никто не жаловался, совсем наоборот; работа в оккупированной Германии считалась привилегированной, ведь остальным пришлось отправиться на Тихоокеанский